Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » ЭПИСТОЛЯРНОЕ НАСЛЕДИЕ » Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.


Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.

Сообщений 161 страница 170 из 283

161

161. А.А. Тучков

С.Петербург. 27 августа 1820 г.

Почтеннейший Николай Николаевич!

Что мне делать? Три дня хожу на Английскую набережную и не могу сыскать M – Mouchet - в доме Раля его нет. - Я был в доме Коммерческого Общества. - Мне обещали узнать об нем; но ничего не сделали. Завтра велели приходить, чтобы получить ответ, не знаю, что скажут! — Во что бы [то] ни стало, а я отъищу этого немца и приласкаю, хотя бы это было malgré lui 1) .—

Относительно другого поручения вашего, когда была Главная квартира в Вязьме, Дорогобуже и Гжатске. Друзья мои Толь и Хатов забыли, однако же я не перестаю рыться, не знаю, каков будет успех. - Весь Главный штаб поднял на ноги — все обещали отъискать.

Артемью писать2).

Если угодно вам знать некоторые новости; то честь имею вам донести, что Гартинг, генерал квартирмейстер, на днях получит Ан[н]енскую ленту и едва слух этот достиг до нас, то у Сел..?3) начала портиться кровь. Жемчужников и брат твой 341) - два подпоручика, переведены в Гвардейский генеральный штаб. - Это также неприятно некоторым из здешних претендентов. –

Я не смею более вас беспокоить и потому прощайте, почтеннейший Николай Николаевич. — Поручаю себя благорасположению вашему.

С истинным почтением и искреннею преданностью пребуду навсегда ваш всепокорнейший

Алексей Тучков

27 августа 1820.

С. Петербург

На обороте адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву. Свиты его императорского величества господину полковнику и кавалеру на Дмитровке в доме г. генерала Муравьева 1-го в Москве4)

Книга №10, лл. 114-114 об., 117 об.
Примечания:

1) Перевод: "вопреки его желанию" (франц. яз. ).

2) Написано в конце страницы письма. Смысл фразы не ясен.

3) "Сел [явина]. Далее зачеркнуто: "и то".

4) На адресе штемпель: "С. П [етер] бург" и № получения.

341 Жемчужников, очевидно, Аполлон Аполлонович (ум. в 1848 г.) и Тучков-2 Павел Алексеевич (1803—1864) —оба окончили Московское Муравьевское училище для колонновожатых в 1817 г. (см.:Н. Глиноецкий. История русского Генерального штаба, т. I, СПб., 1883, стр. 413).

0

162

162. А.А. Тучков

30 августа 1820 года. Петроград.

Почтеннейший Николай Николаевич!

Спешу поблагодарить вас за второй № писем ваших и притом позвольте мне иметь честь поздравить почтенного батюшку вашего и вас с сегодняшним днем. Я очень помню день имянин Александра Николаевича и поздравляю его от искреннего сердца! -

Вы пишите, чтобы я прислал к вам приказ о шинелях, и потому препровождаю к вам печатный, полагая, что вернее будет, ибо в копии может быть ошибка. —

Вчера у нас была прекрасная погода, настоящее лето: - сегодня солнце затмилось, дождь — одним словом настоящая осень. — Странное дело! — Или это от того, что Тихвинская (лето) сама по себе, а Казанская (осень) самая по себе. -

Степан Михайлович Семенов 342) очень благодарит вас за то, что вы его помните и свидетельствует вам свое почтение. – Воейковы 343) просили меня напомнить вам об наших петербургских вечерах - и об том почтении, с которым они имели и имеют честь пребыть.

Мне, право, совестно, почтеннейший Николай Николаевич, что я иногда пустыми своими письмами наполняю число номеров, которые вы от меня получаете: - и так как вижу теперь, что вы чрезвычайно ак[к]уратны, ибо за всякое письмо мое платите мне письмом же, то и щитаю долгом сказать или объявить вам торжественно, что я не из тех, которые требуют таковой ак[к]уратности. Мне чрезвычайно приятно получать письма от почтенных людей; но признаюсь, очень бы не желал, чтобы они писали и мне потому только, что дали слово писать. - Я так люблю своих знакомых, что никогда бы не желал быть им в тягость. — И потому, бесценной Николай Николаевич, пишите ко мне, когда вспомните обо мне без всякой точности(х) 1), которая пусть останется достоянием немцев, которые и любят по масштабу: — приказывайте мне что угодно, я нахожу особенное удовольствие бегать, хлопотать, трудиться для людей, которых люблю и почитаю. Мы для того живем на свете, чтобы помогать друг другу — всем и каждому — и потому я уверен, что и вы позволите обеспокоить себя просьбою - если случай заставит меня это сделать. Видите ли как я много надеюсь на ваше русское сердце, как я много вас почитаю.

