Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » ЭПИСТОЛЯРНОЕ НАСЛЕДИЕ » Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.


Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.

Сообщений 51 страница 60 из 283

51

51. А.Н. Муравьев

Симферополь. Сентября 7-го дня 1816 года

Любезный друг и брат Николай,

Я получил сей час письмо твое от 22-го августа из Москвы писанное, и ты не представишь себе как оно мне было приятно; - и как не быть счастливым, когда после долгого молчания, после долгой неизвестности услышишь отголосок дружбы священной! — Опечалило меня только то, что ты хочешь уверить меня в том, что век твой уже кончен! Отринь, любезной брат, таковую не существительную, таковую не прилагательную мысль, она же <...> не годиться; в 23 года начинают только жить, а до сего времени все дни наши ничто иное как приятное или скучное предисловие. Ты знаешь, что часто предисловие совсем не обещает того, что в продолжение чтения встречается, и так, любезный брат, сделай как я. Я положился во всем, что свыше предвидения человеческого, на самого творца, и, право, ежедневно убеждаюсь, что провидение невидимой рукою всем премудро управляет! Убедись в сей великой истинне, убедись опытом, ежедневными наблюдениями человеческих поступков, человеческого сердца, и связи, которую все в мире здесь имеет, и ты увидишь, что Винглос очень часто правду говорил: tout est pour le mieux dans le meilleur des mon-des possibles1) — Я чрез cue не хочу сказать, чтоб к лучшему теперь было то, что с тобою случилось; ты видел счастие вдали умственно, но ты не вкусил его, и потому, когда придет время, то будешь счастлив свыше даже твоего чаяния! — Я не только не сомневаюсь в полной удаче твоих намерений, но даже совершенно уверен, что все желаемое тобою сбудется, что я увижу тебя среди милой супруги и маленьких, и толстеньких, и кругленьких Николай Николаиче, славных воинов, которые твердостью и силою ума и тела будут веселить и потом утешать тебя, папеньку их! Не сомневаюсь, любезный брат Николай, и пророчу тебе вперед, что все, что ищете твое сделать может, от тебя не уйдет. Только на бога положись, он всему начало и конец!

Ради меня, любезный брат, приплети к нити твоей жизни кусочек славы! — хотя философы и богословы в порок ее нам ставят, но право, брешут они. Она такая отрада в нещастиях, что человек делается часто свыше человека тогда, когда бы его погибнуть оставалось! Попробуй этого кушанья, ручаюсь тебе, что ты доволен останешься. A vaincre sans peril on triomphe sans gloire!2) - великое, величайшее слово, которое докажет тебе мафематически3), что ты радоваться должен тому, что с тобою деется, а не печалиться.

Хотя, милой мой, ты4) желаешь иметь на себе мою болезнь, дабы меня от оной избавить, однако позволь мне5) лучше оставить ее в Крыму, в Козловских грязях, в морской соленой воде, в холодном и быстро текущем Салгире, нежели возложить ее на тебя, юношу,во цвете лет, одарен[н]ом на подобие Атласа, такою силою, что шар земной на плечах удержать может! Благодарю тебя за такое предложение, оно ни тебе, ни мне выгодно быть не может. — Если б даже я и хотел тебя удовлетворить, то не могу более, ибо совсем теперь здоров, и скоро, то есть в половине октября отсюда поеду в Киев, оттуда в Москву, а оттуда в Петербург. - Итак, милой, бог знает, где тебя застанет сие письмо, может быть, уже в Персии, для того прошу тебя, когда будешь на оное отвечать, то адресуй на имя батюшки в Москву, ибо ответ твой здесь уже меня никак застать не может, - сие разумеется, когда бы ты получил оное в Персии, когда же в Москве, то можешь еще целые две недели 6) сюда писать.

Радуюсь от всей души, от всего сердца, что у батюшки все идет хорошо, молю бога, чтоб он наградил почтенного нашего родителя всеми своими благами; кто более его достоин вкусить их на свете? - Он нежной отец, он истинной сын России, и потому: Кесарю, кесареви!

Прощай, друг сердечной, обнимаю тебя, милой и любезной брат. - Александр Муравьев.

P. S. Одно письмо из тех двух, которые ты мне прислал, писано ко мне генералом Н.Н. Раевским, в котором вот его слова: прошу о продолжении дружбы вашей к отцу и сыну.

Приписка но полях: Заключай из оных, что тебе угодно! - Прощай любезный вторник, еще раз обнимаю тебя.

Книга № 4, лл. 51-52 об.
Примечания:

1) Перевод: "Все к лучшему в этом лучшем из миров" (франц. яз.).

2) Перевод: "Легкая победа не приносит славы" (франц. яз.).

3) Написано через Ф

4) Далее зачеркнуто: "а при говоришь что".

5) Далее зачеркнуто: "тебе в".

6) "две недели" написано над зачеркнутым: "месяц".

0

52

52. М.Н. Муравьев

Долголядие. 15 октября 1816 года.

Здравствуй, любезной брат! Судьба видно противилась нашему свиданью в Москве, — я 12-тъ часов после твоего отъезда приехал и останусь здесь еще вероятно один месяц. — ты уже конечно перенесся теперь через хребты Кавказских гор, - я мыслями часто за оные перелетаю к милому Артельщику, трудись, любезной брат, освети лучом просвещенья дикие хребты Кавказа - да загремит и в тех местах имя Муравьевых. — Благодарю тебя, любезной брат, за письмо (из Воронежа). Пожалоста, пиши ко мне как можно чаще, в возврате не сомневайся, и люби многолюбящего тебя брата.

М.Муравьева.

15 октября. Долголядие. 1816 год.

Книга № 4, лл. 55-55 об.

0

53

53. И.Г. Бурцов

С.Петроград. 25 октября 1816 года

Почтеннейший и любезнейший друг!

