Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » Жёны декабристов. » Ентальцева Александра Васильевна.


Ентальцева Александра Васильевна.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

АЛЕКСАНДРА ВАСИЛЬЕВНА ЕНТАЛЬЦЕВА

https://img-fotki.yandex.ru/get/40777/199368979.4/0_19c320_3f9ba898_XXXL.jpg

0

2

Жизнь её лишена была ярких страниц.

Ни одной из жён декабристов не пришлось столько претерпеть и выстрадать, сколько выпало на её долю. Она рано лишилась родителей. Будучи женщиной живой и умной, она много потрудилась над своим образованием. Неудачно вышла замуж, муж оказался игроком. Пользуясь красотой жены, он заманивал в свой дом молодых людей и обыгрывал их. Александра Васильевна вынуждена была оставить мужа.
Познакомившись с Андреем Васильевичем Ентальцевым, она полюбила его и ответила согласием на его предложение руки и сердца.

Участник военной кампании против Франции (1806-1807 гг.), войны 1812 года, Андрей Васильевич особо отличился в битвах под Смоленском и Красным. В начале 20-х годов он вступает в Союз благоденствия, затем в Южное общество.

В начале 1826 года оборвалось недолгое счастье Александры Васильевны, Ентальцев был арестован и отправлен в Петербург. Осуждённый на 1 год каторжных работ и поселение в Сибири, он в 1827 году был доставлен в Читинский острог. Поскольку с Москвой ее ничего не связывало, Александра Васильевна добилась разрешения разделить его участь и в мае того же года прибыла в Читу.

Александра Васильевна приехала за мужем в Читинский острог в мае 1827.
Она поселилась в доме вместе с Е.И. Трубецкой и М.Н. Волконской.
Несмотря на то, что Александра Васильевна была старшей среди декабристок (ей было 44 года ко времени приезда на каторгу), она сохранила приятную внешность и живость характера. За недолгие восемь месяцев пребывания Ентальцевой в Чите подруги по изгнанию смогли оценить высокие качества её ума и сердца.

"Александра Васильевна Ентальцева - прекрасная женщина, умная, начитанная - она прочла все, что тогда было на русском языке - и разговаривать с ней было приятно", - писала Мария Волконская в "Записках".

В 1828 году Ентальцевы были направлены на поселение в город Берёзов Тобольской губернии. Положение Ентальцевых на поселении было тяжёлым.  Угнетал суровый климат и постоянное безденежье. К тому же на Ентальцева были сделаны ложные доносы, в которых его обвиняли в разных, часто нелепых противогосударственных умыслах.  Доносы не подтвердились. В начале 1830 года по ходатайству сестры Ентальцев был переведён в город Ялуторовск, расположенный южнее Берёзова. Несмотря на собственное тяжёлое положение, Ентальцевы старались чем могли помочь местному населению.
"В Сибири у Андрея Васильевича явилось влечение к медицине. Многие из его товарищей тоже лечили бедных в крайних случаях, когда не оказывалось под рукой доктора; но никто из них ... не предавался этому занятию исключительно и с такой страстью, как Андрей Васильевич. Он обзавёлся всевозможными лечебниками, постоянно рылся в медицинских книгах, лечил простыми, безвредными средствами, сам приготовлял лекарства, никому не отказывая в помощи", - писала Августа Сазонович, воспитанница декабриста М.И. Муравьёва-Апостола.
Однако и на новом месте поселения Ентальцевым не повезло. Опять посыпались доносы. Местная администрация направила их А.Х. Бенкендорфу. Тот поручил генерал-губернатору Западной Сибири произвести дознание "для проверки действительности существования в Сибири мятежнического духа, гнездящегося в государственных преступниках".

Ентальцев вынужден был опровергать обвинения, доказывать, что все это клевета и вымыслы. Не успевал он защититься от одного обвинения, как его обвиняли в других преступлениях. Ему вменили в вину то, что у него в амбаре хранятся четыре пушечных лафета и, вероятно, есть спрятанные пушки и порох и что все это, быть может, приготовлено единственно к ожидавшемуся прибытию его императорского высочества в Ялуторовск. Окружной суд распорядился произвести обыск. Ночью дом Ентальцевых окружил отряд военного караула и обыскал всё их небольшое хозяйство. В сарае действительно нашли пушечные лафеты екатерининских времён и большие деревянные шары. Ентальцев объяснил, что лафеты он приобрёл для использования железа, а шары для украшения забора, окружающего дом.