Прощайте, почтеннейший Николай Николаевич, не забывайте преданного вам навсегда

Алексея Тучкова.

Я помню библиотеку батюшки вашего - в старые годы и я пользовался ею, хотя немного. Знаете ли, что я думаю, как придет вам время оставить Москву; то папинька ваш и потребует zuruck 2) книжечки!!!!!! Признаюсь, я бы и сам на его месте не очень охотно рас[с]тался бы с библиотекою; тем более, что у него миллион славных книг. –

На обороте адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву. Г[осподи]ну полковнику и кавалеру, в Москве в доме генерала Муравьева на Дмитровке 3).

Книга № 10, лл. 115-116 об.

Примечания:

1) (х) — пунктуальности (примечание автора).

2) Перевод: "назад" (нем. яз. ).

3) На адресе штемпель: "С. П[етер]бург", почтовые пометы.

342) Семенов Степан Михайлович (1789—1852) — в указанное время чиновник Департамента духовных дел, активный член Союза Благоденствия и Северного общества. Н.Н. Муравьев намечал С.М. Семенова в состав предполагавшейся экспедиции в Бухару в 1820 г. в качестве секретаря (см. "Русский архив", 1887, № 11, стр. 410). (В ХРОНОСе подробнее см. ст. Семенов Степан Михайлович).

343) Имеются в виду Воейковы Степан Павлович и Александр Павлович (офицер л.-гв. Московского полка, впоследствии полковник л-гв. Измайловского полка, масон).

0

163

163. М.Н.МУРАВЬЕВ

[ Август-сентябрь 1820 г.] 344)

Возвращаю тебе, любезной брат и друг, милую бумагу его сиятельства, видно, что у него ума палата, а еще более уважения к твоим подвигам, конечно Марнгауз и Берг более тебя Отечеству были полезны и должно оказывать им более внимания!!! Вот любезной брат, к чему ведет отличие по службе, вот твоя Хива и опасности, которым 1) подвергался, мило, очень мило служить. В Риме можно было всегда довольствоваться пользою, которую принес 2) , вот лучшая награда, в России же, поверь мой друг, не должно искать сей пользы, должно или с презрением к правящим тварям совсем удалиться или служить с тем, чтобы их когда нибудь истребить; Яне знаю какое и когда ты сделаешь исполнение на данной тебе Волконским совет; - не лучше ли им плюнуть в глаза и удалиться от службы, впрочем как бы ты не поступил, но конечно до 24-го у нас пробудешь, к которому времени денег пять тысяч изготовлю, впрочем мы с тобою после завтра верно увидимся, а может быть и завтра. - Прощай, любезной брат, послушай, пожалуй, моего совета, удались от скотов и моли бога, чтобы впредь тебе с ними не встречаться.

М.Муравьев.

Книга №10, л. 124.
Примечания:

1) Далее зачеркнуто: "ты".

2) Первоначально: "приносил".

344) Письмо датируется по содержанию и по положению в книге писем № 10 — "Письма, полученные в 1820 г." В письме речь идет о времени после возвращения Н.Н. Муравьева из Петербурга в Москву. В книге оно расположено между письмом подполковника М.Пономарева из Тифлиса от 16 августа 1820 г. и письмами и записками H Н.Шереметевой от 18 сентября [ 1820] и б.д. (судя по содержанию, этих же дней, — связанных с выездом Н.Н. Муравьева из Москвы в Грузию). Встреченный в Петербурге с большим интересом и вниманием после экспедиции в Хиву, Н.Н. Муравьев был недостаточно вознагражден правительством. В "Записках" он писал, что "произведен в полковники с переводом в квартирмейстерскую часть, тогда как я был первым капитаном в Гвардейском генеральном штабе, а потому награждение сие для меня не может счесться лестным" ("Русский архив", 1887, кн. 11, стр. 407). В Петербурге посещение Александра 1, Нессельроде и Каподистрия не дали ответа на основной вопрос — о строительстве крепости на восточном берегу Каспийского моря. Может быть, в письме идет речь о предложении П.М.Волконского, сделанном еще в Петербурге, — участвовать в качестве посла в экспедиции в Бухару. Н.Н. Муравьев в июне вел переговоры с В.Ф.Тимковским о Бухарской экспедиции, а также с управляющим департаментом Азиатских дел Родофинкиным. Но по решению Нессельроде Муравьев был отстранен от участия в Бухарской экспедиции. 22 августа Муравьев получил приказание от Волконского возвратиться в Грузию. Резкий тон публикуемого письма нельзя, вероятно, отнести целиком к позиции М.Н. Муравьева по отношению к аппарату самодержавия. Задета была честь Муравьевых и это вызвало его резкое высказывание.