В грязи по колено, покрытый то снегом, то дождем, работал я в Гатчине всякой день с восхода и до заката солнца. Свет забыт был мною, ибо я недостоин был его. Одни физические упражнения составляли жизнь мою. Душа и сердце онемели на это время; одна телесность действовала. Я мерил время исхожденными верстами. Щита дни числом измеренных нив. Не удивляйся, любезный друг, что священный долг мой — говорить с тобою, нарушен был в продолжении сего время. Я не чувствовал себя. Все нравственное от меня удалилось, и я переселен был в какое-то скотское состояние. Иногда, как во сне вспоминал я о тебе, мечтал, но точно же как и во сне, никогда не мог перейти за предел вялости, свойственной усыпленным чувствам. — Вот истинное описание протекшего моего лета и осени. — Все кончено теперь. Три дни тому как я возвратился. Воскрес, опомнился, проснулся!

Первая вещь, встретившая меня по приезде в тот город, где мы провели щастливейшие дни, было письмо твое из Ставрополя.

Я читаю, перечитываю его. Грустное положение твое сильно меня трогает. Судьба гонит тебя, ты говоришь; но можешь ли ты сомневаться в правосудии бога? Сочти в своей памяти, сколько черных дел обременяют твою совесть? Напомни себе свои поступки, свое поведение. Отдалился ли ты когда от стязи добродетели, от стязи чести? Примерной член Артели! примерной своими строжайшими правилами, тебе ли можно негодовать на свои прошедшие действия и раскаяваться в оных? Ежели ты не хочешь строго разобрать их, то позволь тем, кои были сближены с тобою произнести общее мнение всех знающих тебя нащет твоего поведения. - Кажется, любезнейший друг! тебе не было надобности скрываться от меня: я тебя довольно знаю. Знаю твои правила, от коих никогда не совращаеш[ь]ся ты, и, напоминая себе твое поведение, вижу в нем более воображаемое, нежели исполнившееся на самом деле. Так, далек ты в поступках своих от большой части смертных. - Они спят спокойно, а ты тревожим мрачными сновидениями! Они наслаждаются дарами творца, а ты гоним Судьбою! Возможно ли, почтенный друг, роптать за сие на всевидящее благое око создателя? Воображение одно обременяет тебя. Рассудок пламенен, быстр. - Всуе будешь ты призывать его себе в помощь. Одно, что может усладить твое положение, возвратить внутреннее твое спокойствие, дороже всего в свете сущее, есть религия! - отрада страждущих, могущественное исцеление томящихся, благая сила! Последуй совету истинно привязанного к тебе сердца, в полной мере чувствующего1) бедствие тебя угнетающее. Взгляни презрительным оком на течение сей кратковременной жизни нашей; взгляни на ничтожество успехов и неудач, радостей и печалей попеременно волнующих смертных. Представь себе сии беспрестанно различные расположения человека. - Сравни их с вечностью! - Вспомни, что не для бренного человек вдохновен божественною силою, предначертанною для бытия вечного, блаженного, несравненного с тленом. - Войди в себя! вот все то, что может служить доказательством сей несомненной истины, - великой, - ва[ж]ной! - Ты скажешь мне, что после этого не должно жить долее. Напротив, почтенный друг! Стараясь познать волю всевышнего, нахожу я, что единая обязанность наша в отношении к нему состоит в соделании добра. И по сему не только должно прилагать всевозможное старание к рачительному сохранению нашей жизни, но даже и к строгому сбережению здравия, продолжающего нить существования нашего; дабы тем более имели мы возможности обогатить себя добрыми делами; и отягощенные сей драгоценной ношей сподобились предстать пред суд всевышнего для получения возмездия навеки. Вникни, любезнейший друг, в предмет сей, познай сие, словами неизъяснимое, спокойствие, убедись в необходимости бытия нашего, служащего, так сказать, ходатайством, поручительством для будущего существования в вечности2) ; убедись в том, что опасность тогда должна мила нам быть, когда добродетель, долг3) священнейший4) повелевает подвергнуться оной; но совсем не в то время, когда одно беззаконное и дерзостное искание смерти, соделывает ее таковою. Прибегни к милосердому покрову творца! Посвяти часы время своего на созерцание великости блага его, и возврати себя преданные тебе сердцам. —

Хотел бы рассказать тебе подробно здешние происшествия наши, но малость предмета не развлечет тебя; и потому удовольствуюсь самым сокращенным описанием. В Гатчине я имел случай познакомиться довольно близко с императрицей Марьей Федоровной и вел[иким] княз[ем] Михаилом Павловичем. - План наш окончен хорошо, верно и скоро 133) . Он 5) представлен был государыне в день ее рождения и государю также. Все, кажется, им довольны. Теперь мы начинаем перечерчивать его набело 134). Зимой 6) полагаю, должно быть производство в нашем Корпусе. Парады продолжаются попрежнему. Дом Гв[ардейского] генерального] штаба отделан прекрасно . В среднем жилье заведено Сипягиным книгохранилище 135) , которое возрастает довольно успешно. В первых числах ноября7) ожидаем мы к нам посещения государя, и после оного г. Жомини 136) откроет в книгохранилище чтение военных уроков. С сего же время г.Сипягин хочет начать издание Военного журнала 137), коего, по его словам8) , имеет он уже на 8 месяцев готового. Дай бог успеха в добром деле! Я, впротчем, сомневаюсь. Наши Записки по причине разгрома, происшедшего в Артели, остановились и, кажется, не вознесут главы своей, ибо сие издание Сипягинское должно быть одобрено государем, а посему на второе таковое предложение скажут: держи карман 138).

Гвардейским драгунам шьют новый мундир однобортный с 9-ю петлицами золотыми по брюху; неизвестно еще понравится ли он государю. Даниловской сделан флигель-адъютантом.

Я живу здесь один на Дворцовой площади близ Ген[ерального] штаба. Нетерпеливо ожидаю возвращения сюда Александра и Миши, которые должны приехать дней через 10. Тогда, кажется, мы опять воскресим артельную жизнь, дабы воспользоваться настоящим щастием, и погрустить о[ б ] удалении главы достопочтенного Общества.