Все эти волнения не прошли даром для Андрея Васильевича. Нужда, постоянные наветы, травля со стороны властей подорвали его душевное здоровье. В конце 30-х годов у него стали обнаруживаться признаки психического заболевания, а в 1841 году наступило помешательство. Александра Васильевна добилась разрешения свозить мужа в Тобольск, к врачу-психиатру. Его заключение было неутешительным: болезнь неизлечима. Заболевание прогрессировало: он сжигал всё, что попадалось под руку, иногда исчезал из дома, был опасен для окружающих, наступил частичный паралич, потеря речи. Александру Васильевну не сломил тяжёлый удел, она до конца осталась верна супружескому долгу. Ещё четыре года безропотно ухаживала она за больным супругом. В 1845 году Андрей Васильевич скончался.

Похоронив мужа, Александра Васильевна обратилась к правительству с просьбой разрешить ей вернуться в Европейскую Россию. Согласия на это не последовало. Она прожила в Сибири ещё десять лет, получая небольшое пособие от казны на своё содержание на общем основании из казначейства 400 р. ассигнациями в год и по особому высочайшему повелению из Кабинета по 250 руб. асс. Это пособие (185 р. 70 коп. серебром ) было сохранено за ней пожизненно и по возвращении в Европейскую Россию после манифеста об амнистии 26.8.1856г. Ей помогали М.Н. Волконская и жившие в Ялуторовске декабристы. Однообразное существование скрашивала переписка с товарищами по изгнанию, успевшими стать родными.После амнистии она приезжает в Москву.

Александра Васильевна часто навещает своих сибирских знакомых. Бывает у И.Д. Якушкина, дочери Н.М. Муравьёва Софьи Никитичны Бибиковой. Самые тёплые отношения сложились у неё с семьёй Волконских, где она проводит несколько часов каждый день. Заботы этой четы скрашивали её одинокую жизнь.

В апреле 1858 года Волконские отправляются за границу.
Их отъезд вызывает у Александры Васильевны приступы тоски. "Я люблю над собой власть, какую люблю, а не власть этой нелепой хандры", - пишет она в одном из писем.
Друзья не оставляют её.
Приходит письмо от Марии Казимировны Юшневской с приглашением приехать к ней в Киев, но Александра Васильевна не решается его принять. В этом же году она умирает.

Жизненный путь Александры Васильевны Ентальцевой был полон суровых испытаний. Она сумела не согнуться под их тяжестью, была верна до конца долгу любви.

Об Александре Васильевне Ентальцевой известно мало.
Не дошел до нас и её портрет. В воспоминаниях воспитанницы М. И. Муравьёва-Апостола Августы Сазонович упоминается миниатюра на кости, доставшаяся после смерти Ентальцевой её единственной дочери от первого брака. Миниатюра, по словам Сазонович, подтверждала слухи о том, что в молодости Александра Васильевна славилась красотой.

Драматическая судьба Александры Васильевны, её стойкий, исполненный самоотвержения и милосердия характер, жизненный поединок с трагическими обстоятельствами и испытаниями отражены в следующих публикациях: Александра Васильевна Ентальцева // Жены декабристов: Сб. ист.-быт. статей. - М.,1906. Александра Васильевна Ентальцева // Сподвижники и сподвижницы декабристов: [Биогр. очерки]. - Красноярск,1990. - С. 33-34. Сергеев М. Александра Васильевна Ентальцева // Сергеев М. Несчастью верная сестра: [О женах декабристов: Повесть]. - Иркутск,1992. - С. 142-154.

0

3

https://img-fotki.yandex.ru/get/64827/199368979.4/0_19c322_94eb3cbf_XXXL.jpg

А.В. Ентальцева среди декабристов в Ялуторовске.
Копия маслом с акварели М.С. Знаменского 1840-х гг.
Ялуторовский музей декабристов.

0

4

https://img-fotki.yandex.ru/get/38431/199368979.5/0_19c321_275c1934_XXXL.jpg

Юрий Ермаков. Портрет Александры Васильевны Ентальцевой. 2014 г.

0

5

Александра Васильевна Ентальцева (урожденная Лисовская) рано лишилась родителей. Неудачно вышла замуж, муж оказался игроком. Пользуясь красотой жены, он заманивал в свой дом молодых людей и обыгрывал их. Александра Васильевна вынуждена была оставить мужа. Познакомившись с Андреем Васильевичем Ентальцевым, она полюбила его и ответила согласием на его предложение руки и сердца. Участник военной кампании против Франции (1806-1807 гг.), войны 1812 года, Андрей Васильевич особо отличился в битвах под Смоленском и Красным. В начале 20-х годов он вступает в Союз Благоденствия, затем в Южное общество.

В начале 1826 года оборвалось недолгое счастье Александры Васильевны, Ентальцев был арестован и отправлен в Петербург. Осужденный на 1 год каторжных работ и поселение в Сибири, он в 1827 году был доставлен в Читинский острог. Александра Васильевна добилась разрешения разделить его участь и в мае того же года прибыла в Читу. Она поселилась в доме вместе с Е.И. Трубецкой и М.Н. Волконской. Несмотря на то, что Александра Васильевна была старшей среди декабристок (ей было 44 года ко времени приезда на каторгу), она сохранила приятную внешность и живость характера. За недолгие восемь месяцев пребывания Ентальцевой в Чите подруги по изгнанию смогли оценить высокие качества ее ума и сердца. “Александра Васильевна Ентальцева – прекрасная женщина, умная, начитанная – она прочла все, что тогда было на русском языке – и разговаривать с ней было приятно”, – писала Мария Волконская в ” Записках “.

В 1828 году Ентальцевы были направлены на поселение в город Березов Тобольской губернии. Положение Ентальцевых на поселении было тяжелым. Угнетал суровый климат и постоянное безденежье. К тому же на Ентальцева были сделаны ложные доносы, в которых его обвиняли в разных, часто нелепых противогосударственных умыслах. Доносы не подтвердились. В начале 1830 года по ходатайству сестры Ентальцев был переведен в город Ялуторовск, расположенный южнее Березова. Несмотря на собственное тяжелое положение, Ентальцевы старались чем могли помочь местному населению. “В Сибири у Андрея Васильевича явилось влечение к медицине. Многие из его товарищей тоже лечили бедных в крайних случаях, когда не оказывалось под рукой доктора; но никто из них … не предавался этому занятию исключительно и с такой страстью, как Андрей Васильевич. Он обзавелся всевозможными лечебниками, постоянно рылся в медицинских книгах, лечил простыми, безвредными средствами, сам приготовлял лекарства, никому не отказывая в помощи”, – писала Августа Сазонович, воспитанница декабриста М.И. Муравьева-Апостола.

Однако и на новом месте поселения Ентальцевым не повезло. Опять посыпались доносы. Местная администрация направила их А.Х. Бенкендорфу. Тот поручил генерал-губернатору Западной Сибири произвести дознание “для проверки действительности существования в Сибири мятежнического духа, гнездящегося в государственных преступниках”. Ентальцев вынужден был опровергать обвинения, доказывать, что все это клевета и вымыслы. Не успевал он защититься от одного обвинения, как его обвиняли в других преступлениях. Ему вменили в вину то, что у него в амбаре хранятся четыре пушечных лафета и, вероятно, есть спрятанные пушки и порох и что все это, быть может, приготовлено единственно к ожидавшемуся прибытию его императорского высочества в Ялуторовск. Окружной суд распорядился произвести обыск. Ночью дом Ентальцевых окружил отряд военного караула и обыскал все их небольшое хозяйство. В сарае действительно нашли пушечные лафеты екатерининских времен и большие деревянные шары. Ентальцев объяснил, что лафеты он приобрел для использования железа, а шары для украшения забора, окружающего дом. Все эти волнения не прошли даром для Андрея Васильевича. Нужда, постоянные наветы, травля со стороны властей подорвали его душевное здоровье. В конце 30-х годов у него стали обнаруживаться признаки психического заболевания, а в 1841 году наступило помешательство. Александра Васильевна добилась разрешения свозить мужа в Тобольск, к врачу-психиатру. Его заключение было неутешительным: болезнь неизлечима. Заболевание прогрессировало: он сжигал все, что попадалось под руку, иногда исчезал из дома, был опасен для окружающих, наступил частичный паралич, потеря речи. Александру Васильевну не сломил тяжелый удел, она до конца осталась верна супружескому долгу. Еще четыре года безропотно ухаживала она за больным супругом. В 1845 году Андрей Васильевич скончался. Похоронив мужа, Александра Васильевна обратилась к правительству с просьбой разрешить ей вернуться в европейскую Россию. Согласия на это не последовало. Она прожила в Сибири еще десять лет, получая небольшое пособие от казны. Ей помогали М.Н. Волконская и жившие в Ялуторовске декабристы. Однообразное существование скрашивала переписка с товарищами по изгнанию, успевшими стать родными. После амнистии она приезжает в Москву. Александра Васильевна часто навещает своих сибирских знакомых. Бывает у И.Д. Якушкина, дочери Н.М. Муравьева Софьи Никитичны Бибиковой. Самые теплые отношения сложились у нее с семьей Волконских, где она проводит несколько часов каждый день. Заботы этой четы скрашивали ее одинокую жизнь. В апреле 1858 года Волконские отправляются за границу. Их отъезд вызывает у Александры Васильевны приступы тоски. “Я люблю над собой власть, какую люблю, а не власть этой нелепой хандры”, – пишет она в одном из писем. Друзья не оставляют ее. Приходит письмо от Марии Казимировны Юшневской с приглашением приехать к ней в Киев, но Александра Васильевна не решается его принять. В этом же году она умирает. Жизненный путь Александры Васильевны Ентальцевой был полон суровых испытаний. Она сумела не согнуться под их тяжестью, была верна до конца долгу любви. Об Александре Васильевне Ентальцевой известно мало. Не дошел до нас и ее портрет. В воспоминаниях воспитанницы М. И. Муравьева-Апостола Августы Сазонович упоминается миниатюра на кости, доставшаяся после смерти Ентальцевой ее единственной дочери от первого брака. Миниатюра, по словам Сазонович, подтверждала слухи о том, что в молодости Александра Васильевна славилась красотой.

https://img-fotki.yandex.ru/get/72233/199368979.4/0_19c323_2fdd0550_XXXL.jpg

Александра Васильевна Ентальцева среди декабристов в Ялуторовске.
Акварель М.С. Знаменского. Конец 1840-х гг.

0

6

Московская церковь святителя Спиридона на Козьем Болоте

С февраля по 24 июля 1858 г. в доме у церкви (на снимке справа) проживала А.В. Ентальцева. В этом доме она умерла, а в церкви 26 июля её отпевали. Похороны состоялись на кладбище Алексеевского монастыря.

https://img-fotki.yandex.ru/get/71764/199368979.5/0_19c324_79e45de2_XXXL.jpg

Церковь св. Спиридона Чуд. на Козьемъ Болоте на Спиридоновке.
Фото из книги Н.А. Найденова "Москва. Соборы, монастыри и церкви". 1882-83гг.


Единственная в Москве церковь, освященная во имя святителя Спиридона Тримифунтского, до революции  стояла на одноименной улице между Тверским бульваром и Садовым кольцом  - раньше она называлась Спиридоньевской. В безумное советское время  храм был разрушен, а Спиридоньевскую в 1945 году переименовали в улицу Алексея Толстого, так как «красный граф» жил здесь свои последние годы. Церковь же стояла на углу Спиридоновки и Большого Спиридоньевского переулка, где сейчас  возвышается громоздкий жилой дом сталинской архитектуры с барельефами на фасаде (№24). В старину она была главным слободским храмом Патриаршей слободы на Козихе.

Сама улица появилась не ранее середины XVI века незадолго до основания здесь слободской церкви – тогда эта топкая пустынная болотистая местность считалась «загородьем».  Есть свидетельства иностранцев, посещавших средневековую Москву,  что здесь водились дикие козы – отсюда произошло старинное название местности «Козье Болото». Когда часть  этих коз приручили и занялись их разведением, здесь образовалась Патриаршая слобода,  откуда  для Патриаршего двора поставляли дорогую шерсть и молоко, а в местных прудах разводили простую рыбку для каждодневного стола.

Церковь св. Спиридония появилась на Козихе  в  XVII веке.  Это была вторая слободская церковь после Ермолаевской, которую устроил фактический основатель Патриаршей слободы, святитель Гермоген по своим именинам – до принятия монашества он носил имя Ермолай (см. 8 августа). Освящение новой  церкви во имя св. Спиридона было связано с тем, что слобода нуждалась в патрональном храме, а св. Спиридон в молодости сам был пастухом и почитался покровителем пастухов и сельского хозяйства.

Святитель Спиридон, епископ Тримифунтский

Святой Спиридон жил в конце III – первой половине IV вв. от Рождества Христова на территории Греции. Он родился на острове Кипр, имел семью и в ранней молодости пас свои стада. И тогда его душа была обращена к Богу: все средства св. Спиридон отдавал ближним и странникам, за что обрел от Бога чудесный дар исцелять неизлечимых и изгонять бесов. Когда умерла его жена, св. Спиридон был избран епископом города Тримифунта, -  это случилось в правление императора Константина Великого. И в 325 году святитель приехал на I Вселенский Собор, созванный императором в Никее, где был  принят первый Символ Веры. Св. Спиридон много трудился над созданием и проповедью православной догматики, особенно вероучения о Святой Троице. На заседании Собора он вступил в диспут с греческим философом, приверженцем арианской ереси, и сумел       убедить его в истинности православия так, что тот даже принял святое Крещение. Известно, что св. Спиридон для доказательства истины взял в руку обыкновенный глиняный кирпич (в старину называвшийся плинфой) и стиснул его: чудесным образом из кирпича моментально вспыхнуло и унеслось  ввысь пламя, вниз потекла вода, а в руках святителя осталась глина. «Се три стихии, а плинфа (кирпич) одна. Так и в Пресвятой Троице -  Три Лица, а Божество Едино», - молвил святитель.

Был св. Спиридон и христианским мудрецом, и служителем Церкви, и исцелителем, и защитником простых людей. Однажды несчастная мать принесла ему своего мертвого младенца, вопия о помощи. По молитве святого младенец ожил, но пала бездыханной мать, не выдержав радости.  Святой вновь начал читать молитву, и к женщине тоже вернулась жизнь. В другой раз его друг невинно попал под суд по навету и был приговорен к смерти. Святитель поспешил к нему на помощь, но путь ему преградил разлившийся ручей. Тогда святой приказал воде остановиться волею Христовой, так как он спешит спасти невинного человека. Вода чудесным образом остановилась, святитель благополучно переправился на сушу, и когда пришел в суд, там уже знали о случившемся чуде. Судья с почетом отпустил друга святого Спиридона.

Однажды в Великий Пост в дом к нему постучался усталый путник. Святитель, увидев, что человек крайне истомлен, велел дочери накрыть на стол. В доме ничего не оказалось, кроме зимних запасов солонины, и странник отказался отведать мясо, сославшись на то, что он христианин и должен соблюдать закон. Тогда св. Спиридон сел за стол и сам начал вкушать солонину, убеждая гостя подражать ему – ибо он видел, что этот человек изможден и нуждается в хорошем подкреплении сил. А когда воры задумали украсть у св. Спиридона овец и ночью забрались к нему в овчарню, то неожиданно оказались связанны веревкой. Утром обнаруживший их святитель развязал непрошеных гостей по молитве и долго уговаривал оставить неправедные дела, подарив им в напутствие по овце со словами: «Пусть же не напрасно вы бодрствовали».

Чудеса сопровождали жизнь св. Спиридона, свидетельствуя о нем. Когда святитель однажды служил с дьяконами в пустой церкви, зазвучал невидимый великий хор, «сладкоголосее всякого пения человеческого», и этот хор слышали люди на улице, думая, что церковь полна молящихся… По молитвам святого на его родной Кипр в засуху шли дожди, а в сырую погоду, опасную для урожая, наступали солнечные дни. По молитве его сокрушались языческие идолы. Однажды в Александрии был созван церковный собор: священнослужители  молились о том, чтобы исчез с их земли мрак языческий, и по их молитве местные идолы сокрушались один за другим, кроме главного. И было Александрийскому патриарху видение, что этот идол должен быть повержен св. Спиридоном, святителем Тримифунтским. Узнав о том, св. Спиридон немедленно сел на корабль и как только ступил на землю Александрии, идол повергся в прах.

В молитве Св. Спиридон отдал душу  Богу. Он скончался около 348 года. Святые мощи его упокоены на острове Корфу в храме, освященном во имя святителя, а десная рука хранится в Риме.

Сохранилось еще одно предание. Однажды поклониться святым мощам Спиридона Тримифунтского приехал Н.В.Гоголь. Он стоял в толпе ожидавших подойти к гробнице и услышал, как один англичанин рассуждал, может ли человеческое тело так хорошо и долго сохраняться, и, наконец, пришел к выводу, что оно просто прекрасно забальзамировано. И будто бы колыхнулось тело святого Спиридона, оборотившись в сторону нечестивого. Потрясенный Гоголь, ставший свидетелем чуда, рассказывал о нем потом в Оптиной пустыне. 

На Руси день праздника святого  сопровождали многочисленные народные приметы. Он выпадает на время зимнего солнцестояния, когда наступают самые короткие дни и самые долгие ночи, но природа уже поворачивается к солнцу, и с этого времени дни начинают удлиняться: «После Спиридона хоть на воробьиный скок, да прибудет денек». По этому дню в старину гадали и о встрече нового года: «Если на Спиридона светло, новогодье предстоит морозным и ясным; если хмуро и деревья покроет иней – на праздник будет тепло и пасмурно».

Основание московской церкви во имя св. Спиридона на Козихе состоялось в то время, когда патриаршая слобода была уже достаточно развита как городской хозяйственный центр и требовала своей «патрональной» церкви. Самая первая, деревянная Спиридоньевская церковь была известна здесь уже в 1627 году. А в 1633 -1639 г.г. ее возвели каменной по указу патриарха Филарета - он вообще любил эту местность, и построил для себя в ее окрестностях,  за пределами Козьей слободы маленькую церковь св. Феодора Студийского, которая стала его укромным молельным храмом.

Главный престол новой слободской церкви  освятили во имя Рождества Пресвятой Богородицы, а приделы  - во имя св. Николая Чудотворца и св. Спиридона. Был здесь чтимый чудотворный образ св. Спиридона с частицами мощей. В 1717 году, в петровскую эпоху, здесь был устроен новый придел во имя св. апостолов Петра и Павла, а спустя еще столетие вся церковь была перестроена, и Спиридоньевский придел освятили уже в новой трапезной. Вся эта перестройка произошла по необходимости расширить храм, так как его приход сильно увеличился – со временем старинная патриаршая слобода исчезла, и местность превратилась в элитнейший старомосковский район. Тихая Спиридоновка стала «барской улицей», тягавшейся с Арбатом и Пречистенкой – здесь тоже не было ни торговли, ни кабаков, и тоже жили люди «достаточного» и «образованного сословия», хотя многие из них были купеческого звания и даже вышли из крепостных – Морозовы, Рябушинские, Тарасовы.

Спиридоновка! Сколько чувств рождает это имя у москвича, и какой чарующей  московской тайной предстает она гостю русской столицы. Настоящая улица-музей – пешая прогулка по ней дарует возможность увидеть в миниатюре всю старую Москву. В самом ее начале у Никитских ворот  - знаменитый особняк Степана Рябушинского, визитная карточка гениального московского модерна, провозгласившего исцеление жизни красотой, которую творит искусство. И хотя в нем открыт мемориальный музей Горького, сам по себе этот дом - музей архитектуры и старомосковского быта эпохи «брильянтового» века. На другой стороне – роскошно отреставрированные палаты старинного Гранатового двора. Здесь, рядом с московскими бронниками, находился оружейный склад боеприпасов и литейные печи, где отливали русские пушки. Отсюда после пожара в  XVIII столетии Гранатный двор перевели на Васильевский луг к Москворецкой набережной, где потом был выстроен екатерининский Воспитательный дом (см. 7 декабря),  а Гранатный двор вновь перевели - к далекому Симонову монастырю.

Точно напротив места, где возвышалась Спиридоньевская церковь,  - особняк Саввы Морозова (№17), стилизованный великим Шехтелем под средневековый замок: «Мой дом - моя крепость». Здесь прятался у  хозяина Николай Бауман, которого разыскивала вся полиция. И когда губернатор Москвы, великий князь Сергей Александрович приезжал  к Морозову на обед, он и не подозревал, что его любезный собеседник за столом и есть тот самый Бауман. Здесь прошли самые трагические дни жизни Саввы Морозова накануне самоубийства, полные горечи, обид и разладов с семьей,   с друзьями и с самим собой. Здесь он занимал две скромные комнатки на втором этаже, а огромный, изумляющий древневосточной роскошью, особняк был владением его жены, Зинаиды Григорьевны. Потом она купила себе  подмосковную усадьбу Горки, некогда принадлежавшую князьям Трубецким, и вновь пригласила Шехтеля перестроить ее в модном стиле модерн. Когда после смерти Саввы Тимофеевича она вышла замуж за московского градоначальника Рейнбота, она привезла мужа в  свой подмосковный дом, куда для его служебных надобностей провели редкий еще телефон. Усадьба во вкусе Морозовой оказалась такой комфортабельной, что в 1918 году ее передали Ленину. Сам же особняк на Спиридоновке купили у вдовы Рябушинские, а после революции дом перешел в ведение МИДа. Здесь же, на Спиридоновке, 11, жил известный врач-отоларинголог А.Ф.Беляев, у которого лечились-наблюдались Шаляпин и Собинов. А в советское время «по соседству», в доме №15 жил маршал Г.К.Жуков и именно здесь писал свои знаменитые мемуары.

За три века своей жизни Спиридоньевская церковь стала свидетельницей многих исторических событий, важных для России. И на ее собственную долю выпало участвовать в них. Почти неизвестно, что в трагическом июле 1918 года, после того, как было получено известие о расстреле семьи императора Николая II, его приверженцы открыто отслужили в скромной Спиридоньевской церкви заупокойную обедню. На ней присутствовали бывшие придворные, государственные чиновники и члены монархических и правых партий. Как вспоминал один участник, тогда еще не боялись столь искренне выражать свои чувства и отношение к жизни – настоящий красный террор начался только в сентябре. 

А еще спустя годы Спиридоньевская церковь поплатилась жизнью из-за социалистической реконструкции столицы и ее утопистской идеологии. В 1930 году церковь была сломана под экспериментальное строительство в престижном районе старой Москвы  - только лишь великий подвижник  П.Д. Барановский успел сделать необходимые обмеры. В 1932 –1934 г.г. точно на ее месте выстроили большой серый жилой дом «треста «Теплобетон» в стиле конструктивизма. На первый взгляд –  обычный дом, но дом уникальный.

Во-первых, он был построен из редкой технологической новинки – теплобетона, то есть бетона с теплопроводным наполнением, дабы опробовать его. Во-вторых,  дом представляет собой настоящую декларацию социалистической реконструкции столицы, а именно идею синтеза архитектуры и скульптуры. Этот важнейший художественный принцип социалистического  зодчества был рассчитан на идеологическое  воспитание массового жителя-«утопийца». «Сооружение не всегда в широкой практике воспринимается как художественное  -  его воздействие не оформлено в сознании. Активность восприятия находится в прямой зависимости не только от художественной культуры масс. В этом смысле изобразительный язык  скульптуры понятней. Массовый зритель иногда через скульптуру, более ему понятную, приходит к сознательному освоению архитектурных форм, и только тогда можно считать архитектурные средства приведенными в действия», - писал один из   идеологов реконструкции.

Сюжеты и образы скульптур и барельефов, используемых при оформлении архитектурных сооружений, полностью соответствовали поставленной  цели. В основном, это был утопический образ нового человека «будущего», жителя социалистического города, идеал для «развития» реальности, который прошел насквозь через всю эпоху социалистического строительства. Фасад дома, выходящий на Спиридоновку, украшают ранние, нелепые, еще не развитые аллегорические барельефы «Техника», «Искусство», «Наука»  с изображением трех стилизованных  фигур. Под надписью «Техника» помещен  юноша  с моделью дирижабля в руках. «Искусство» символизирует тоже юноша  античного телосложения, сидящий на каменной глыбе перед мольбертом. «Наука» – девушка, неестественно изогнувшаяся над столом с  книгами: при очень внимательном рассмотрении выясняется, что она наблюдает за чем-то в микроскоп.

Ради этого уродства был снесен старинный московский храм. И теперь Спиридоньевскую церковь помнят лишь ее исторические соседи. А как хотелось бы, чтобы она была восстановлена, дабы исчез мрак языческий с Российской земли.

Елена Лебедева

24 декабря 2003 г.

0


Вы здесь » Декабристы » Жёны декабристов. » Ентальцева Александра Васильевна.