0

164

164. Е.Е. ЛАЧИНОВ

Сентября 6-го 1820 года. М.Тульчин.

Не знаю как отвечать вам, почтеннейший Николай Николаевич, на письмо ваше от 20-го прошлого месяца, которое я вчера получил. - Мне совестно за брата и, к нещастию, не в первый уже раз. - Теперь вы знаете, что он делал прежде и что не перестает и теперь еще мерзко шалить. - Прошу вас за него не переменить вашего ко мне расположения, которое ценить я очень умею. - Простите, ежели последнее письмо мое показалось вам неприятно - я знал вас и потому не думал огорчить искренностию моею, надеялся получить то, что получил и, кажется, не ошибся, что почтенный Николай Николаевич все будет одинаков и не захочет лишить меня своей переписки. - Благодарю вас, что вы уведомили меня о братце моем - я радовался, получивши от вас, что он хорошо ведет себя, и полагал, что он, наконец увидал поступки свои в настоящем виде и старается исправиться, но напротив, он видно еще не думаете том и бог знает чем это кончится? -

Прошу вас сделать мне одолжение и несколько времени подождать деньги, которые он вам должен. Я постараюсь, чтобы, как можно скорей, оные к вам были доставлены. — Я не могу писать об этом прямо домой - Старик отец мой болен и мне должно поберечь его и стороной уведомить, что Петр совсем не хочет бросить прежнего поведения. - Не знаю, куда отправить это письмо — вы, думаю, уже из Москвы уехали и потому лучше прямо в Тифлис послать оное. - Я писал к вам уже, также к Боборыкину и Воейкову, и просил не давать ему денег, потому что они то и погубили его, - не знаю получили ли вы те письма, но от Боборыкина и Воейкова я совершенно ничего не имею и не знаю, где они? - Я не смею беспокоить вас, прося о брате — видно его уже не исправить, ~ но по крайней мере, ежели когда нибудь будете иметь случай видеть его шалости— прошу вас покорнейше не оставить его вашими советами и, ежели не будет затруднять вас — нельзя ли его хорошенько взять в руки. — Вы очень много все семейство наше обяжете. -

Вы просите, чтобы письмо ваше не расстроило доброго нашего согласия. — Может ли это быть, Николай Николаевич? В то время, когда я более вижу ваше ко мне расположение, чтобы я был столько неблагодарен? - Спешу отправить письмо сие, но скоро надеюсь показать, что я всегда много вас уважал и ценил дорого удовольствие получать от вас письма. - Прошу только вас не забывать.

Лачинов

№3. Тихвинская сама по себе - Казанская сама по себе. -

Книга№ 10, лл. 160-161.

0

165

165. М.Н.МУРАВЬЕВ

Смоленской губернии Рославльского уезда

С. Хорошково

2 декабря 1820 года.

Наконец, любезной брат и друг, прибыли мы в свое уединение 16-го прошедшего месяца, дела службы оставил, подал уже давно прошение в отставку, и с батюшкой расстались мирно. — Не писал к тебе до сих пор не от лени, не от того, что тебя забыл, но потому, что ожидал окончания вверенных тобою мне дел, хотел тебя уже известить по окончании оных. - Итак препровождаю теперь тебе 35 экземпляров печатанных программ твое[го] путешествия, 20 подписных билетов и лист для вписания имен подписщиков. - Я совался и метался как мог, чтобы исполнить твое поручение и не нашел другого средства как заохотивши Московского Главнокомандующего, пустить подписку, он с большим удовольствием взялся содействовать в сем, и чтобы более его связать я решился пожертвовать барыш от продажи твоего сочинения на какое либо богоугодное заведение, по его рассмотрению, в Москве. - Издание сие будет стоить со всеми издержками до 23,000 рублей, одни карты и рисунки 14,000, а остальное за напечатание, переплет и рассылку. - Я поручил все сие типографщику Semen/Семену в Москве, формат издания будет такой же как и программ и буквы те же, ты можешь быть уверенным, что оно будет правильно напечатано и со всем возможным тщанием, дешевле же двадцати трех тысяч нет возможности. Рисунки и карты будут награвированы в Петербурге, а частью и в Москве, они уже отданы в работу, по сей причине я не успел скопировать для тебя карты. Я сделал все, что мог в краткое свое пребывание в Москве и можно тебя поздравить с верным напечатаньем твоего путешествия, оно теперь у меня здесь переписывается и в начале генваря будет печататься, пожалуйста, пришли поскорее окончание описания Хивы прямо сюда, я решился вместе его издать, а третья часть, т.е. описание Туркмении будет уже особенно. -

Вот, любезной друг, отчет во всем, что я успел сделать, усердие мое сделать тебе приятное заменит недостатки. — Сделай одолжение, извещай меня почаще о себе и будь уверен, что я не замедлю ответом, присылай также скорее конец описания Хивы. Когда наберутся подписщики на 20 билетов, то пришли записку и деньги сии сюда, а между тем я тебе еще доставлю. —

Прощай, любезной друг, поздравляю тебя с имениными, мы торжественно выпьем с женою твое здоровье, прощай еще раз и не забывай верного твоего друга и брата

М.Муравьева.

Книга № 10, л. 204-204 об.

0

166

166. А.А.ТУЧКОВ

Декабря 10 дня 1820. Москва.

Почтеннейший и любезнейший Николай Николаевич,

Не нахожу слов, чтобы, во-первых, изъяснить вам мою признательность за ваше великодушие. — Теперь вижу, что вы умеете помнить ваши обещания, — во-вторых, не знаю, чем и как извиниться перед вами в столь долгом молчании. — Признаюсь — обстоятельства тут более виноваты, нежели я. — В Петербурге я спешил подать просьбу в отставку. — Сюда приехал с Петром Мухановым на покой; но и тут беда — глаза мои так стали болеть, что я не мог написать ни строчки. Вот, почтеннейший Николай Николаевич, краткая история моя с того дня как мы с вами расстались. - Помните ли ту прекрасную ночь - огромное здание за Шлиссельбур[г]ской заставой, у которого мы с вами простились ....1) и на долго ли? Как знать, может быть, и вы последуете примеру многих, то есть сделаетесь гражданином и тогда, может быть, опять увидимся. - Это одна надежда. Впрочем, не думаю, чтобы вы променяли службу в Грузии на другую: по любви вашей к занятиям и деятельной жизни. -

Если можно по письму узнавать о состоянии души человека, в то время когда беседует с людьми короткими, то я смело скажу, что вы не в совершенно покойном расположении духа писали ко мне. Ненависть благородная к немцам, всегда отличавшая вас, почтеннейший Николай Николаевич, здесь более приметна. Не дерзая проникать в таинства, думаю однако же, что вы не без причины мещете новые стрелы на мерзкое исчадие. - Но кто не терпел от Немцов? - Они не личные наши враги; но всеобщие; ибо довольно быть русским, чтобы по их мнению быть не в состоянии ни 2) служить, ни трудиться. Для всего они подчас необходимы - и без них ничего сделаться не может. - Они твердят это, и мы или верим, или молчим - и то, и другое дурно! - Что делать? - Будем сидеть у моря, ждать погоды. –

Из новостей здешних ничего не могу вам сказать - кроме того, что Петр Муханов, кажется, выходит в отставку 345) . —

Поручения ваши, которые я имел удовольствие получить от вас - все были исполнены. Mr Mouchet - я отыскал с помощию Петр[а] Мух[анова] - и отдал письмо,как вы приказывали.

Мне остается попросить вас отдать поклон доброму, умному, милому Ник[олаю] Воейкову - вы верно с ним часто видетесь. Тем более, что маленький круг ваших добрых знакомых стал еще меньше: вы лишились Бобарыкина. Чувствую вашу потерю, хотя и не имел щастия знать этого достойного молодого человека!

Я провожу время свое здесь довольно хорошо - и был бы совершенно щастлив, если глаза мои позволяли мне заниматься как должно. Я посещаю здесь Московский Университет - он хотя имеет недостатки, но все таки заменяет мне истинное просвещение, в котором чувствую удивительный недостаток. — Занимаюсь латинским языком, статистикой, русским языком, немецким даже и проч. Не знаю, увенчает ли успех жалкие труды мои. А вы, любезный Николай Николаевич, говорите в письме вашем о каких-то моих достоинствах - c'est une pierre jettée dans mon jardin 3)! Бог да отпустит вам прегрешение ваше.

Прощайте, почтеннейший! Не забывайте преданного вам навсегда

Алексея Тучкова.

Не увидите ли Ивана Дмитриевича 346) , прошу ему тоже кланяться. С нетерпением ожидаю будущей почты?.... -

P. S. Батюшка ваш еще не приехал из своей деревни, — его ожидают всякий день.

Книга № 10, лл. 206-207 об.
Примечания:

1) Так в подлиннике.

2) Первоначально: "ничего".

3) Перевод: "Это камень в мой огород" (франц. яз.).

345) Муханов Петр Александрович в отставку не вышел.

346) Очевидно, речь идет об Иване Дмитриевиче Якушкине.

0

167

167. М.Н. МУРАВЬЕВ

С.Хорошково. 15 декабря 1820 года.

Вот уже два месяца, любезной брат, как мы с тобой расстались, но по сию пору от тебя ни строки нет, неужели ты мне ничего о себе не скажешь, как доехал, как поживаешь, как уладил свои дела. – Я к тебе уже раз отсюда писал и послал программы твоего путешествия, которые конечно 1) уже получил. Я надеюсь, что издание оного пойдет на лад, из Москвы почты еще не получал и потому не могу тебя известить об успехе издания, как скоро что об оном узнаю, то не замедлю тебя уведомить. -

Пожалуйста, пришли мне скорее окончание описания Хивинского ханства, пора его отдавать в печать, в генваре начнем печатать Путешествие, рисунки же и карты все розданы в дело. -

Мы все, благодаря бога, здоровы и живем в большом уединении, извещай нас почаще о себе, как то служат тебе Венедикт и Данила, Федором я доволен. -

Отставки еще не получил, однако же скоро надеюсь; итак, я сделаюсь, наконец, мирным гражданином и конечно никогда не променяю жизни семейной на воинские почести. - Прощай, любезный брат и друг, извести, пожалуйста, о себе и не забывай многолюбящего тебя брата

М.Муравьева.

Жена тебе кланяется. -

Напиши мне, пожалуйста, что значит бакча в путешествии твоем, сему слову нет объяснения. -

На обороте второго листа адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву. Г[осподи]ну полковнику и кавалеру. Грузинской губернии в г. Тифлисе 2).

Книга № 11, лл. 6 об., 9-9 об.

Примечания:

1) "которые конечно" написано над густо зачеркнутой фразой.

2) На адресе штемпели: "Рословль",  "1820. Дека. 17", почтовые пометы.

0

168

168. А.Н. МУРАВЬЕВ

Москва. Декабря 24 дня 1820

Я получил письмо твое, любезный брат и друг Николай, письмо твое, грустное, печальное, унылое. Я искал в нем мужественного и твердого брата моего и нигде-бы не нашел его, ежели б не увидал в одном месте письма: бог да исполнит волю свою над[о] мною. На него моя надежда. Он мне утешитель!

Помнится мне, любезный брат, что я от кого-то слышал, или читал в книге: что мужественный человек предусматривает 1) и приготовляется заранее к опасности; но что находясь среди оной и как-бы погружен в нее, дух его бодр и уныние не поселяется в сердце его. Во истинну так, любезный друг, и сие-же самое и к тебе приложить должно. Ты знал, предвидел все, что с тобою произойти может, ты однако решительно хотел поехать, предайся теперь совершенно воле господней и пребудь спокоен.

Конечно, любезный Николай, грустно нам бывает разлучаться с теми, которых мы любим, с тем, что нам приятно. Но подумай только, что мы в здешнем подсолнечном мире для того только, чтобы воспитаться и сделаться искусными для будущей сверхчувственной жизни, которая единая есть истинная; а здешная, токмо предисловие оной. Что общий всех людей и всякой твари воспитатель есть сам бог, знающий меру 2) сил каждого из своих детей и не накладающий ни волоса лишнего 3) против силы чада своего. Сверх того, ежели бы человека вести одними путями щастия и радостей, то он никогда-бы не захотел расстаться с сим тленным миром, и умирать было-бы для него ужасное происшествие; тогда, когда смерть, напротив того, есть 4) отверзтые врата в вечность, и для праведного, источник всех высочайших благ. — Далее, ежели бы ты взялся учить кого нибудь ходить, истал-бы его водить только по совершенно ровным и гладким местам, то не мог-бы ты правильно сказать, что питомец твой умеет ходить, ибо он еще не испытывал гор; не спускался с горы, не вбегал на гору, не видал пропасти под ногами, не смотрел на утесы гор на[д] головою висящие; у него бы колени подогнулись и голова-бы закружилась при случаях сих. Уметь жить есть то, что уметь ходить в сравнении моем; нельзя уметь жить, не испытавши много; щастия и нещастия, радости и печали, суть орудия, коими бог полирует драгоценный алмаз, сокрытый в сердце всякого человека, и соделывает его, наконец, блестящим так, что все камни тусклы пред ним кажутся.

Вот, любезный брат и друг Николай, дружеские мои советы. Поверь мне в том, что ежели будешь свысока и отвлеченно смотреть на все периоды жизни твоей, на все удовольствия и противности жизни, на все случающиеся с тобою происшествия, и прибегать будешь к богу, единому подателю всех благ и коего промыс[е]л всех тварей своих в милосердии своем заключает, поверь, говорю, что тогда гораздо легче тебе будет сносить все тяготы, коими ты ровно как и всякой человек обременен бываешь. —

У тебя есть хорошая книга о познании самого себя. Читай ее, любезный друг, почаще, она тебе подаст хорошие советы, и верно разрешит все твои вопросы. -

Чувствительно тронут я и любезная жена моя дружественными выражениями твоими. Мы тебя от искреннего сердца любим и уважаем. Жена моя не очень здорова, беременность ее довольно трудна, и ей принуждены были пустить кровь. Я думаю, что еще раз сие сделают. Надеюсь на милость божию, что он благополучно доведет ее до надлежащего срока родов. Прощай, друг мой, бог с тобою, и да наставит и утешит он тебя. Многолюбящий брат твой

Александр Муравьев.

Книга №11, лл. 11-12 об.

Примечания:

1) Первоначально: "лредвидет",по тексту исправлено: "предусматривает".

2) Далее зачеркнуто:  "наших ".

3) Далее зачеркнуто: "на шею кто более".

4) Далее зачеркнуто: "дверь".

0

169

169. А.А.ТУЧКОВ

31 декабря 1820. Москва.

Я имел удовольствие получить письмо ваше, почтеннейший и любезнейший Николай Николаевич, в котором извещаете меня о деле Шебени. Много и премного благодарю вас за труд, который вы на себя взяли, хотя конец и не очень успешен. - Николай Воейков приписывал ко мне в вашем письме - я надеялся получить от него целое письмо; но не знаю, почему оно ко мне не дошло. Брат его Степан третьего дня приехал из Петербурга. Александр остался там - они оба здоровы - и последний намерен здесь много веселиться.

Пожелав вам, любезной Николай Николаевич, истинного щастия, остаюсь преданный вам навсегда

ваш покорнейший

Алексей Тучков.

№ неизвестный.

Честь имею поздравить с Новым годом.

Книга №11, л. 19.

0

170

170. И.Г. Бурцов

Москва. [8] генваря 1821.

Почтенный друг!

Наконец я вырвался на минуту из Тульчина 347), но уже не нашел в Москве того, кого наиболее желал видеть 348). - Обстоятельства попрепятствовали нам видеться в прошедшем году: дай бог, чтоб настоящий и будущий были щастливее.

- По приезде сюда, я узнал от почтеннейшей Надежды Николаевны, что ты оставил родных своих с мрачным чувством; два письма твои чрез нее ко мне доставленные равномерно убеждают меня, что нрав твой пасмурен и есть какая-то причина тяготящая твою душу. Я много раз брал на себя обязанность говорить с тобою о цели нашей жизни, о высочайшем благе человека; много раз питал надежды рассеять твою пасмурность яркими лучами благотворного светила - я разумею разделить с тобою то внутреннее спокойствие и довольство, коими судьба меня наделила: - но ты отвергал мои суждения, мало вникал в силу доказательств, и представлял мне некоторые высшие понятия о человеке, долженствующие руководствовать нас ко благу. Я ожидал, что следствием твоих правил будет твое щастие: но ныне вижу противное; ты ищешь не знаю чего несмертного, не обретаешь оного, и потому мучишъся. Я разумею людей с недостатками и слабостями: извиняю порокам, добродетелями прельщаюсь и целию жизни поставляю стремление к пользе ближнего, или взяв в тесном круге к пользе сограждан. В сем-то одном вижу предначертание творца и все силы направляю, чтоб оное исполнить. — Вот моя жизнь, мои действия, мои правила, мое блаженство. Хочешь ли быть щастливым, согласуй действия твои с моими, я ручаюсь тебе за непременный успех. Оставь скучную Грузию, уничтожающую таланты нужные для Отечества, и устреми твою службу в кругу прежних твоих друзей, конечно несравненных с новейшими встречами. - Вот желание преданного тебе сердца! -

Бобарыкин умер 349). Я пролил слезы о его кончине: ибо знал его добрую душу и готовность быть полезным. Сколько десятков ничтожных людей можно бы отдать на выкуп одного достойного из челюстей смерти. - Он был мой старейший друг, первый товарищ на поприще учености. - Тяжело, грустно расстаться навек с милым, добрым Бобарыкиным. Но тем более будешь ценить остающихся для нашего щастья.

Ты мне давал в письме твоем совет о женидьбе. Последовал бы ему, ежели б не видел неудобств величайших, способных опровергнуть все мои намерения. Я обрек себя исключительно на отечественную службу: может ли быть счастлива жена моя в беспрерывных переменах обстоятельств, сопряженных с исполнением обязанностей. Следственно, я или не женюсь никогда или в чине более способном к жизни постоянной. Сверьх того, я вторым условием супружества поставляю неопределенную взаимную привязанность, составленную прежде уговора. По сему нельзя назначить, кто должен быть женою? - Пиши ко мне, достойный Николай!

Бурцов.

Книга № 11, л. 33-34 об.

Примечания:

347) Очень интересным дополнительным материалом о приезде И. Г. Бурцова на Московский съезд 1821 г. являются письма тещи М.Н. Муравьева — Н.Н.Шереметевой к Н.Н. Муравьеву: "Иван Григорьевич, - пишет она 20 декабря 1820 г. из с. Покровского, — располагал в начале декабря быть в Москве, но еще нет. Сегодня послала в Москву, писала к нему, что имею от вас к нему письмо, но не посылаю быв в неизвестности о его приезде, чтобь) не затерялось — а узнав о нем, я сама непременно поеду в Москву повидаться с сим почтеннейшим человеком". И далее в этом же письме: "... у нас теперь возвратились из Москвы: Ивана Григорьевича еще нет, думаю, не задержало ли его то, [ о чем] он писал к Мише, что у них заводятся школы по методе Ланкастера, и он для устройства оных ноябрь должен там остаться" (ф. 254, кн. № 11, лл. 7 об. -8). 14 декабря 1820 г. И.Г. Бурцов был уже в с. Пронске(см.его письмо П.Д.Киселеву.- А.П.Заблоцкий—Десятовский "Граф Киселев и его время". СПб., 1881, т. I, стр. 192). Он приехал в Москву 4-5 января 1821 г., уже побывав в своем имении в Рязанской губернии. Н.Н.Шереметева пишет Николаю Муравьеву 7 января 1821 г.: "Наконец дождались мы Ивана Григорьевича. Он третьего дни сюда приехал и до 22-го здесь пробудет, а там возвратится опять в свою деревню". То же самое пишет в своем письме Василий Христиани 13 января 1821 г.: "Бурцов недавно приехал в Москву и скоро опять отправляется в свою рязанскую деревню..." 7 февраля 1821 г. Н.Н.Шереметева сообщает, что "Почтеннейший Иван Григорьевич пробыв тут две недели отправился опять в Рязань, откуда, отправляясь в Армию, заедет к Мише" (ф. 254, кн. 11,лл.29,35об.,66).

348) Н.Н. Муравьев был в Москве проездом в Петербург и на обратном пути. Он выехал из Москвы в Тифлис 10 ноября 1820 г. (см. его "Записки". - "Русский архив", 1887, кн. 11, стр. 406-414).

349) Бобарыкин Дмитрий Александрович умер в Имеретии 3 сентября 1820 г. от горячки.

0


Вы здесь » Декабристы » ЭПИСТОЛЯРНОЕ НАСЛЕДИЕ » Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.