С прискорбным духом молю всемогущего, да осенит он тебя покровом своим, да ниспошлет радость на главу твою, и водворит покой в сердце твоем.

Прощай, честнейший из смертных!

Прощай, почтеннейший друг! Помни Бурцева.

На обороте адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву 2-му Гвардейского генерального штаба г. штабс-капитану и кавалеру, находящемуся при генерал-лейтенанте Ермолове. В Моздок. А оттуда в Главную квартиру Грузинского корпуса.

Книга № 4, лл. 71-74 об.

Примечания:

1) Далее зачеркнуто: "нещастие".

2) Далее зачеркнуто: "И возврати себя преданным тебе сердцам"

3) Далее зачеркнуто:: "чести или другой".

4) Далее зачеркнуто: "и полезнейший для".

5) Впереди зачеркнуто: "теперь".

6) Далее зачеркнуто: "кажется".

7) Первоначально: "с ноября".

8) Первоначально: "он уверяет".

133 Письма М.Н. Муравьева № 52, 57, 78, 83 и 146 являются приписками к письмам отца, Н.Н. Муравьева.

134 Речь идет о съемке волостей императрицы Марии Федоровны (см. письмо Бурцова № 28).

135 Книгохранилище Гвардейского генерального штаба играло видную роль в деле объединения гвардейских офицеров, ставивших своей задачей пропаганду военных знаний, разработку военно-теоретических вопросов (см.: Е.А.Прокофьев. Борьба декабристов за передовое русское военное искусство. Изд. АН СССР, М., 1953, стр. 274).

136 Жомини Анри (1779—1869) — военный писатель и теоретик; генерал французского генерального штаба при Наполеоне I; перешел на русскую службу в 1813 г. В военных теоретических работах Жомини стремился создать теорию нового военного искусства, пропагандировал стратегию и тактику наполеоновских войн, в разработке которых участвовал. Но его система была догматической и вызывала критику со стороны декабристов — военных специалистов (см.: Е.А.Прокофьев. Указ. соч., стр. 180-182, 186).

137 "Военный журнал" — журнал, издававшийся "Обществом военных наук" при Гвардейском генеральном штабе в течение трех лет — 1817—1819 гг. Основную роль в издании этого журнала игралс декабристы, офицеры штаба. Его редактором был Ф. Н. Глинка, среди авторов статей и переводов были И. Г. Бурцов. Н.М. Муравьев, В.Д. Вольховский и др. "Военный журнал" сыграл большую роль в оживлении русской военно-теоретической и военно-исторической мысли и в воспитании отечественных теоретиков. (О программе журнала см.: Е.А.Прокофьев. Указ. соч., стр. 274—276). Подробнее о составе сотрудников журнала см. письмо И.Г. Бурцова от 24 ноября 1816 г. // С 293

138 "Записками" И. Г. Бурцов называет задуманное Священной артелью издание "Военно-математических записок". По поводу их издания к начальнику штаба Гвардейского корпуса Н.М.Сипягину в 1816 г. обращались 6 обер-офицеров: Александр Муравьев, Михаил Муравьев, Николай Муравьев, Иван Бурцов, Петр Колошин и Никита Муравьев. Тогда же было подано "Общее начертание" преполагаемого издания "Военно-математических записок". (Публикацию этих документов см. в "Литературном наследстве", т. 60, кн. 1, 1956, стр. 555—558. -В.Н.Молодший. Несостоявшееся издание "Военно-математических записок"). Программа предполагаемых "Записок" во многом предвосхищала "Военный журнал".

0

54

54. М.Н. Муравьев

Село Долгия Ляды 3 ноября 1816 года

Письмо твое, любезной брат, от 9-го октября писанное из Моздока получил -1) из оного видно, что, грусть тебя обуяла, утешать тебя не буду, ибо мысль о2) пользе, которую ты сим путешествием принесешь Отечеству должна превозмочь скуку с сим3) сопряженную. Трудись, любезной брат, но не давай воли отчаянью, и не станови себя в числе нещастных, позволь мне тебе заметить, что ты только сие воображаешь, ибо дела твои4) в отношении любви совсем не так безнадежны, напрасно ты на сие глядишь с черной стороны и лишаешь чрез то Отечества5) полезного гражданина; но что тебе об сем писать, ты сам хорошо знаешь все свои обязанности.

От Александра я получил письмо из Крыма. Он поправляется здоровьем, и сюда дней через 10-ть приедет. От Бурцова тоже на сих днях получил письмо, он свою съемку кончил, и государь его и Голицына лично благодарил при полном генералитете.

Ты, я думаю6) удивляешься, что от Петруши писем не получаешь; ему сделали в Москве операцию, разрезали богомолку; вот почему он7) к тебе не пишет.

Сердечно радуюсь, любезный брат, что ты познакомился с почтенным Булатовым, он достоин твоей приязни.

В начале декабря я отправлюсь в Петроград, где опять заживем в артели. Мысль сия меня утешает и между тем раздирает сердце тем, что будем разно жить с8) нашим славным артельщиком, по крайней мере память о тебе будет парить в артели, часто будем мысленно перелетать к тебе в Грузию, и уповать, что по гласу дружбы ты не захочешь с нами на век расстаться.

Прощай, любезный брат, будь щастлив, пиши к нам чаще и будь уверен в истинной к тебе привязанности брата твоего

М.Муравьева.

Книга № 4, лл. 85-85 об.
Примечания:

1) Так в подлиннике.

2) "мысль о" — написано над строкой.

3) Далее зачеркнуто: "столько же (?)"

4) Далее зачеркнуто: "со все".

5) Первоначальная редакция: "лишаешь чрез то себя Отечества", затем зачеркнуто: "себя", слово "отечество" осталось в родительном падеже.

6) Написано над зачеркнутым: "не удивляешься".

7) Далее зачеркнуты два слова.

