Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » ЖЕНЫ ДЕКАБРИСТОВ В ССЫЛКЕ » Сибирские спутницы декабристов.


Сибирские спутницы декабристов.

Сообщений 21 страница 30 из 35

21

20. Горбачевский Иван Иванович (1800-1869)  в письмах друзьям-декабристам неоднократно писал, что одинок, что не женат ни законно, ни беззаконно. Однако считали, что от Дорожиной Ирины Матвеевны, вдовы рабочего, имевшей сына, у Горбаческого были дочь и сын, которым он завещал свое имущество.

"....У меня былъ большой пріятель и также врачъ, лѣтъ на 6 или 7 моложе меня, съ которымъ я сошелся еще въ Сибири и полюбилъ его за душевную чистоту и недюжинныя способности; фамилія его была Елинъ, и былъ онъ незаконнорожденный сынъ декабриста Горбачевскаго, который далъ ему отличное воспитаніе и до конца своей жизни заботился о немъ. Прослуживъ лѣтъ шесть врачомъ въ Забайкальской области и потомъ въ Иркутскѣ, Елинъ выѣхалъ изъ Сибири, чтобы довершить свое медицинское образованіе въ Вѣнѣ и въ Берлинѣ, и неожиданно схватилъ тамъ воспаленіе легкихъ, перешедшее въ галопирующую чахотку. Въ мой лѣтній выѣздъ за границу въ 1871 году, я, осмотрѣвъ его, увидѣлъ, что спасеніе едва ли возможно, и посовѣтовалъ перезимовать въ Пизѣ; я разсчитывалъ, что въ случаѣ, когда, какъ нетрудно было предвидѣть, дѣло пойдетъ все хуже и хуже, онъ не будетъ чувствовать себя совершенно одинокимъ и не слишкомъ захандритъ, зная, что въ нѣсколькихъ часахъ разстоянія отъ него проживаетъ Поджіо, всегда и во всемъ готовый помочь по мѣрѣ силъ. Для этого я далъ больному товарищу рекомендательное письмо къ Поджіо, и онъ въ проѣздъ черезъ Флоренцію провелъ нѣсколько часовъ у старика, былъ принятъ съ теплымъ радушіемъ, и, снабженный всякими практическими указаніями, немедленно перебрался въ Пизу. Вначалѣ болѣзнь какъ будто задержалась, судя по письмамъ больного къ Поджіо и ко мнѣ, но въ концѣ января произошло обостреніе процесса, подъ вліяніемъ котораго внезапно хлынула горломъ кровь ночью, и въ припадкѣ этого кровотеченія Елинъ скончался прежде, чѣмъ успѣлъ явиться лечившій его врачъ. Два русскіе студента и оба товарища по болѣзни, ходившіе за нимъ послѣдніе дни, немедленно послали депешу Поджіо съ извѣстіемъ о смерти, и послѣдній съ первымъ же поѣздомъ поѣхалъ въ Пизу, принялъ на себя нужныя мѣры для огражденія имущества покойнаго и для похоронъ, переночевалъ тамъ, а на слѣдующее утро, самъ едва двигая ногами, проводилъ тѣло бѣднаго юноши-сибиряка на кладбище и опустилъ его въ чужую землю. Вслѣдъ затѣмъ онъ подробно, на четырехъ почтовыхъ листахъ, описываетъ мнѣ своей дрожащей рукой самыя похороны и, со словъ очевидцевъ, послѣднія минуты покойнаго...."

Белоголовый Николай Андреевич.

0

22

21. Бесчаснов Владимир Александрович (1802-1859) женился в 1846 г. на крестьянке Анне Пахомовне Кичигиной (?-1900). Имели 7 детей.

В августе 1839 г. местом поселения для него была выбрана небольшая деревушка Смоленщина Жилкинской волости неподалеку от Иркутска.

Ему было выделено 15 десятин пахотной земли, которые должны были обеспечить его самостоятельное существование, т.к. рассчитывать на финансовую поддержку родных он не мог.
Определённые средства Владимир Александрович получил от своих товарищей из "Малой артели", организованной ещё в каторжный период для выходящих на поселение неимущих декабристов. Бечаснов построил в Смоленщине дом, завёл маслобойку с конным приводом.
Бечаснов начал из семян конопли делать масло и продавать его на иркутском рынке. Вскоре ему пришлось построить специальный амбар для хранения запасов семян, т.к. крестьяне, увидев в этом прямую выгоду для себя, стали его поставщиками.
По воспоминаниям современников, он был справедлив в расчётах и даже давал деньги, в случае нужды, под ещё не собранный урожай. Таким образом, и Бечаснов вносил свою лепту в изменение сибирской деревни, втягивая её жителей в занятия новыми промыслами и приучая к новой системе взаимоотношений.
Лёгкость в общении ("нрава хорошего был человек") и доброе сердце сделали его ходатаем по делам односельчан.
Присутствие декабристов в сёлах и деревнях, удалённых от ока центральной власти, было уздой для сельского начальства.

Вот как говорит о Бечаснове крестьянин Яровенко: «Если какая необходимость — попросишь, всегда выручит. Вступался за крестьян перед главным начальством, в обиду не давал, здешних отстаивал; кого нужно, всегда просил за крестьян».

Дело декабриста развивалось и требовало его частых приездов в губернский город, "дабы иметь возможность лично покупать всё необходимое для хозяйства и сбывать свои произведения". Хозяйственные занятия привели Бечаснова к знакомству с иркутскими купцами: Белоголовым, Трапезниковым, Басниным и др.
Все они относились к декабристам с большим уважением, нередко оказывали поддержку в их экономических начинаниях, поддерживали дружеские отношения. Вдова купца Голдобина, например, стала крёстной матерью одного из сыновей Бечаснова – Вадима, и после смерти отца взяла его под свое покровительство, дав возможность получить образование.

В 1846 г. Владимир Александрович, с разрешения генерал-губернатора В.Я.Руперта, женился на дочери крестьянина села Кузьмихи Анне Пахомовне Кичигиной. У них родилось 4 дочери и 3 сына.

В поселенческий период Бечаснов поддерживал дружеские отношения с теми, кто был поселён близ Иркутска, иногда бывал на праздниках и вечерах, устраиваемых М.Н. Волконской, встречался с приезжавшими в Иркутск И.И. Пущиным и И.Д. Якушкиным.

Подписанный 26 августа 1856 г. Манифест об амнистии декабристов и привезённый в Иркутск М.С. Волконским, не содержал инструкций о порядке исполнения "милости" нового монарха. После объявления «дарованных» прав и разрешения «возвратиться с семейством из Сибири», декабристы узнали о необходимости и дальше находиться под постоянным полицейским надзором.
Трубецкой, Дружинин и Бечаснов подали письменные протесты против такого ограничения.

В частности, Владимир Александрович указал на противоречие инструкций буквальному смыслу Манифеста и объявил, что, поскольку это "может ограничить круг моих действий в честном, трудовом приобретении содержания и обеспечения семейства, поселяя ко мне недоверие", он считает их "как бы меня не касающимися".

В том же протесте он сообщает, что "до некоторого времени … не имеет намерения, даже никаких средств выехать куда бы то ни было на жительство". Он действительно не смог уехать из Сибири, правда, перебрался в губернский город, продав в Смоленщине дом и вернув землю в казну.

В Иркутске семейство Бечаснова поселилось на Луговой улице (ныне ул. Марата) напротив пожарной части.
Но 11 октября 1859 г. В.А. Бечаснов скончался, по-видимому, от апоплексического удара, о чём сохранилась лаконичная запись в метриках Спасской церкви, прихожанином которой был декабрист.

Через три дня он был похоронен в ограде Знаменского монастыря, неподалёку от могилы Е.И. Трубецкой.

0

23

22.Басаргин Николай Васильевич (1800-1861) в 1838 г. женился на дочери офицера инвалидной команды, Марии Алексеевне Мавриной (1821-1846); родили сына (1841-1846). Это был второй брак Басаргина Н.В.

И.И. Пущин:

"Басаргин с августа месяца семьянин: женился на девушке 18 лет – Марье Алексеевне Мавриной, дочери служившего здесь офицера инвалидной команды. Та самая, о которой нам еще в Петровском говорили. Она его любит, уважает, а он надеется сделать счастие молодой своей жены…
Басаргин в полном смысле хозяин. Завелся маленьким домиком и дела ведет порядком: все есть и все как должно. "

Вторая Сибирская жена с 47 г. – Менделеева Ольга Ивановна (1815-1866) – сестра Д.И. Менделеева.

Сестра Менделеева, Ольга Ивановна, жена декабриста Басаргина, переехала по окончании ссылки мужа в Петербург.
Не имея детей, она больше других родственников заботилась о младшем брате. И теперь, видя, что сам Дмитрий Иванович посвятил всю жизнь науке и не обращает ни на что другое внимания, решила его женить. Была у нее на примете немолодая уже девушка, сибирячка, умная, скромная, бывшая институтка. Ольга Ивановна знала давно еще по Сибири и ее. и всю родню. Девушка эта, несмотря на то, что была шестью годами старше Дмитрия Ивановича, показалась Ольге Ивановне подходящей партией для брата. Дмитрий Иванович сделал предложение и оно было принято. Но уже через некоторое время Дмитрий Иванович писал в Москву сестре, уехавшей туда по делам, что он не знает, как ему быть: чем больше он сближается со своей невестой, тем больше чувствует, что у него нет тех чувств, которые должен иметь жених. На это он получил от своей сестры ответ длинный и убедительный. Она писала ему о своей собственной жизни: «Знай, Дмитрий, я была два раза замужем. Первый раз за пожилым человеком, Медведевым, a второй раз по страстной любви за Басаргиным. Тебе первому и единственному скажу откровенно, что счастлива я была в первый раз с Медведевым. Вспомни еще, что великий Гете сказал: «нет больше греха, как обмануть девушку». Ты помолвлен, объявлен женихом, в каком положении будет она, если ты теперь откажешься?»

0

24

23. Свистунов Пётр Николаевич (1803-1889) женился в 42 г. на воспитаннице Курганского училища Дурановой Татьяне Александровне; имели 4 детей: Магдалину, Ивана, Екатерину и Варвару.

0

25

24. Фролов Александр Филиппович (1804-1885) женился на Макаровой Евдокии Николаевне (1820-1901); имели сыновей Николая и Петра, дочь Надежду.

По свидетельствам современников, Евдокия Николаевна была очень красива.

Она часто гостила в Минусинске у окружного начальника князя Кострова, вращалась в интеллигентном обществе. Была знакома со многими минусинскими декабристами, которые еще в 1839 г. заинтересовались выдающимися умственными способностями девушки, занялись ее образованием и достигли очень хороших результатов.
Какое-то время она была невестой А.П. Беляева, но он был отправлен рядовым на Кавказ.

«Коренная сибирячка, жена Фролова оказалась дальновидной образцовой хозяйкой, неутомимой труженицей. В доме Фроловых все было свое, домашнее, кроме чая, сахара, пряностей и некоторых материй для одежды» - пишет о ней В.А. Ватин-Быстрянский.

Товарищи минусинских декабристов очень хорошо отзывались об их женах: жену А. Крюкова все называли «деловой и энергичной», жену Н. Крюкова – «умной и доброй», жену Фаленберга – «труженицей и неутомимой помощницей мужу», жену Фролова – «одаренной, но очень скромной».

0

26

25. Рукевич Михаил Иванович (1796-1841) имел гражданскую жену Исакову Елизавету Ивановну и двух детей.

0

27

26. Сутгоф Александр Николаевич (1801-1872) женился в 1839 г. на Янчуковой Анне Федосеевне, дочери горного штабс-лекаря.

Анна Янчуковская родилась и выросла в Сибири и принадлежала к женщинам, вышедшим замуж за декабристов по окончании ими каторжного срока. Она появилась на свет 8 декабря 1820 года в Петровском заводе (сегодня Петровск-Забайкальский. - Прим. авт.). Дед ее был католическим священником из старинного польского дворянского рода. Отец, Федосий Федорович, в 1814 году окончил Императорскую медико-хирургическую академию в Санкт-Петербурге и сразу был определен на Нерчинские заводы (по горному ведомству). По приезде в Восточную Сибирь Федосий Федорович был назначен лекарем, а с 1821 года штаб-лекарем Петровского Завода.
В сентябре 1830 года во вновь построенную тюрьму Петровского Завода из Читинского острога перевели декабристов. Штаб-лекарь Янчуковский был, естественно, своим человеком в каземате и домах жен декабристов, нередко помогал им. Детство Анны прошло среди этих людей. Чаще всего она бывала в семье Трубецких, дружила с детьми и была окружена заботой и вниманием хозяйки дома Екатерины Ивановны.
Когда в 1839 году закончился срок каторги для декабристов первого разряда, их стали отправлять на поселение. В марте Нерчинский комендант, полковник Ребиндер докладывал генерал-губернатору Восточной Сибири генерал-лейтенанту Руперту: "Из числа состоящих в ведении моем государственных преступников Александр Сутгоф желает вступить в законный брак с дочерью бывшего штаб-лекаря при Петровском железном заводе, надворного советника Янчуковского девицею Анной Янчуковской, просил моего в том ходатайства".
Разрешение генерал-губернатора было дано, и "... Александр Сутгоф обвенчан 17-го числа текущего месяца" (апреля. - Прим. авт.). Супругов определили на поселение в Введенскую слободу вблизи Иркутска. После того как купленный ими дом сгорел, они перевелись в село Куда, а затем в село Малая Разводная той же губернии. Несмотря на жизненные трудности, постепенно наладился быт. В ежемесячном донесении Иркутского Гражданского губернатора в Петербург о поведении ссыльных, в марте 1844 года, о Сутгофе говорилось, что он "... занимается чтением книг и домашним хозяйством, ведет себя похвально, в образе мыслей скромен". Однако в 1848 году по хлопотам матушки совсем неожиданно 46-летнего ссыльнопоселенца отправляют на Кавказ рядовым, с правом выслуги. Свой путь из Иркутской губернии Александр Николаевич описывал так: "... до Казани мы ехали долго и скучно, от Казани до Ставрополя еще дольше и скучнее, особенно от Дубовки до Новочеркасска - лошади были так дурны, что две станции мы тащились на быках... В Ставрополе мне объявили, что в Тифлис мне незачем ехать, что главнокомандующий назначил мне полк и что я должен в него прямо отправиться. Пробывши там четыре дня (в Ставрополе. - Прим. авт.), мы с женой поехали в разные стороны, она в Москву, к сестре моей, а я в Большую Кабарду, в укрепление егерского полка... Жена возвратилась ко мне в декабре месяце. Ей Кавказ не понравился, особенно первое время ее приезда мы ежедневно спорили. Очень натурально, что ей здесь скучно, особенно когда я уезжаю... Всего более тревожит жену мою летний поход...".
В марте 1849 года А. Сутгоф писал С. Трубецкому в Иркутск: "Мы живем порядочно, жена иногда скучает и побранивает Кавказ, но от этого ни ей, ни Кавказу не хуже. Теперь она занята. Помогает Варваре Николаевне Бельгард (супруга Карла Александровича Бельгарда - генерал-майора, командира Кавказской гренадерской бригады. - Прим. авт.) ухаживать за ее сыном, недавно родившимся. Я ее редко вижу, она приходит по нескольку раз в день на минутку. Ссорится со мной за то, что у меня открыто всегда окно - кавказский климат до сих пор ни ей, ни мне не вреден, жена еще жалуется иногда на головные боли...
14 апреля я с батальоном отправляюсь в Дагестан... нам назначено чрез Моздок и Кизляр прибыть в Темир-Хан-Шуру. Маршрут прислан только вчера, жена узнала об этом первая и не перестает плакать и бранить Кавказ, мне видеть ее слезы не совсем весело, урезонить же ее невозможно".
В этом письме есть приписка Анны Федосеевны к Екатерине Ивановне Трубецкой: "Чтение письма Вашего, добрейшая княгиня, доставило мне одну из приятнейших минут в моей нальчикской жизни. Получив его, я мысленно перенеслась в Петровский Завод и в Иркутск, где так была счастлива в кругу вашего семейства. С Кавказом я бы еще могла примириться, если бы не экспедиции, в которых муж должен бывать, мне и так тоскливо, оставаться же одной на несколько месяцев слишком тяжело для меня... За ласки, которые вы продолжаете оказывать брату Виктору (Янчуковскому. - Прим. авт.) благодарю вас душевно, преданная вам Анна".
У рядового Сутгофа началась походная жизнь, полная тревог и ожиданий. Кубанский егерский полк принимал участие в боевых действиях с горцами, осаде аулов, прокладке просек и дорог, расчистке завалов. Через год, в ноябре 1850 года, А. Сутгоф был произведен в унтер-офицеры со старшинством. Прапорщиком декабрист стал в ноябре 1854 года. Манифестом от 26 августа 1856 г., по случаю коронации Александра II, Сутгофу было пожаловано потомственное дворянское достоинство и право свободного избрания места жительства. Супруги переехали в Москву, где Александр Николаевич некоторое время заведовал фехтовальной школой. Но, по состоянию здоровья, ему был необходим теплый климат, и он хлопочет о возвращении на Кавказ. Добивается назначения "Смотрителем казенных зданий Углекислых минеральных вод". В октябре 1858 года Анна Федосеевна вместе со своей матушкой Евдокией Петровной выехала на Кислые воды. В начале следующего года вслед за ними поспешил и Александр Николаевич. Посетители Кисловодска сезона 1859 года могли часто видеть высокого, седого, статного подпоручика, смотрителя минеральных вод. Затем его переводят в Грузию, где он одновременно занимал должность управляющего Боржомским казенным имением и Дворцом Великого князя Михаила Николаевича. Впоследствии, в связи с ухудшением здоровья, он остается только смотрителем дворца.
За эти годы Сутгофу последовательно присваивают звания поручика штабс-капитана и, наконец, в декабре 1870 года, капитана. В письмах Александр Николаевич жаловался на скуку, отсутствие книг и журналов, дороговизну продуктов, вечный кашель и простуду. Анна Федосеевна, как могла, поддерживала его. Посещение Тифлиса да редкие поездки в Москву к сестре и племянникам вносили разнообразие в последние годы их совместной жизни. Заболев воспалением легких, 14 августа 1872 года А.Н. Сутгоф скончался в возрасте семидесяти лет и был похоронен в ограде Боржомской церкви Иоанна Крестителя.
Весной 1873 года Анна Сутгоф обратилась с просьбой о назначении пенсии: "Муж мой, капитан Сутгоф, состоя на службе с 1 ноября 1848 года, умер, оставив меня без всяких средств к существованию... всеподданнейше прошу... мне, на основании законоположений, назначить пенсион... по жительству моему в местечке Боржом Тифлисской губернии".
В положительном ответе Главнокомандующего Кавказской армией было сказано, что "во внимание к исключительным обстоятельствам, сопровождавшим службу означенного офицера, его безукоризненной, по возвращении из ссылки в Сибирь, службе на Кавказе, и оказанным им на Кавказе военным отличиям, равно в уважении крайне бедного положения вдовы... производить со дня смерти мужа из Государственного казначейства выплату в размере 315 рублей в год".
Сведений о дальнейшей судьбе Анны Сутгоф совсем немного. Известно, что в 1886 году она ездила в Москву на похороны сестры мужа - Анны Николаевны, вдовы генерал-майора Кирилла Михайловича Нарышкина, брата декабриста Нарышкина. Дата смерти Анны Федосеевны неизвестна (она была указана на могиле, но ни церкви, ни кладбища не сохранилось. В советское время там был построен санаторий). После ее кончины в Боржом из Сибири приезжал племянник Виктор Викторович Янчуковский, который продал доставшийся по наследству небольшой дом, сфотографировался на фоне гор в бурке и уехал обратно в Иркутск. Возможно, точнее о дате смерти Анны Сутгоф могут рассказать метрические книги Боржомской церкви, хранящиеся, думается, в Тбилиси, но поездка в Грузию сегодня сопряжена с определенными трудностями, хотя надежда у исследователя всегда остается.
* * *
В подготовке статьи неоценимую помощь автору оказал потомок Анны Федосеевны - Николай Владимирович Янчуковский из Иркутска. Кстати, в Иркутске живет несколько семей Янчуковских, все они от одного рода - Виктора Федосеевича - брата Анны Федосеевны. Их всех давно волнует судьба портрета Анны Сутгоф, написанного Николаем Бестужевым в Петровском Заводе. Вот что опубликовано в 60-м томе "Литературного наследства" (Изд-во Академии наук СССР, 1956 год): "Разыскивая сведения о бестужевских портретах Трубецкой, мы, в частности, заинтересовались ее запиской, единственной, сохранившейся в архиве Бестужевых, написанной крайне неразборчивым почерком. В записке оказалось любопытное свидетельство о портрете невесты одного из декабристов, который собирался писать Бестужев. Вот текст записки: "Николай Александрович. Вы не отказались делать для Александра Николаевича портрет его невесты?".
Здесь явно идет речь об Анне Федосеевне, которая встречалась со своим женихом в доме Екатерины Ивановны Трубецкой. Таким образом, портрет был написан в 1839 году одновременно с портретом Александра Сутгофа (сохранившегося).
Вот что пишет Николай Владимирович Янчуковский из Иркутска: "Я также все больше убеждаюсь, что портрет Анны Федосеевны все же был написан Бестужевым, но где он - вот загадка. Оставался ли он в семьях Янчуковских или был подарен кому-то из декабристов или их друзьям? А может быть, находится за рубежом, у потомков декабристов? Неужели мы никогда не узнаем об этом? А ведь очень хочется! В наших семьях портрета нет - это однозначно. Архив был в 30-е годы уничтожен самими моими тетками, чтобы не досталось НКВД и не было гонений (дворяне). Одна из теток в 20-х годах с сыном уехала в Харбин, затем в Аргентину, потом в Австралию. Там она умерла в 70-х годах в возрасте 100 лет. Остался сын, но жив ли он, неизвестно, я писал письма туда, но ответа так и не дождался. Возможно, она увезла часть архива. Другая из теток погибла во время революции в Финляндии - ее просто убили матросы вместе с мужем, а дачу сожгли". Николай Владимирович делает также предположение, что мать Анны - Евдокия Петровна жила с ней в Боржоми и там похоронена. К сказанному можно добавить одно: поиск необходимо продолжить.

Сутгоф (Янчуковская) Анна Федосиевна

0

28

27. Торсон Константин Петрович (1793-1851) состоял в гражд. браке с Прасковьей Кондратьевой; в 41 г. родилась дочь Елизавета.

0

29

28. Фурман Андрей Фёдорович (1795-1835) состоял в гражд. браке с Щепкиной Марьей Петровной, воспитанницей коллежского регистратора.       
Он умер очень рано, в 1835 г.
Все свое состояние он оставил Марии Петровне и трем их детям.

0

30

29. Барон Штейнгель Владимир Иванович (1783-1862) имел внебрачных детей 1841 и 42 г.р. Марию и Андрея под фамилией сперва Петровы, потом Бароновы. Жена – вдова чиновника, вероятно, Петрова. После амнистии Штейнгель уехал к детям, жене и внукам в СПб.

Оторванный от своего многочисленного семейства, оставшегося в России, В.И. Штейнгейль в Ишиме сошелся с вдовой чиновника, от которой у него родились сын и дочь. Имя этой женщины неизвестно, но поскольку сын декабриста Андрей учился в Тобольской гимназии под фамилией Петров, не исключено, как предполагает Н.В. Зейфман, что эту фамилию и носила его мать.
Штейнгейль нежно заботился о своих незаконных детях и в письме к тогдашнему руководителю Малой артели Е.И. Якушкину от 2 июня 1860 г. писал: "Две заботы возмущают дух постоянно: воспитание сына и неоставление дочери, рожденных в "несчастии", в безнадежности возврата".

Уже на смертном одре Владимир Иванович продолжал беспокоиться о сыне. Последние его слова были: "Прошу, не оставьте моего сына Андрея".
Штейнгейль хлопотал не только о материальном благополучии детей, но и о получении ими более высокого социального статуса. В результате продолжительных и трудных ходатайств ему удалось добиться того, что дети его, Мария и Николай, получили фамилию Бароновых и права личного почетного гражданства.

0


Вы здесь » Декабристы » ЖЕНЫ ДЕКАБРИСТОВ В ССЫЛКЕ » Сибирские спутницы декабристов.