8) Первоначальная редакция: "что не будет"; затем исправлено на "что будем" и написано над строкой "разно жить с".

0

55

55. И.Г. Бурцов

С. Петербург. 1816. - Ноября 6.

Почтеннейший друг!

Второе письмо посылаю к тебе, с тех пор как я сюда возвратился; но не уверен дойдут ли они до тебя. Страшная даль разлучает нас, и сношения продолжительны. Никто не имеет от тебя известия позже ставропольских, и не знаю, где ты теперь обретаеш[ь]ся. Не могу даже представить себе, что составляет теперешнее упражнение твое. Я же вошел в обыкновенный порядок здешней единообразной жизни. Все одно да то же. - Братья не едут. Александра еще нет в Москве, а Миша взял отпуск до нового года. Ничего ко мне не пишет, и я не постигаю причины этой странности. Здесь начинают экзаменовать колонновожатых в офицеры 139) , и по ненахождению Миши, надобно полагать, что вся дрянь выползет. Итак, еще месяца два Артель не соорудится 140). Мое положение, кажется, не многим бы понравилось. Я один - без друзей. Когда вижу людей - говорю с ними со сжатым сердцем. Откровенность не есть любезная черта нынечнего общества. Признаюсь, что такое состояние не завидно. Но поверь, любезный друг, что в сем трудном случае я нахожу отраду в самом себе; и сия тайная беседа с собою имеет свои приятности. Я размышляю о будущем. Стараюсь употребить в пользу настоящее, дабы достигнуть своей цели и на сем основываю мое поведение. Всегдашнее мое желание научиться строевой службе теперь имеет свое исполнение. Я занимаюсь ею вполне. Сипягин позволил два дни в неделю мне быть свободным для лучшего успеха в сем деле. Я учусь в саперном баталионе потому что Сазонов сам на сие вызвался. Должность офицера знать для меня недостаточно. Я начинаю с рядового. Всякой день часа два, три марширую, мечу артикул, и в короткое время вижу довольные в этом успехи. На будущей неделе приступлю к построениям. - Лукаш пристал ко мне в этом упражнении и сие доставляет мне способ чаще его видеть, что для меня чрезвычайно приятно; ибо он один составляет то лицо, с которым я говорю, что думаю. Прекраснейший товарищ во всей силе слова. Мандерштерн добр до чрезмерности, и поведение его изображает самого честнейшего человека. Мы щастливы, что имеем его начальником. Он заботится о нашем производстве, и я думаю, что к Новому году оное совершится.

Ежели увидишь Щербинина 141) , то скажи ему, что к[нязь] Волконской считает его в числе имеющих быть произведенными.

Чертежная наша хотя и состоит, как тебе известно, из самых лучших Немцов, но все не го, что было в прежнее время; когда и язык, и обычаи, и правила русские господствовали. Теперь находишь ты хороших офицеров; тогда видел отличных людей, искреннейших и друг другу преданных товарищей. Теперь, что производится с поспешностью, есть действие зависти, соревнования: тогда работа быстро текла от единодушия, пособия друг-другу; от общего порыва на один конец устремленного.

Как ты хочешь, почтенный друг, а через десять лет я и сам себе не буду верить, что жил с людьми не похожими на встречаемых ежедневно; что видел их так близко; видел поступки такие, какие только в бытописаниях найти можно.

Помни о преданном тебе

Бурцеве.

На обороте адрес: Его высокоблагородию Николаю Николаевичу Муравьеву в Тифлисе.

книга № 4, лл. 87-88 об.
Примечания:

139) Экзамены колонновожатым при производстве в офицеры происходили в Свите е.в. по квартирмейстерской части. См. также комментарии № 13 и 16.

140) Священная артель "соорудилась" только в январе 1817 г., когда съехались ее члены.

141) Щербинин Михаил Андреевич (1793—1841) — участник Отечественной войны, поручик Гвардейского генерального штаба, член посольства А.П.Ермолова в Иран в 1817 г. После Кавказа — участник кружка "Зеленая лампа", друг А.С.Пушкина, которому поэт адресовал в 1819 г. свои стихи. Известно, что М.А. Щербинин распространял вольнолюбивые стихи Пушкина.

0

56

56. И.Г. Бурцов

Петроград. 9 ноября 1816

Здравствуй почтеннейший мой друг!

Дни с три тому назад получил я твое письмо из Моздока. Оно лучше ставропольского. Ты в нем мне кажеш[ь]ся меньше расстроенным.Меньше ненавидишь нищету нашей бренной жизни. Вооружаешь себя лихими шашками, кинжалами. Готовишься1) начать занятия совершенно военные. Радуюсь этому2) , но жалею, что нет при тебе достойного товарища, с которым, конечно, и время и упражнения для обоих показались бы гораздо приятнее. Ты пишешь, что убил 4-х скворцов. Я тоже бывал здесь на охоте, но один - не наслаждался ею. Бегал за дичью, чтоб убить ее, дабы только пересказать тебе об этом - хотя через письмо. - Вспомни о гутуевских вечерах! Не дичь, не успех в охоте делали нас довольными. Нет. Это преодоление трудностей; открытие качеств, свойственных как тому, так и другому; взаимное удостоверение в бодрости каждого. - Убеждаюсь наиболее, любезный друг, что не на одной охоте; но и в продолжении целой жизни, человек привязанный к дост[ой]ному не иначе может быть щастлив, как в то время, когда поступки его наблюдаемы оком3) доблественного человека.

Часто приходит мне в голову мысль о предпринятом нами прошлою зимою путешествии в Сибирь 142) . Уверяю тебя, что жизнь не показалась бы тебе тяжелым бременем, ежели б мы были вместе; ежели б опасности и препятствия разделяемые обоюдно4) доставляли иногда сладчайшие минуты спокойных рассуждений, мечтаний о старине, о[б] окончании предприятия, о новых замыслах. Я теряюсь в восторге, когда мысль сия на меня находит. Много жалею я, что правительство не согласилось на исполнение сего предложения. Какое драгоценное было бы для меня состояние, когда б я мог сказать: в глазах такого-то я мужествен, я бодр; а сей-то человек передо мной есть достойнейший из всех, кого я знаю! Мне кажется, что ничто не может быть утешительнее сего. А как достигнуть до этого? Не иначе, как перейдя чрез ряд случаев, из коих каждой требует, чтоб странник был препоясан доблестью. Я не теряю надежды, впротчем. Неужели в наш век не встретимся мы с подобными обстоятельствами?

Здесь, скажу тебе, я окружен этими полуприятелями, которых не привык во многое ставить, и чертежная есть одно только место, где мы видимся. Ни они ко мне, ни я к ним. - Лукаш почтенный товарищ и посещения его я ценю как5) оные стоят.

Бюль-бюль 143) ведет себя по-соловьиному. Между нами нет ни одного, из которого бы он мог сделать своего ординарца. Вот это, кажется, ему зло. Сегодня узнали, что он за нашу съемку написал к К[нязю] В Болконскому] представление, в коем, говоря обо всех одинаково, под конец прибавил: что пор[учика] Мейендорфа (перешедшего из ком[м]уникаций), находит особенно отличившимся и достойным к переводу в Г[вардейский] Генеральный] штаб. Труды М[ейендорфа] найдены всеми знатоками, и между прочим г[енералом] Толем 144) вдвое и меньше и несовершеннее моих, а он просит, чтобы К(нязь] обратил на него особенное свое внимание. Я, узнавши это, поклялся сегодня в присутствии всех офицеров, что ежели М[ейендорфа] переведут в гвардию, а меня не произведут в тоже время или вскоре6) после того, то я непременно выхожу в отставку. Честь свидетелем того, что я исполню это.

Матвей Муравьев нездоров, у него открылась рана 145) , и по сей причине я его не вижу. Корсакова 146) также не вижу, ибо надобно ехать к нему; а ты знаешь как он утомляет своими угощениями, церемониями. А сохрани боже, ежели попадеш[ь]ся к нему один, да после такого долгого отсутствия! - У Катерины Федоровны 147), да у Вульфа 148) бываю довольно часто.

Александра нет еще, но полагаю, что он должен быть в дороге, ибо писем от него никто не получает. Я живу на Дворцовой площади в Доме Грифов, там, где жил колонновожатый Толстой 148). Но я думаю, что тебе лучше надписывать письма ко мне в Дежурство Гвардейского Корпуса, ибо я могу легко переменить мое жилище. - Прощай любезнейший друг. Будь несомненен в преданности тебе

Бурцова.

Приписка на полях: Кланяйся Бобарыкину, когда его увидишь. — Скажи, что я к нему писал.

Книга№4, лл. 91-92 об.
Примечания:

1) Далее зачеркнуто: "вступить".

2) Далее зачеркнуто: "для тебя".

3) Далее зачеркнуто: "добродетельного".

4) Написано над зачеркнутым: "вместе".

5) Написано над зачеркнутым: "чего".

6) Написано над зачеркнутым: "тотчас".

142 Речь идет о проекте обозрения Сибири, который подал Н.Н. Муравьев в начале 1816 г. кн. П.М.Волконскому (см. комментарий № 84). "Мне хотелось путешествовать, чтобы развлечь свою тоску и вместе с тем принести пользу отечеству. Сибирские страны казались для меня тогда всего удобнее. ...Я сочинил начертание для обозрения сего края, назвал товарищей своих, в числе коих был Бурцов... Я сперва подал записку о сем проекте Сипягину, а потом самое начертание Толю, который представлял оный князю Волконскому и возвратил мне его, написав мне в лестных выражениях письмо, которым благодарил меня от имени князя за рвение мое к службе, говоря, что сей новый опыт усугубил доброе мнение, которое начальство обо мне имело; но между тем он ссылался на другие обозрения Сибири, прежде сделанные, которые находил достаточными "("Записки" Н.Н. Муравьева-Карского. -"Русский архив", 1886, № 2, стр. 143-144).

143 Бюль-бюль (соловей, татар, яз.) — прозвище, данное кому-то из старших офицеров генерального штаба, но кому именно оно принадлежало, установить пока не удалось.

144 Толь Карл Федорович (1777—1842) — барон, генерал-лейтенант; был назначен в декабре 1815 г. генерал-квартирмейстером Главного штаба. В особую канцелярию генерал-квартирмейстера входило топографическое и маршрутное отделения. По всем вопросам, относящимся к расположению, передвижению и сбору войск, к военным съемкам и картам, к занятиям офицеров, генерал-квартирмейстеры армий обращались непосредственно к Толю. На него же была возложена и другая обязанность — поверка и заготовление военных карт, необходимых для расположения и движения войск, сбор всех сведений, требующихся по этому предмету (см.: Н.П. Глиноецкий. История русского Генерального штаба. СПб., 1883, т. I, стр. 287—290).

145 Матвей Иванович Муравьев-Апостол (1793—1886) был ранен в ногу в сражении под Кульмом 18 августа 1813 г.

146 Карсаков Семен Николаевич — см. комментарий № 30.

147 Екатерина Федоровна, очевидно, Муравьева, мать Никиты Михайловича Муравьева.

148 Вульфы были дальними родственниками Муравьевых. Одна из дочерей Федора Артамоновича Муравьева (родного брата деда Никиты Михайловича Муравьева) — Анна Федоровна была замужем за старшим предводителем дворянства гвардии капитан-поручиком Иваном Петровичем Вульфом.

149 Возможно, это Толстой Василий Петрович (ум. в 1828), колонновожатый Муравьевского училища, которое он закончил в 1816 г

0

57

57. М.Н. Муравьев

С. Долгие Ляды. 19 ноября 1816 года

Ни духу ни слуху нет о тебе, любезной брат, уже слишком две недели, пришли нам весточку, где ты находишься и что с тобой делается, смотри артельщик, помни слово святое дружбу, пиши почаще, ибо друзья по тебе беспокоятся тем более, чем далее ты от них уезжаешь. По последнему письму твоему из Моздока видно - что ты горюешь, я тебе уже на оное отвечал; полно, брат, горевать, выкинь из головы ужасные, мрачные мысли о невозвращении твоем к нам, зачем себе сие в голову вбивать, ты уязвляешь сим даже и то малое число приятных мгновений, которое провести можешь вне круга настоящих друзей твоих; не лучше ли иметь в предмете только трех летнюю с друзьями разлуку и1) усладить тяжкое время сие беспрестанными занятьями для пользы Отечества, поприще обширное особливо в тех столь мало известных краях, цель достойная тебя; и которую без сомнения исполнишь в совершенстве и возвратишься в свою родину в объятья искренных друзей своих с новой честью и славой, получишь большой вес в обществе и высшее званье по службе, чего больше для твоего щастья, ты сим самым приобретешь руку Н.М.2) Полно, брат, кручиниться, чем ты не щастълив, (я чувствую, что ты внутренне меня бранишь, говоря, каменное сердце, ты не понимаешь любви). Понимаю, любезной брат, право понимаю, и чувствую сколь сильно она должна действовать на тебя, но виноват, полагаю, что всему есть мера (извини моей искренности), если бы ты и не мог совершенно надеяться на удачу3) своего предприятья, неужели для сего должно вдаться в отчаянье, забыть свои бесконечные обязанности к обществу, покинуть на век свое семейство и всех искренне тебя любящих и искать везде себе смерти, стыдись своему малодушью, любезной брат, всякое отчаянье в подобных обстоятельствах есть малодушие, неужели ты не можешь перенести кратковременного нещастья, неужель человек не имеет никаких отрад в нещастьи, неужель бога нет! Неужель святая4) вера христианская тебя не подкрепит, будь духом тверд, не давай воли мрачному своему воображенью, помни долг свой к Отечеству, обязанности к семейству своему и друзьям, приводи себе обязанности сии почаще в голову и поверь, любезной брат, что скоро, скоро, увидим мы друга своего в наших объятьях, щастьливого, ибо любим и уважаем всеми и прославившийся пользою принесенною им своему Отечеству и твердостью в нещастьях, тогда и прочие его предприятья, касающиеся Н. вероятно свершатся. Прощай, любезный брат, пора кончить, извини искренность брата и друга твоего Михаила Муравьева.

19 ноября 1816 года. Село Долгие Ляды.

№3 брата Александа завтра ожидаем сюда, где и пробудем до 10-го декабря, после чего в Петроград.

Книга № 4, лл. 94-94 об.
Примечания:

1) Далее зачеркнуто: "употребить".

2) Так в подлиннике.

3) Далее зачеркнуто: "сурпу".

4) Написано над густо зачеркнутым словом.

0

58

58. И.Г. Бурцов

Питер. 24,ноября 1816

На прошлой неделе не писал к тебе, почтенный друг, потому что хлопочем о приготовлении к Георгиевскому параду, имеющему быть 26-го сего месяца. Вечера даже были отняты черчением проэктов для оного; и Сипягин все это возложил на меня; так что я все занятия мои принужден был оставить. Нащет новостей скажу тебе, что на сих днях мы (т.е. дом Гвард[ейского] Генерального]штаба) удостоены были знаме[ни]тых посещений. Третьего дня великой князь Михаил Павлович, а вчера его императорское величество, изволили пожаловать к нам и смотрели Дежурство, Книгохранилище и наше Отделение. По случаю того, что мне вчера досталось быть дежурным, я должен был первый встретить государя и при входе на крыльце донести его величеству о[б ] исправности. -

Теперь ожидаем на днях открытия Военного общества 150) имеющего целию издание Военного Журнала. Члены сего общества уже назначены. Они делются на два разряда. 1-й Почетные члены. В числе сих находишь ты двух молодых великих князей, К[нязя] Волконского, Толя, Закревского, Орлова, Киселева и пр[очих] многих генералов, всего человек до 20-ти. 2-й разряд. Действующие. В голове всех: Жомини, потом Бутурлин, Муравьев. - Сипягин (как основатель) 151), много ученых гвардейских офицеров, и к великому удивлению, мы все, состоящие при Корпусе, назначены в состав сего разряда, и что всего странее, даже без нашего согласия. Причиною сего полагают то, что мы на сие имеем непременное право, ибо и Библиотека принадлежит Гв[ардейскому ] Ген[еральному] Штабу. - Пускай, да будет тако.

Я все один. Братьев нет; да и по слуху ничего об них неизвестно. Полагаю, что тишина сия предвещает бурю, и потому думаю, что скоро нагрянут. Хочется быть произведенным, да бог знает, удастся ли? - Жалованье прибавляют с Нового года по 300 р. обер-офицерам. Да нам здесь будут давать фураж натурою на одну верьховую лошадь, - Вот все, что касается до того, об чем теперь шумят. —

От тебя я получил толька два письма: одно из Ставрополя, другое из Моздока; а пишу к тебе это - четвертое. —

[У]верен, что невозможность препятствует тебе чаще извещать меня. - Вуль[ф], у которой в доме ты себе лоб разбил1), тебе кланяется. - Сегодня имянины Катерины Федоровны и я надеюсь у нее быть.

Прощай, любезнейший друг! — Наделяй нас почаще золотыми твоими весточками. — Не забывай Бурцова.

На обороте адрес: Его превосходительству милостивому государю Алексею Петровичу Ермолову. Господину главнокомандующему Грузинским корпусом. В Тифлис. А ваше превосходительство покорнейше прошу доставить гвардии штабс-капитану Муравьеву 2-му.2)

Книга № 4, лл. 95-96 об.

Примечания:

1) Часть букв залита сургучом.

2) На адресе штемпель: "С.Петербург", почтовые пометы.

150 Во время посещения Гвардейского генерального штаба Александром I офицеры через начальника штаба Сипягина обратились к царю с просьбой об издании "Военного журнала". Одновременно были созданы "Общество военных наук" (или "Общество военных людей") и "Военный журнал". (О задачах Общества см.: Е.А.Прокофьев. Борьба декабристов за передовое русское военное искусство, стр. 274—276).

151 В состав Общества военных наук входили: А.Жомини — см. комментарий № 136, Дмитрий Петрович Бутурлин (1790—1849) — в это время адъютант кн. Волконского, военный историк: П.М.Волконский — см. комментарий № 51; К.Ф.Толь - см. комментарий № 144; Арсений Андреевич Закревский (1789-1865) - граф, в 1816 г. исполнял обязанности дежурного генерала Главного штаба; Павел Дмитриевич Киселев (1788-1872) — генерал-адъютант, начальник главного штаба 2-ой Армии; Н.М.Сипягин - см. комментарий № 62; упомянутые два великих князя входили только как "августейшие шефы".

0

59

59. И.Г. Бурцов

9 декабря 1816. Петроград

Любезнейший и почтеннейший друг!

Кажется, нельзя пожаловаться тебе на меня за то, что редко пишу. Никогда не проходит двух недель без того, чтоб не побеседовал я целого вечера с тобою, и вечера эти для меня неописанно приятны. От тебя же здесь никто не имеет известий позднее приезда твоего в Моздок. Но мы не смеем требовать от тебя частых уведомлений: ты беспрестанно в походе, в хлопотах; сверьх того доставление писем должно быть не совершенно верно; все сии затруднения заставляют нас учиться терпению. Когда от тебя приходит весть, то весь город, я думаю, об этом уведомлен.

Я все еще один здесь. Братьев нет. По известиям из дома Колошиных 152), Александр возвратился уже в Москву, и тотчас поехал к Отче в деревню. Не знаю наверное, когда они сюда воротятся. Терпенья не стает уже ждать их. Вообрази, вот уже два месяца с тех пор как я возвратился из Гатчины, и принужден жить один уединенно. Дней с 10 мне нездоровится и я сижу в четырех стенах. Хотя товарищи и посещают меня довольно часто, но товарищи эти не друзья. Посещение их - визиты, слова - комплименты. Лукаш и Мандерштерн заслуживают полное исключение из первого разряда, но им время нет сидеть со мной: приходят и часто, да все на минуту. Сколько ни читай, как много ни пиши; все грустно, когда не с кем приятного слова сказать. Ужасное состояние не иметь возможности питаться свежим воздухом! Комната моя диагонально имеет протяжение на 15 шагов. Тут вечная моя прогулка в то время, когда голова начинает трещать от чтения. По этому бульвару прохаживаюсь я взад и вперед — мечтаю, рассчитываю, располагаю. Тут иногда целый вечер ни об чем не думаю больше, как об каком-нибудь легко конном полку, которого жребий приведет лет через шесть1) иметь меня своим начальником. В эту минуту стены трещат от заездов. Марррр…ш. Марррр… — раздается во всем околодке2). Но вдруг всему перемена дирекции. Я провижу неудачу по службе. Отставка готова, и я вольный казак. Тогда во фраке вижу себя путешествующим, учащимся, скитающимся по морю и по суше в дальнейших краях. - Как бы то ни было, хоть это и забавно, но все одно и тоже слишком тяготит воображение. Нет, это наскучило. Лучше жениться; жить в покое, в тишине - быть прочно щастливым, и взирать на свет для того только, чтоб надсмехаться над его глупостями. — Ах боже, ежели не все, так большая часть наших действий на самом деле похожи на эти воздушные башни. Ежели не все мечта, так мало только можно исключить из под этого названия. Колико блажен тот, кто краткий переход сей считает за опасное плавание по бурному морю, клонящееся к мирной пристани, и спокойной долине. Там оставим плох[о]й, бренный челнок, обретем стезю бессмертия. Колико необыкновенную твердость иметь должно, чтобы противустоять страстям, предрассудкам, и избрать тот непоколебимый ход, ведущий нас к вечному благу. Ход сей основан на единой добродетели. Делать пользу человечеству, дабы иметь сие неоцененное бремя при предстании всевышнему суду.

Я не знаю как изобразить тебе желание мое поскорее увидиться с Мишей. Сколько предметов волнующих воображение мое предложу я ему на рассуждение. День возвращения его будет для меня днем величайшего щастия. - Я бы стал тебе описывать, что здесь делается, но все вздор.

Уведомь, пожалоста, когда начнется ваше путешествие, и когда думаете вы возвратиться опять в Тифлис. Нащет производства полагают все, что по два в каждом чине повышены3) будут, и поэтому тебе и мне достанется. -

Будь здоров, почтенный друг. Не забывай

Бурцева.

Книга № 4, лл. 99-100 об.

Примечания:

1) Так в подлиннике.

2) Так в подлиннике.

3) Написано над зачеркнутым: "удост".

152) В Москве, на Собачьей площадке жила мать братьев Колошиных - Марья Николаевна (1759-1826), и сыновья обычно останавливались у нее.

0

60

60. А.Н. Муравьев

Петроград. Генваря 16-го дня 1817 года.

Любезный брат и товарищ! 153)

Я возвратился из прелестной Тавриды в Москву 20-го ноября. - Пробыл у батюшки в Долголядии 154) до 13-го декабря. — Поехал в Прямухино 155) оттуда, и прожил там до 27-го декабря. В столицу же явился 1-го Генваря. - Итак, вот уже более двух недель как я здесь пребываю. Здоровье мое, кажется, совсем поправилось и я свеж и силен попрежнему. - Письмо твое из Тифлиса от 13-го ноября получил недавно, и спешу удовлетворить желанию твоему, тем паче, что великое чувствую удовольствие, когда тобою занимаюсь. - Усматриваю из слов твоих, что великий твой начальник доверенность к тебе имеет - и сие, кажется, должно быть очень, тебе приятно, ибо обрести доверие обыкновенного человека хоть приятно, однако не лестно, но доброе мнение такого мужа каков Алексей Петрович должно ставиться в великую похвалу . 156) — С удовольствием вижу, что тебе оно дорого. - С великим нетерпением ожидать буду копии с повеления начальника твоего ехать на границы мусульманские 157) , и особенно, если возможность есть, твои об ней рассуждения.

Быв так же как и ты, хотя впротчем не в таком отдалении от родных и друзей, - заметил я, что нет величайшего удовольствия, как получать со всех сторон письма от тех, коих любишь; - я думаю, что и ты сие чувствуешь. – Заметил также, что чем далее от столицы, от суетностей житейских, от подлого и низкого подражания иностранцам, от непрерывной перемены в модах, от…1) и протчия, и протчия истинной добродетельной муж2), тем более начинает себя чувствовать, тем более видит всю ничтожность блестящих сборищ столичных, и3) питает некое презрение к тому, что не к прямой пользе Отечества его клонится. — Способности его развертываются, усиливается любовь к родине, и он ищет всех средств4) быть истинным сыном Отечества. - Признаюсь тебе, любезный Николай, что как ни грустно быть со своими в разлуке, но в замену того5) как[ ...венного], как приятно видеть себя человеком мыслящим. - Живучи в столице, под бременем многих начальников, которые мелочами убивают способности ума6) , никогда душа наша не может вылететь из тесного своего обиталища, она беспрерывно призываема7) искусительными чертами безделия, которые часто губят все наше политическое бытие; никогда не парит8) над морями и не видит направление и число плавающих по ним судов, не9) спускается по течению судоходных рек, оживляющих государства, н[е] постигает нравы тьмы народов, не видит разно[о]бразия Отечества своего, не видит взаимных влияний сограждан и правительства и многое тому подобное совершенно не понимает. И потому истинный рус[с]кор несравненно полезнее бывает России в такой отдаленности, нежели в самом источнике; ибо хотя в источнике если и должны-бы пролиться все сведения о государстве, но известно тебе, что воды10) принимают цвет11) тех земель, в которых протекают. — Итак, любезный брат, советую тебе не оставляй без внимания никакой отрасли познаний до России относящейся, углубляйся в размышлениях на самой даже бездельной предмет, ибо оный непременную имеет связь с общим.

Хотя и стыдно мне извиняться пред тобою в недостатке во времени, ибо недосугов никаких у меня нет, особенно зная сколько тебе приятны мои вести; однако дабы не задержать сего письма, которое требует большого распространения, обещаю тебе на следующей почте предлиннейшее написать.

Помни, люби брата своего, и пиши, естьли время позволяет. - Верной и искренний брат и друг твой

Александр Муравьев

Книга № 5, лл. 3—4.

Примечания:

1) Так в подлиннике.

2) Далее зачеркнуто: как.

3) Далее зачеркнуто: "как".

4) Далее зачеркнуто: "принесть как".

5) Далее зачеркнуто: "видеть".

6) Далее зачеркнуто:"иной".

7) Часть слова "ываема" написана над зачеркнутой.

8) Далее зачеркнуто:"она".

9) Далее зачеркнуто: "видит вс".

10) Написано над зачеркнутым: "часто воды".

11) Далее зачеркнуто: "жосвы" и на полях приписано: "тех".

153 Обращение А.Н. Муравьева к брату Николаю — "брат и товарищ" подчеркивает идейную близость, о которой говорил А.Н. Муравьев в своих "Записках" ("мы были ближе по ...понятиям"). Она возникла еще до войны 1812 г., а затем была проверена при совместной жизни в Священной артели.

154 Долголядие — село (Долгие Ляды, Александровское, или Осташево), имение в 110 верстах от Москвы и 41 версте от Можайска, доставшееся Н.Н. Муравьеву (отцу) в наследство от отчима, кн. А.В.Урусова. В этом имении с 1 мая по 1 ноября проводились занятия Училища для колонновожатых: продолжались лекции, слушатели занимались съемками, разбивкой лагерей и полевых укреплений.

155 Прямухино — село Новоторжского уезда Тверской губернии, имение Александра Михайловича и Варвары Александровны Бакуниных (В.А.Бакунина, урожд. Муравьева, р. 1791 г., двоюродная сестра братьев Муравьевых). А.Н. Муравьев впервые посетил Бакуниных в их имении в 1810 г. и с тех пор был в дружеских отношениях с А.М.Бакуниным (см. "Записки" А.Н. Муравьева. Указ.сборник, стр. 163). А.М.Бакунин, убежденный консерватор и крепостник, оказал большое влияние на М.Н. Муравьева в период его пребывания в тайных обществах. Сын А.М.Бакунина, известный анархист М.А.Бакунин, писал об отце: "После рокового исхода декабрьского заговора ... мой отец [решил] ... сделать из нас верноподданных царя". (М.А.Бакунин. Собрание сочинений и писем. М., 1934, т. 1, стр. 27).

156 Это высказывание А.Н. Муравьева связано с той непомерно высокой оценкой значения А.П.Ермолова, которую давали ему современники. Известно, что либеральные взгляды А.П.Ермолова, его причастность к оппозиционным кругам еще в конце XVIII в., боевая слава, популярность среди офицеров и солдат делали его деятельность также популярной среди декабристов, которые впоследствии прочили его в состав нового — временного революционного правительства. Особенно силен был культ А.П.Ермолова в Священной артели (см. письма А.Н. Муравьева и И. Г. Бурцова и вступительную статью).

157 Посольство А.П.Ермолова уже было в сборе, но очень долго не выезжало. Речь идет о приказе к началу посольства. Оно вызывало большой интерес среди передовой офицерской молодежи, особенно у декабристов в Петербурге.

0


Вы здесь » Декабристы » ЭПИСТОЛЯРНОЕ НАСЛЕДИЕ » Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому.