Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ИСЛЕНЬЕВ Александр Михайлович.


ИСЛЕНЬЕВ Александр Михайлович.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ ИСЛЕНЬЕВ

(16.7.1794 — 23.4 1882).

Отставной капитан л.-гв. Московского полка.

Из дворян Тульской губернии.

Отец — гвардии поручик Михаил Васильевич Исленьев (ум. 1816), за ним в Тульской губернии 500 душ, мать — Дарья Михайловна Камынина.

В службу вступил подпрапорщиком в л.-гв. Преображенский полк — 29.4.1810, переведен в л.-гв. Литовский полк — 7.11.1811, участник Отечественной войны 1812 и заграничного похода 1813, за храбрость, проявленную при Бородине, прапорщик — 26.8.1812, подпоручик — 19.1 1816, адъютант генерал-майора М.Ф. Орлова — 23.8.1817, поручик — 20.1.1818, штабс-капитан — 15.11.1818, капитан — 12.12.1819, вышел в отставку по домашним обстоятельствам — 18.11.1822.

В показаниях назван членом тайного общества.

Следствием установлено, что членом тайных обществ декабристов не был.

Приказ об аресте — 3.1.1826, арестован в Москве — 15.1, доставлен из Москвы в Петербург на главную гауптвахту — 18.1, в тот же день переведен в Петропавловскую крепость («посадить по усмотрению, содержа хорошо») в №23 бастиона Трубецкого.

По высочайшему повелению освобождён с оправдательным аттестатом — 26.1.1826.

Член Московского общества сельского хозяйства, автор работ по сельскохозяйственным вопросам.
Прототип Иртеньева - отца в «Детстве», «Отрочестве» и «Юности» Л.Н.Толстого.

Похоронен в Петербурге в Новодевичьем монастыре (могила не сохранилась).

Жена — Софья Александровна Жданова (1812 — 1880-е годы).

Дети:
Александр (р. 1842),
Аглая (р. 1844), умерла молодой,
Ольга (1845 — 1909), замужем за Михаилом Михайловичем Кирьяковым;
Наталья (р. 1847), замужем за Анатолием Николаевичем Ждановым.

Венчался с кн. Софьей Петровной Козловской, урождённой гр. Завадовской (1795 — 1829) при жизни её мужа, брак не был признан; дети (носили фамилию Иславиных):

Владимир (1818 — 1895),
Михаил (1819 — 1905),
Надежда,
Вера (1825 — 1910),
Константин (1827 — 1903),
Любовь (1826 — 1886) — мать жены Л.Н. Толстого.

ГАРФ, ф. 48, оп. 1, д. 200.

0

2

Алфави́т Боровко́ва

ИСЛЕНЬЕВ Александр Михайлов.

Отставной гвардии капитан.

Подполковник Комаров показал его в числе членов общества. Но по изысканию Комиссии оказалось, что он никогда не принадлежал и не знал о существовании общества. Сам Комаров после того объяснил, что он не ручается за верность своего показания, сделав оное по слухам.
Содержался в крепости с 18-го генваря 1826 года.
По высочайшему повелению, вследствие доклада Комиссии, освобожден с аттестатом 26-го генваря 1826 года.

0

3

https://img-fotki.yandex.ru/get/904851/199368979.1a2/0_26f4f6_965f9c39_XXL.jpg

Александр Михайлович Исленьев. Фотография 1870-х гг.

0

4

Зуев Георгий Иванович

«…И МИЛЕЕ ВСЕХ ГЛАВА – АЛЕКСАНДР ИСЛЕНЬЕВ»
Отрывок

6 марта 1878 года судьба вновь привела писателя Л.Н. Толстого в Петербург. У него возник замысел создать исторический труд о временах Николая I и трагических судьбах декабристов. В первый же день своего приезда в столицу Толстой направился с визитом к другу юности Владимиру Александровичу Иславину, который жил на хорошо знакомой Льву Николаевичу Офицерской улице, в доме № 3. В этот свой приезд писатель увидел старую Коломну значительно изменившейся. На Офицерской улице, где он жил несколько лет тому назад в доме № 5, на некоторых домах громоздились строительные леса, вокруг них устанавливались временные заборы – здания надстраивались, их фасады отделывались, следуя архитектурной моде. Обрадованный неожиданной встречей, Владимир Александрович радушно принял старого приятеля и охотно согласился активно помогать ему в поисках материалов о декабристах.

Лев Николаевич нежно любил этого человека. Их связывали светлые воспоминания об ушедших в прошлое годах веселого детства и романтической юности, встречи и игры в имениях Толстых и Исленьевых. В 1852 году Толстой опишет своего друга в повестях «Детство» и «Отрочество» в лице Николеньки Иртеньева. Фамилию Иславин Владимир Александрович, как, впрочем, и его родные братья и сестры, вынужденно носил как незаконнорожденный. Теперь Владимир Александрович стал солидным господином, членом Совета министров государственных имуществ, действительным статским советником. Он был женат на Юлии Михайловне Кириковой, белолицей красавице с бархатными черными глазами, опушенными длинными ресницами.

Кстати, в то время у Иславина, на Офицерской улице, жил его отец, Александр Михайлович Исленьев – дед (по матери) Софьи Андреевны Толстой. Лев Николаевич искренне уважал этого человека, он подробно описал его в повести «Детство» и «Отрочество» в образе отца Николеньки Иртеньева.

Толстого обрадовала встреча с кумиром своего детства, увы, теперь уже дряхлым 84-летним стариком, доживающим свой век у старшего сына, в доме на Офицерской улице.

Вернувшись к себе, Лев Николаевич напишет письмо Афанасию Афанасьевичу Фету, поведает ему о встрече с этим замечательным человеком и даже приложит шутливое четверостишие:

Из двух мне милее столиц
Петербург. В нем из трех поколений
Наберется родных до ста лиц,
И милее всех глава – Александр Исленьев.

Капитан в отставке, помещик Тульской губернии Александр Михайлович Исленьев – личность легендарная. Отец Льва Николаевича и Исленьев состояли в дружбе и были добрыми соседями по имениям. Семьи их постоянно встречались. Исленьев – участник Отечественной войны 1812 года, в рядах лейб-гвардии Московского полка участвовал в сражении при Смоленске, Вязьме, отличился в битве при Бородине. После войны он – адъютант генерала Михаила Федоровича Орлова.

Дочь графа Завадовского, семнадцатилетнюю фрейлину Софью Петровну, выдали замуж за князя Козловского, имевшего репутацию горького пьяницы. Естественно, брак оказался несчастливым для молодой красивой женщины.

Через несколько лет после замужества она встретилась на балу в Петербурге с блестящим гвардейским офицером Александром Михайловичем Исленьевым. Молодые люди страстно полюбили друг друга. Решительный гвардеец увез княгиню Козловскую в свое родовое имение Красное в Тульской губернии, где они тайно обвенчались.

Романтичнеская история наделала много шума в светском обществе и даже при дворе. По жалобе князя Козловского брак этот признали незаконным, развод же в те времена не существовал.

После венчания Александр Михайлович вышел в отставку и вместе с женой уехал в Малороссию в имение графа Завадовского – Ляличи, подаренное прадеду Софьи Петровны, Петру Васильевичу, самой императрицей Екатериной. Граф-отец уже ушел из жизни, а мать простила непутевых молодых и ласково приняла их в своем доме.

Однако в 1820 году Александр Михайлович был вынужден вернуться с семьей в Тульскую губернию, где находились его родовые имения, требовавшие постоянного хозяйского глаза и надзора.

Исленьев – человек широкой натуры, страстный игрок, охотник, любитель цыганского пения. Во всем уезде славилась его псовая охота. Он, по словам его внучки Т.А. Кузминской, «имел характер рыцаря. Был предприимчив, самоуверен, любезен и слыл гулякой. Имел две главные страсти в своей жизни – карты и женщины. Он выиграл в продолжение своей жизни несколько миллионов и имел связь с бесконечным числом женщин всех сословий. Александр Михайлович умел нравиться всем, особенно же тем, которым хотел нравиться. Имел хорошее состояние, но, к сожалению, одно имение за другим уходило в уплату карточных долгов. Лишь одно Красное, казалось, было неприкосновенно. Страсть к игре была так сильна, что даже жена его, имевшая на него большое влияние, не могла удержать мужа от игры. Всякий раз, как он уезжал в город, Софья Петровна знала, что будет играть, и проигрыши, которые постепенно вели их к разорению, вносили в их семейную жизнь тревогу и горечь».

Пришел и черный день для родового имения Красное. Из города прискакал верховой с письмом от Александра Михайловича, в котором он сообщал любимой жене, что Красное проиграно. Можно представить себе слезы и муки бедной женщины в ту далекую тревожную ночь. Однако судьба сжалилась над нею – утром прискакал другой гонец с радостным известием о том, что Красное отыграно. Знакомая и друг лихого гвардейца, Софья Ивановна Писарева, ссудила 4 тысячи рублей, и ему удалось отыграть родовую усадьбу. Так бывало неоднократно. Случалось, что Исленьев за вечер проигрывал целое состояние, а затем ставил в банк родовые бриллианты, крепостных, борзых собак, чистокровных лошадей и все отыгрывал.

Павел Александрович Офросимов, крупный тульский помещик и близкий друг Александра Михайловича, рассказывал о его сказочных выигрышах. «На простынях золото и серебро выносили», – часто говаривал он.

Исленьев водил близкое знакомство со многими декабристами, подозревался даже в заговоре, подвергся аресту и с 18 по 25 января 1826 года просидел в Петропавловской крепости, освободили его из-за отсутствия улик.

Правда, в апреле того же года Александра Михайловича все-таки препроводили на поселение в Холмогоры, но не за «политику», а за то, что вместе с графом Ф.И. Толстым («американцем», прозвище графа. – Авт.) лихо обыграл в карты на 75 тысяч рублей С.Д. Полторацкого. Однако и в ссылке он пробыл сравнительно недолго.

После смерти жены, с которой он прожил 15 лет, Александр Михайлович впал в отчаянье. Ему казалось, что с уходом Софьи Петровны потеряно все. Он замкнулся в своем тульском имении и посвятил себя воспитанию детей, усыновить которых, несмотря на все его хлопоты, так и не удалось. Установленный факт незаконности брака распространялся на его сыновей и дочерей, по обычаю того времени они считались незаконнорожденными и поэтому носили фамилию Иславиных, что ставило их порой в двусмысленное и неловкое положение в обществе и в свете.

Шли годы, Александр Михайлович старел. И вот встреча Льва Николаевича Толстого с героем его детства и юности, лихим гвардейским капитаном Исленьевым, теперь 84-летним стариком, тихо доживающим свой век в доме № 3 по Офицерской улице в Санкт-Петербурге.

Зуев Георгий Иванович "Петербургская Коломна".

0

5

https://img-fotki.yandex.ru/get/904851/199368979.1a2/0_26f4f7_96e34c6_XXL.jpg

Софья Александровна Исленьева, ур. Жданова с внучками Соней (будущей женой Л.Н. Толстого) и Лизой (справа) Берс. Фотография 1853 г. Москва.

0

6

Исленьевы — русский дворянский род одного происхождения с Аксаковыми, Воронцовыми, Вельяминовыми; родоначальник их, легендарный князь Шимон Африканович, будто бы племянник Гакона Слепого, короля норвежского, выехал при вел. кн. Ярославе Владимировиче "из варяг" в Киев. Его потомок Горяин Васильевич Вельяминов, по прозванию Истленье, был родоначальником И. Степан Иванович И., стольник, и сын его Иван были в XVII в. воеводами. Петр Алексеевич Исленьев, ген.-поручик, известен как сподвижник Суворова (1794). Род И. внесен в VI часть родословной книги Московской губ. (Гербовник, IV, 20). Другой род И., угасший в конце ХVIII в., происходил от Иллариона И., бывшего стряпчим кормового дворца при Федоре Алексеевиче.

И сленьевы - русский дворянский род, одного происхождения с Аксаковыми , Воронцовыми , Вельяминовыми ; родоначальник их, легендарный князь Шимон Африканович, будто бы племянник Гакона Слепого, короля норвежского, выехал при великом князе Ярославе Владимировиче "из варяг" в Киев. Его потомок Горяин Васильевич Вельяминов, по прозванию Истленье, был родоначальником Исленьевых. Степан Иванович Исленьев, стольник, и сын его Иван были в XVII веке воеводами. Петр Алексеевич Исленьев, генерал-поручик, известен как сподвижник Суворова (1794). Род Исленьевых внесен в VI часть родословной книги Московской губернии (Гербовник, IV, 20).

Из Бархатной книги.

«Да въ прежней Родословной книге написано: Башмаковы, да Исленьевы сказываютъ отъ Юрьяжъ Грунки.

РОДЪ ИСЛЕНЬЕВЫХЪ

И ныне по указу Великихъ Государей, Царей и Великихъ Князей, Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича, и Великие Государыни , Благоверные Царевны и Великие Княжны Софии Алексеевны, всеа Великие и Малые и Белые России Самодержцевъ, родъ Исленьевыхъ въ сию книгу написанъ по его росписи, по сказке Воронцовыхъ-Вельяминовыхъ».

У вышеписанного Василья Ивановича, сына Вельяминова, а Семенова брата меньшого, сынъ былъ Горяинъ Исленьевъ.

 
Первое колено

1. Горяин Исленьев Васильев сын Вельяминов [10]

 
Второе колено - Исленьевы

2/1 Иван Меньшой сын Исленьев[10; История Старой Ладоги altladoga.narod.ru/knigi/ elv/adrian/mostsari8.htm ]

3/1 Остафей, по прозвищу Меншик  [10]

Вероятно, был у них брат и Иван Большой.

 
Третье колено

4/2 Данило Ивана  Меньшого сын. Данила Истленев владел в 1573-74 гг. деревней Губино в Шеренском стане Московского уезда вместе с Федосьей Остафьевой Исленьевой, вероятно, его двоюродной сестрой. И сленьев (Исленьев Данило) - дворянин московский, в 1594 г. был послан в Турцию; ему поручено было отдать грамоту и жалованье Терновскому митрополиту за службу Москве, а к патриарху отвезти парубка для обучения греческому языку. Новый султан Магомет III задержал Исленьева в Константинополе; дальнейшая судьба его неизвестна. В1571г.владоге»опричник»Данило Ивана Меньшого сын Исленьев. В его задачу входило "править государьскую обиходную рыбу и за рыбу деньги". По другим данным - Данила Иванович, в иночестве Давид , пох. в Симонов монастыре с женой. Исленьевы владели имениями в этом крае 300 лет. [2; 4; 10; 13]

ж. Ирина, в иночестве - Ираида, погребена 22.5.1611 в Симоновом монастыре. [4]

5/3. Иван Остафьев  сын ок. 1550 [10]

6/3. Фома Остафьев  сын [10]

6а/3. Федосья Остафьева  дочь [2, см. выше дв. брата Данилу]

В это же время в г. Яранске стрелецкими головами были в 1594 - Григорий , в 1595 - Василий , затем - снова Григорий , в 1601 - Ондрей Исленьевы . Как они вписываются в Родословную, неизвестно. [http://www.yaransk.com/history.shtml]

 
Четвертое колено

7/4. Петр Данилов  сын, бездетен. [10]

8/5 Степан Иванов  сын, ок. 1570. Стольник и воевода. См. Приложение. По писцовой книге 1623 ему принадлежало полсельца Одинцово Моск.у., затем - у сыновей его. [10; 13; История г.Одинцово]

9/6 Юрья Фомин  сын [10]

 
Пятое колено

10/8 Иван Степанов  ок. 1610. Был воеводой при царе Михаиле Федоровиче, один из посланников царя с окольничьим Ануфриевым для приведения к присяге войск Хмельницкого. 1640- 1642 воевода в Орле. В 1646 г. владел деревней Завражье и сельцом Резаново на речке Мележе в Шеренском Отъезжем стане. См. брата Данилу. [1; 10; 13; История г.Одинцово]

11/8 Матвей Степанов , бездетен. [10]

11а/8. ДанилаСтепанов.  Вместе с братом Иваном в 1668 г. купили в вотчину с. Одинцово, а в 1673 продали ее боярину Матвееву. [10 - Данилы нет; История г. Одинцово]

 

 
Шестое колено

12/10 Данило Иванов  сын ок. 1650. [10]

13/10 Иван Иванов  сын. Иван Исленьев имел в 1680 г. земли, граничащие с землей Плещеевых села Анискино Моск.у. В 1676 г. 15 июня - Муромский воевода, 1677 - Алатырскийвоевода.. [10; соб. инф.]

 
Седьмое колено

14/12 Василей Данилов  сын, Василий Данилович (ок. 1670 -р.1754), стольник (1706), 1713 и 1725 владел Рязанцами. В 1695 (в 15-20 лет?, вероятно, его отец) он построил церковь в Завражье близ Рязанцев. В 1713 году при Троицкой церкви освящается при нем вновь построенный придел во имя Рождества Пресвятой Богородицы. [1; 10]
ж. Софья Михайловна 1689– п.1755. В замужестве ок. 1710. В 1755 жила в приходе церкви Николая чудотворца в Гнездиках (Никитского сорока, л.139) с детьми Еленой 22 лет, девицей, и сыном Василием 41 года и женой его Марией Владимировной урожд. Шереметевой 21 года с годоваловым сыном Александром. Другой ее дом был в приходе ц. Воскресения Христова на Петровке. [3а; 10]

 

Восьмое колено

15/14. Василий Васильевич  (1713-2.12.1780), поручик Конной Гвардии. В 1748-1773 – владел Рязанцами (138 душ, 1275 десятин). В 1754 жил в доме матери с молодой женой. В 1759 вл. пустошью Вески Сокольничей Пуд тож (Звениг. у.) -пашня 30 д, всего 36 д. Ранее 1768 года владел и продал кн. Долгорукому сельцо Богородское Нащокино тож М.у. Таракманова ст. (Звениг. у) в 137 дес 10 душ. Пох. в Донском мон. [4 – ИСТЛЕНЬЕВ, л-гв. ротмистр; 17]
ж. ШЕРЕМЕТЕВА Марья Владимировна (1733-п.1784). После смерти мужа своим иждивением строит в 1784 году вместо деревянной «вновь (новую) каменную холодную церковь и колокольню с одним престолом во имя Живоначальной Троицы, утварью посредственна, с одним священником и двумя причетниками». Ее собственная печать (хранится в Эрмитаже) соединила гербы Шереметевых и Исленьевых (см. фото).

16/14 Алексей Васильевич  ( –20.9.1780), полковник, владел в 1746 и 1767 селом Ивановское Ермаково тож с д. Акишевой в Шеренском Отъезжем стане Московского уезда (109 душ, 1209 дес., в т.ч пашни 416 д и леса 690 д) и пустошью Аникеево, соседней с имением брата села Троицкого Рязанцы (74 дес., в т.ч. 69 дес. леса). Также принадл. ему и пуст. Иевлево (36 д леса). Ранее 1754 г. он продал пуст. Каризино в 11 д. леса (в Воскр. у.). Пустошь Тимонцова (совм. с Лопухиным Ник. Ар). Пох. в Донском монастыре. [4 – ИСТЛЕНЬЕВ; 14а-б; 17]
ж. Анна Ивановна (март 1733 – 12.12.1787). Пох. вместе с мужем. [4 – ИСТЛЕНЬЕВА]

17/14. Александр Васильевич (-1740) , поручик гвардии. [4 – ИСТЛЕНЬЕВ]
ж. ЗАГРЯЖСКАЯ Мария Артемьевна 25.03.1722-08.04.1787.Похоронена на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Д очь З. Артемия Григорьевича 1674-1754 (Казанский губернатор. Генерал-аншеф) и Анастасии Борисовны, урожд. кнж.Барятинская (1699 - после 1751). Второй муж - Строганов Александр Григорьевич 1698-1754, после его смерти ей достались большие владения.

 

9-е колено

18/15. Прасковья Васильевна  (-р.1816). В 1812 – за ней с.Рязанцы.

19/15. Александр Васильевич  (авг. 1755-14.11.1828), из дворян Тульской губ., л. гв. Измайловского п. капитан, совладелец с.Рязанцы в 1816 по наследству от сестры Прасковьи. Пох. в Симоновом монастыре с женой. [3а; 4]
ж. ОЛСУФЬЕВА Анастасия Павловна (апр.1762-4.5.1815), дочь генерал-поручика Олсуфьева Павла Матвеевича. От отца ей перешли пуст. Анучино Серп. у. (Под. у.) в 1770 пашня 181 д. покоса 15 д. лес 428 д, всего 630 д.; пуст. Мостищи Замыцкого стана (Под. у.) 1770 пашни 18 д лес и покоса 5 д всего 24 д.; да леса 134 дес. в пуст. Шестаково Серп. у (Под. у.). [4; 17]

20/15. Михаил Васильевич (1757-20.5.1816) , гвардии подпоручик, в Тульской губернии имел 500 душ. Совладелец с братом Александром с. Рязанцы в 1816 г. по наследству от сестры Прасковьи. [18 - гв. поручик, ум. в 1814; даты жизни - Генеалогический сайт Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (мормонов) www . fam i ly s earch . org . ]
ж. КАМЫНИНА Дарья Михайловна [2]

21/16. Анна Алексеевна  (-13.2.1783), девица. Пох. с отцом. [4 – ИСТЛЕНЬЕВА]

22/16. Петр Алексеевич  (1740-е - 1826), генерал-поручик, известен как сподвижник Суворова (1794), отличился при штурме Измаила. В 1768 г. Л.гв. Конного полка подпоручик. 26.X.1794  генерал-майор, н агражден орд. св. Георгия 3кл. генерал-майор  "Во уважение на усердную службу и отличную храбрость, оказанную им 6-го сентября при Купчице и 8-го при Бресте противу мятежников польских, где он начальствуя левым крылом конницы, атаковал и разбил многочисленнаго неприятеля". Похоронен в Туле на Всехсвятском кладбище. [11; 13; 17: см. также рассказ о нем Вигеля в Прил.; Кавалеры ордена св. Георгия - george-orden.nm.ru/ordgrg3st3.html#3_112]
ж. ХРУЩЕВА Елизавета Петровна 1747-1810. Дочь Петра Михайловича Х. и Дарьи Илларионовны ур. Воронцовой (1713-1765). В 1768 владела сельцом Алачково Замыцкого ст. М.у. (Под. у). - пашня 187 д, лес 207 д, всего 434 д, душ 65.

23/17. Анна Александровна  1739-07.01.1794, Рим, пох. Александро-Невская лавра, в Палатке Благовещенской церкви. Дети – Григорий(1762), Екатерина(1766). Портрет кисти Стефано Торелли в этой папке .
м. с 1757 ЧЕРНЫШЕВ  Иван Григорьевич (12-24.11.1726 — 12.02.1797, Рим, пох. в СПб. вместе с женой). Граф. Дипломат, военно-морской администратор, сенатор, ген.-фельдмаршал флота (1769) и президент Адмиралтейств-коллегии (1796). В 1-м браке за двоюр. сестрой императрицы Елиз. Петровны, княгиней Ефимовской Елизаветой Иосифовной(1733-1755). [4; 18 - подр. биография]

23/17. Софья Александровна  (1740-30.4.1775). Ум. 35 лет девицей. Пох. с отцом. [4 – ИСТЛЕНЬЕВА]

 

10-е колено

24/19. Варвара Александровна  26.1.1791-7.7.1846, «на 56 году жизни». Пох. с родителями. [4]
м. ЛАДЫЖЕНСКИЙ Александр?. [4]

25/19. Павел Александрович  1792-9.9.1813, в 21 год похоронен с отцом и мат. [4]

25а?/19?. Николай Александрович  1785-1851. Генерал от инфантерии. Из дворян.  Сын действительного статского советника Александра Андреевича (в др. ист. Алексеевича) и его жены Марии Аркадьевны Бутурлиной. Участвовал в войне с Францией 1806-1807, в войне 1812 и заграничных походах. «К апитан, привлекался к суду по делу декабристов. Вина не доказана, спасен Пестелем». (Из музея декабристов). Участник русско-турецкой войне 1828-1829, подавлении польского восстания 1831. Генерал-адъютант (1825). Генерал от инфантерии (1843).
ж. Ульяна (ЮЛИАНА) Христофоровна 1791-1820, урожденная графиня МИНИХ (нет такой у Петрова - есть Юлиана Эрнстовна?, дочь графа Христ. Серг. Миниха и Анны Андреевны ур. графини Ефимовской 1.8.1751-22.5.1823, бывшей замужем за дсс графом Мантейфель. ).

26/19. Варвара Александровна  1806-18.3.1828, умерла 22 лет девицей. Пох. с отцом и мат. [4]

27/19. Софья Александровна.

м. ОФРОСИМОВ Владимир Павлович, его брат Андрей (-30.7.1839) был венчан с Екатериной Александровной Римской-Корсаковой (во втором браке с 20.8.1840 за Алябьевым).

28/20. Владимир Михайлович  1786 –п. 1840, отст. гв. полковник, участник Отечественной войны 1812 г., заграничныхпоходов1813-1814гг. «Отличились павловские гренадеры и в не менее знаменитом бою у города Бауцена. Баталия длилась два дня, 8 и 9 мая. Во время штыковых свалок солдатам постоянно подавали пример своею отменной храбростью, мужеством и распорядительностью капитаны Александр Крылов, Владимир Исленьев  и подпоручик Семен Хорошкевич...». В 1832 владел родовым имением с. Рязанцы. В 1840 был поручителем у невесты Алябьева А.А.
ж. АЛЯБЬЕВА Наталья Александровна 1792-п.1852, сестра композитора А.А. Алябьева, дочь Тобольского вице-губернатора.

29/20. Николай Михайлович  1790-1840. В 1810 переведен из Тамбовского мушкетерского полка в лейб-гвардии Семеновский полк. Адъютант князя С.Ф.Голицына. В 1811 уволен от службы поручиком. С 1821 член Московского общества сельского хозяйства. 15.1.1826 арестован в Москве по подозрению в принадлежности к тайному обществу, но освобожден 26.1.1926 с оправдательным аттестатом. В 1834-1840 член СПб. Английского клуба. [2; 18]
ж. ГОРЯИНОВА Софья Алексеевна(-1847).

30/20. Александр Михайлович  1794-1882. Из дворян Тульской губернии. Служил в Лейб-гвардии Литовском полку, участник Отечественной войны 1812 г., Бородинской битвы (ранен в ногу). С 1817 – адъютант М.Ф.Орлова. В 1819 вышел в отставку. Отставной капитан л.-гв. Московского полка. В службу вступил подпрапорщиком в л.-гв. Преображенский полк — 29.4.1810, переведен в л.-гв. Литовский полк — 7.11.1811, участник Отечественной войны 1812 и заграничного похода 1813, за храбрость, проявленную при Бородине, прапорщик — 26.8.1812, подпоручик — 19.1 1816, адъютант генерал-майора М.Ф. Орлова — 23.8.1817, поручик — 20.1.1818, штабс-капитан — 15.11.1818, капитан — 12.12.1819, вышел в отставку по домашним обстоятельствам — 18.11.1822.В показаниях назван членом тайного общества. Следствием установлено, что членом тайных обществ декабристов не был. Приказ об аресте — 3.1.1826, арестован в Москве — 15.1, доставлен из Москвы в Петербург на главную гауптвахту — 18.1, в тот же день переведен в Петропавловскую крепость («посадить по усмотрению, содержа хорошо») в №23 бастиона Трубецкого. По высочайшему повелению освобожден с оправдательным аттестатом — 26.1.1826. Член Московского общества сельского хозяйства, автор работ по сельскохозяйственным вопросам. Прототип Иртеньева - отца в «Детстве», «Отрочестве» и «Юности» Л.Н.Толстого. Похоронен в Петербурге в Новодевичьем монастыре. Венчался с кн. Софьей Петровной Козловской (урожденной гр. Завадовской, 1795 — 1829) при жизни ее мужа, брак не был признан; дети (носили фамилию Иславиных). Похоронен в Петербурге в Новодевичьем монастыре. Приятель по Литовскому полку старшего брата Л.Н.Толстого Николая. [2; 3 – его портрет] Дед Софьи Андреевны Берс-Толстой
ж1. ЖДАНОВА Софья Александровна (1812-1880-е).
ж2. ЗАВАДОВСКАЯ Софья Петровна (-1830), незаконная жена, увезенная А.М. от мужа, князя Козловского. Венчание их не было признано. Их дети получили фамилию Иславины. Дочь Любовь Александровна Иславина в замужестве Берс - мать жены Л.Н.Толстого Софьи Александровны и Татьяны Александровны в замужестве Кузминской.

31/22. Анна Петровна ( 1.2.1770-16.4.1847). Посаженная мать невесты Пушкина на свадьбе. Ее дочь была подругой Н.Н. По-видимому, встречалась с Пушкиным у его родителей (до 1811, Москва) ( 3 ) и, позднее, в семье Гончаровых. 11 июля 1815 М. с мужем и дочерью Екатериной ( см . Долгорукова Е. А. ) посетила Царскосельский лицей и, вероятно, виделась с Пушкиным ( 2 ). Последующие встречи Пушкина с М. относятся к концу 1820-х — 1830-м гг. В письме от 7 апр. 1830 П. А. Вяземский сообщил жене, что Пушкин часто бывает в семье М. ( 6 ). 20 июля 1830 Пушкин писал невесте из Петербурга об обеде у А. П. и Е. А. Малиновских. Перед тем как сделать формальное предложение Н. Н. Гончаровой, Пушкин просил М. предварительно переговорить с ее матерью. Пушкин посещал М. и позднее в свои приезды в Москву. 25 сент. 1832 он писал жене о Малиновских: «Они велели звать меня на вечер, но, вероятно, не поеду». В последний раз Пушкин посетил М. в мае 1836 (ныне Хохловский пер., д. 7), о чем писал жене 11 мая. Племянница княгини Е.Р. Дашковой урожденной Воронцовой (1743-1810), разделившая с ней годы изгнания от двора (в марта 1797 года ей было позволено вернуться в имение Троицкое (близ Обнинска). Опала была снята только при Александре I, после смерти Павла. Но Екатерина Романовна Дашкова последние годы жизни уже не изменяла своим родным местам, малой родине.. Анна Петровна здесь, в приделе церкви св. Троицы, поставила ей надгробную плиту с надписью: «… Сие надгробие поставлено в вечную ей память от приверженной к ней сердечно и благодарной племянницы Анны Малиновской, урожденной Исленьевой». Ее красавица дочь, Екатерина Алексеевна (1811-1872), подруга юности Н.Н. Гончаровой, в замужестве за князем Ростиславом Алексеевичем Долгоруковым . Пушкин часто бывал у них в 1830-36 гг.
м. МАЛИНОВСКИЙ Алексей Федорович 2.3.1762-26.11.1840. Из дворян. С 1780 работал в московском Архиве Коллегии иностранных дел, начал с актуариста, дошел до управляющего. Много о бщался с Пушкиным по архивным делам. Умер, состоя на службе. Похоронен на кладбище Ново-Иерусалимского монастыря, М .

11-е колено

32/28. Михаил Владимирович  1820-п.1832.

33/28. Мария Владимировна  1822-п.1832.

34/28. Софья Владимировна  1822-п.1832.

35/28. Василий Владимирович  1824-п.1872, штаб-капитан. Активно работал в земстве. Избран был гласным Богородского уезда в 1866-1872 гг. и депутатом от уезда в губернское собрание. В 1872 году последний владелец Рязанцев из рода Исленьевых штаб-капитан Василий Владимирович Исленьев, продает свою усадьбу в селе Троицкое-Рязанцы врачу Колесову Сергею Ивановичу. В 1890 и в 1913 гг. - усадьбы в селе не отмечено (Справочная книжка Московской губернии).
ж?  Анна Степановна, ок.1803/1811-1884. «Жена штабс-капитана Василия Владимировича».[ www. proibis.by.ru ]

35а/29. Екатерина Николаевна,  ум. 20.10.1904, директриса Николаевского института. «В гостях у своей тети, начальницы Николаевского института благородных девиц Екатерины Николаевны Шостак, юная Татьяна Берс встретилась со своим новым увлечением - сыном Екатерины Николаевны, красавцем, светским львом, умным и обаятельным кавалером - Анатолем Шостаком». Так Анатоль попал «на зубок» Л.Н.Толстому (как прототип Анатоля Курагина)
м. ШОСТАК Лев Анатольевич.

35Б/29. Юлия Николаевна  1818-1871.
м. БУЛГАКОВ Павел Александрович 1825-1873, сын Александра Яковлевич а Б. 1781-1863, сенатора и моск. почт-директора, и Наталия Васильевна ур. Хованской 1785-1841. Находился на дипломатической службе. В 1865-1867 генеральный консул в Любеке.

36/30. Александр Александрович  1842,

37/30. Аглая Александровна  1844, умерла молодой.

38/30. Ольга Александровна  1845-1909.
м. КИРЬЯКОВ Михаил Михайлович.

39/30. Наталья Александровна  1847.
м. ЖДАНОВ Анатолий Николаевич.

40/30/2. ИСЛАВИНА Вера Александровна .
1825-1909 (в др ист. 1910).
м. КУЗМИНСКИЙ Михаил Петрович 1811-1847.

41/30/2. ИСЛАВИН Владимир Александрович  1818-1895,

42/30/2. ИСЛАВИН Михаил Александрович  1819-1905,

43/30/2. ИСЛАВИНА Надежда Александровна ,

44/30/2. ИСЛАВИН Константин Александрович  1827-1903,

45/30/2. ИСЛАВИНА Любовь Александровна  1826-1886. Мать Софьи, жены Л.Н. Толстого, писательницы Татьяны 1848-1925, в замужестве Кузьминской, сына Владимира 1853-1874. Умерла в Крыму.
м. БЕРС Андрей Евстафьевич. Врач Московской дворцовой конторы, гоф-медик, коллежский асессор.

12-е колено

/35?. 2.  Баратова (урожд. Исленьева). кн. Наталья Васильевна. 1899г. Воронежская губерния. Землянский уезд. Внесены в родословную книгу.

/35?.2а. Сестра? ее Алмазова (урожд. Исленьева), Ол. Вас., жена ттс. В1899г.Воронежская губерния. Землянский уезд. Не внесены в родословную книгу.

/35?.  Чарнецкая (урожд. Исленьева), Лид. Вас.(-1.1.1900), жена майора Воронежская губерния. Землянский уезд. Внесены в родословную книгу. ЧАРНЕЦКИЙ СТЕПАН ИОСИФОВИЧ, отставной майор, мировой судья, предводитель дворянства, земский начальник 3-го участка Землянского уез. Проживал д. Медвежья, Перлевской в., Землянского у., Воронежской губ. Сын ЧАРНЕЦКИЙ ВЯЧЕСЛАВ СТЕПАНОВИЧ, 12.10.1874, Воронеж - 19.4.1904, Сан-Ремо. Поручик.

/41?. Иславин Л. В. Охотничьи письма Исленьева А.М. к Олсуфьеву в Москву. 1845 г.// Известия Общества ревнителей русского исторического просвещения. СПб., т.17.,1914.

41?. ИСЛАВИН МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ 1864-1942. Был новгородским губернатором. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Дочери: МАРФА (1907-1992, похоронена там же) и МАРИ (умерла в 1972, за СВЕЧИНЫМ, во время войны во французской армии, позднее священником).

 
Источники:

1.Холмогоровы.

2. Писцовые книги Московского государства.

3. Исповедные ведомости церквей а) Никитского сорока 1755 г. Приход Никольской ц. в Гнездиках…б). Богородского уезда 1832. в) Троицкой церкви с. Троицкого Рязанцы тож Богородского уезда.

4. Саитов . Московский некрополь. Ч.1-3. СПб. 1907-1908.

5. Общий Гербовник ч. 1.

6. Бобринский. Дворянски ероды Российской империи.

7. Сторожев В.Н. Тверское дворянство в XVII в. в.1-5. Известия Тверской ученой архивной комиссии.

8. Долгоруков П. Родословная книга. Ч. 4.

9. Поколенная Роспись Исленьевы-Шосток в Дв. адр. Календаре Шапошникова 1899 г.

10. Бархатная книга

11. Мемуары Вигеля (про петра Алексеевича Ис.)

12. Заметки об Эрмитажных печатках.

13. Исленьевы//Энциклопедия Брокхгауза и Ефрона.

14. Документы РГАДА: а) Ревизские сказки 1748 г. б) Межевая карты 1768 г. ф. 1354 оп. 246 ч.1 д. И-9 №168 и д.Т-9 №311.

15. Документы ЦИАМ: а) Ревизские сказки Богородского уезда 1834 г. ф. 51 оп. 8 б) Исповедные ведомости церквей Троицкой церкви села Троицкого Рязанцы Богородского уезда 1836 г.

16. Собрание документов об Алябьеве в Рязанцах (коллекция Пашкова). Исповедные ведомости церквей Троицкой церкви села Троицкого Рязанцы Богородского уезда 1836 г.

17. Кусов В.С. Земли Московской губернии в XVIII в. М., 2004. т.1,2 (+указатель),3 (карты).

18. Серков А.Н. Русское масонство. 1731-2000 гг. Энциклопедический словарь. М.,2001.

19. Иславин Л.В. Охотничье послание А.М. Исленьева  П.А. Офросимову в Москву  1845 г.// Известия Общества ревнителей русского исторического просвещения. СПб., т.19.,1914.

0

7

Кузминская Т. А.:
Моя жизнь дома и в Ясной Поляне

Часть I. 1846 - 1862.


III. ДЕД И БАБКА ПО МАТЕРИ

Старшая дочь Завадовского, Софья Петровна, 17 лет вышла замуж за князя Козловского и прижила с ним сына, который умер в молодых годах. Она была очень несчастлива с своим мужем, который страдал пороком алкоголизма.

Через несколько лет после своего замужества она встретилась в петербургском свете с Александром Михайловичем Исленьевым. Они полюбили друг друга и тайно обвенчались в его имении Красном, Тульской губернии. Вся эта история наделала много шума, как в свете, так и при дворе, так как Софья Петровна была в девушках фрейлиной.

По жалобе князя Козловского, брак этот был признан незаконным, а о разводе в те времена и помина не было.

Софья Петровна была очень религиозна, и обряд венчания поставлен был ею необходимым условием. "Перед Богом я жена его", - говорила она. И, действительно, своей чистой, уединенной семейной жизнью до самой своей смерти она доказала это.

Обвенчавшись, они уехали в Ляличи... Графа, отца, уже не было в живых, а мать простила и приняла их.

Дед мой, Александр Михайлович Исленьев, до своей женитьбы служил в военной службе и участвовал в кампании 1812 года. Он поступил в 1810 году юнкером в лейб-гвардии Преображенский полк; потом в 1811 г. во вновь образовавшийся лейб-гвардии Московский полк.

Он участвовал в сражениях при Смоленске, Вязьме и Бородине. После сражения при Бородине был произведен в офицеры.

В 1813 г. он принимал участие в осаде крепости Модлин (Иван-город) и после войны был в Киеве адъютантом генерала Михаила Федоровича Орлова.

Его троюродный брат Николай Александрович Исленьев, о котором я слыхала от своего деда, был командиром Преображенского полка во времена Николая Павловича. Он был известен тем, что был в числе усмирявших бунт декабристов на Сенатской площади. Он был генерал-адъютантом и женат на красавице графине Миних.

Дед мой, Александр Михайлович, когда увез княгиню Козловскую, вышел в 1820 г. в отставку в чине капитана гвардии и поселился в Ляличах.

Сколько времени они жили в Ляличах, я не знаю. Деду было необходимо заняться делами своих родовых имений, которые находились в Тульской губернии, и он решил переселиться в именье Красное.

С большим сожалением покинула Софья Петровна свое родное гнездо, где все напоминало ей отца, память которого она чтила выше всего.

Дедушка был человек старого закала: хороший хозяин, крепостник, и иногда даже жестокий, как я слыхала про него. Отличительная черта его характера была жизненная энергия, которую он сохранил до глубокой старости. Он был страстный игрок, охотник, любитель цыган и цыганского пенья. В околотке славилась его псовая охота.

Дед описан в "Детстве" и "Отрочестве" в лице отца Николеньки Иртеньева. Глава, озаглавленная "Что за человек был мой отец", вполне характеризует А. М. Исленьева. Приведу несколько строк из этой главы:

"Он... имел... неуловимый характер рыцарства, предприимчивости, самоуверенности, любезности и разгула".

"Две главные страсти его в жизни были карты и женщины; он выиграл в продолжение своей жизни несколько миллионов и имел связи с бесчисленным числом женщин всех сословий... Он умел... нравиться всем... в особенности же тем, которым хотел нравиться".

Дед имел хорошее состояние так же, как и бабушка, но, к сожалению, одно именье за другим уходило в уплату карточного долга. Одно Красное, казалось, было неприкосновенно.

Страсть к игре была так сильна, что даже жена его, имевшая на него большое влияние, как мне рассказывала тетушка Льва Николаевича Т. А. Ергольская, не могла удержать его от игры. Всякий раз, как он уезжал в город, Софья Петровна знала, что он будет играть, и проигрыши, которые постепенно вели их к разорению, вносили в их семейную жизнь тревогу и горечь.

Однажды, поджидая своего мужа, уехавшего с утра в город, Софья Петровна услышала в окно конский топот. Это был верховой из города с письмом от дедушки. Он писал, что Красное проиграно, и что он пишет ей об этом, не решаясь объявлять ей лично эту ужасную новость.

Многое пережила в эту ночь несчастная жена его. Но судьба, видно, сжалилась над ней, и к утру был другой гонец с известием, что Красное отыграно. Близкий друг деда, Софья Ивановна Писарева, дала ему 4 тысячи, и деду удалось отыграть Красное.

И, действительно, нередко случалось так, что дедушка проигрывал в один вечер по целому состоянию и нередко отыгрывал его. Он ставил на карту брильянты бабушки, крепостных, красивых девок, борзых собак и кровных лошадей.

Сосед его и друг, Павел Александрович Офросимов, тульский крупный помещик, рассказывал, что счастье в игре дедушки иногда бывало сказочно.

"На простынях золото и серебро выносили", - говорил он.

Александр Михайлович Исленьев, вследствие знакомства с многими декабристами, был арестован и сослан в Холмогоры. Но за отсутствием всяких улик в вредных с ними сношениях, он был вскоре освобожден. Хлопотать об этом ездила в Петербург Софья Петровна...

С тех пор она безвыездно жила в деревне и единственно с кем сохранила прежние дружеские сношения, это с семьей Толстых, так как дедушка мой был на "ты" с Николаем Ильичей, отцом Льва Николаевича.

Бабушка посвятила свою жизнь всецело детям, которых было уже пять.

Татьяна Александровна Ергольская рассказывала мне про нее. Она знавала ее в молодости, она говорила, что Софья Петровна была очень женственна, нежна и хороша собою, но что красоту ее портил большой рот. Она имела очень хорошее влияние на своего мужа и не раз удерживала его от привычной суровости с крепостными. Она, как и отец ее, возмущалась всяким насилием. Мне рассказывали про такой случай.

Однажды доезжачий Степка спьяна в чем-то провинился на охоте, но в чем именно, не помню, знаю только, что это было при травле волка. Охота была для дедушки одним из занятий, имевших для него большое значение. Дед сильно вспылил на Степку; его бешеный крик разносился по лесу. Он велел привязать доезжачего к дереву и наказать его арапником.

Софья Петровна, принимавшая участие в охоте, узнала об этом. Спрыгнув с седла, она побежала к деду; он стоял на опушке леса. Она увидела его разгоряченное, разгневанное лицо, а поодаль Степку без шапки, с растрепанными волосами и с пьяным, жалким выражением лица. Софья Петровна с такой энергией просила за Степку, что деду пришлось уступить и простить его.

Тот же Степка, как мне рассказывали, не раз ворчал на дедушку во время охоты, когда дед, бывало, промахнется в чем-нибудь.

- Ну вот! - кричал Степка, - дождались! Чего уж хуже осрамились! Таперича пойдут говорить, что Ахросимовские собаки резвее наших! - чуть не плача, ворчал Степка.

И дедушка слушал его молча и понимал, за что негодовал на него доезжачий.

Жизнь в деревне сложилась у них, как у всех зажиточных помещиков тех времен. Жизнь широкая, но без роскоши. Всего было вдоволь: лошадей, людей целая дворня, девичья, полная пялишниц, старший дворецкий, русские няньки; при старших детях француженка Мими, описанная в "Детстве" и "Отрочестве".

Дом был большой, но старый, с большим липовым садом. В гостиных - жесткая, высокая мебель из красного дерева, в детских - люльки домашних столяров. Все носило на себе отпечаток старинной строгой простоты.

Так прожили они 15 лет, когда внезапно деда постигло несчастье. Софья Петровна заболела и умерла, оставив мужу трех дочерей и трех сыновей.

Дед был в отчаянии, ему казалось, что с нею он потерял все. По часам он просиживал перед ее портретом, написанным масляными красками.

Дед остался жить в деревне и усиленно занимался воспитанием сыновей. Усыновить детей ему не удалось, несмотря на всевозможные хлопоты. Дети носили фамилию Иславиных, что ставило их впоследствии в неловкое положение. Слышала я от матери, что князь Козловский предлагал усыновить детей с тем, чтобы ему за каждого ребенка платили по сто тысяч. Но этого не сделали.

Старший сын, Владимир, был известный деятель и очень образованный человек. Он был женат на Юлии Михайловне Кириаковой, очень милой и красивой девушке. Он и второй брат, Михаил Александрович, дослужились до высоких чинов и сами создали себе положение.

Жизнь третьего сына, Константина, сложилась неудачно: он нигде не служил, не имел состояния, не был женат и не имел чинов, которые помогали бы ему в его фальшивом положении незаконнорожденного. Впоследствии уже дядя работал, по рекомендации Льва Николаевича, у Каткова, в редакции "Московских ведомостей" и "Русского вестника". В семье Катковых он был "свой человек" и очень любим так же, как и в доме графа С. Д. Шереметева, у которого он за несколько лет до своей смерти служил в его Странноприимном доме. Дядя знал всю Москву известного круга и имел много друзей.

После смерти дяди граф Шереметев написал о нем брошюру. Он вложил в нее столько души и симпатии, что я без слез не могла читать ее.

Граф пишет, между прочим, характеризуя дядю: "Он был осколком минувшего хорошего времени... и до конца дней своих остался верным старым традициям и привычкам..." "Так он жил и таковым ушел в могилу, оставаясь верным вере отцов своих и соединяя сочувствие к прошлому с стремлениями к просветительному движению, сохраняя свою особую необычную независимость, которая без всякой гордыни являла одну из самых привлекательных сторон этого светлого и чистого сердцем старца, вечно юного и всему сочувствующего". "Удивительная порядочность, чуткость, благовоспитанность, музыкальный дар - вот отличительные свойства Иславина".

0

8

IV. ЖИЗНЬ МАТЕРИ ДО ЗАМУЖЕСТВА

Горе деда понемногу забывалось, и через несколько лет он женился на дочери тульского помещика Софии Александровне Ждановой.

Три дочери дедушки от первого брака были девочки от 12 до 17 лет, и появление в доме молодой мачехи было встречено недружелюбно. В семье возникали часто раздоры. У Софии Александровны, которая описана в "Детстве" и "Отрочестве" Льва Николаевича под названием La belle Flamande (Прекрасная фламандка (фр.)), пошли свои дети, и невольно интересы ее сосредоточились на ее собственных детях, хотя она и была хорошая женщина и сохранила лучшие отношения к моей матери до конца своей жизни. Старая Мими оставалась в доме и при Софии Александровне.

Дочери воспитывались дома по-старинному. Главное внимание было обращено на французский язык, музыку и танцы. Всему этому обучала Мими. В деревне жили безвыездно, довольствуясь обществом местных помещиков.

Именье дедушки, Красное, находилось в тридцати пяти верстах от Ясной Поляны Толстых, и мать рассказывала мне, как они езжали друг к другу по праздникам и оставались гостить по неделям. Возили с собой поваров, лакеев, горничных и весь этот люд ютился в коридорах и каморках; спали на полу, подстелив войлок или рогожку, привычные к неряшливой простоте.

Прошло два года, и деду пришлось изменить свой образ жизни и переехать на зиму в Тулу. Дочери были на возрасте невест, и оставаться в деревне было трудно; к тому же зимою предстояли дворянские выборы.

Выборы в губернском городе в те времена имели значение не только служебное, но и как использование выездов для замужества дочерей. Немногие помещики уезжали на зиму в Москву, "ярмарку невест", большинство оставались в своих имениях или переезжали в губернский город. Железных дорог тогда и помина не было, шоссейных весьма мало, и грязные проселочные дороги ставили большую преграду в способе передвижения.

Осенью в Туле, на Киевской улице, был нанят большой одноэтажный дом-особняк, и в ноябре вся семья Исленьевых переехала в Тулу. На 20-ти, 30-ти подводах везли мебель, домашнюю утварь, провизию и многочисленную дворню. В эту зиму был большой съезд помещиков, готовились балы и другие увеселения.

Старшая дочь, Вера, была очень красива, что я всегда слышала от Льва Николаевича. Высокая, стройная, с темными глазами, она очень напоминала свою бабушку Апраксину. Вторая, Надежда, не была красива, но привлекала своей простотой и веселостью. Моя мать была тогда еще девочка-подросток.

Дедушка был большой хлебосол, любил хорошо принять у себя и, кроме определенных вечеров и балов, принимал и запросто, как принято было говорить "на огонек". Этот весьма оригинальный способ приглашения вполне заслуживал название "на огонек". На окна, выходящие на улицу, ставили высокие подсвечники с зажженными восковыми свечами, и это считалось условным знаком между знакомыми, что они дома и ожидают к себе тех, кто пожелает их видеть.

И этот способ приглашения был так принят, что обыкновенно, когда в городе не предвиделся бал или концерт, что, конечно, было известно заранее, то, как говорила мне мать, посылали казачка Петьку посмотреть, у кого из знакомых зажжены свечи, и Петька, надев общий тулуп и валенки, бежал к дому Казариновых, Мининых и прочих и докладывал, в каком доме выставлены свечи. В душе своей Петька принимал большое участие в том, где именно стоят подсвечники, и куда именно барышни поедут, потому что он знал, куда им больше хотелось ехать.

Когда это был желанный дом, Петька торжественно выкликал господ, конечно, не по фамилии их, он и не знал ее, а по имени их имения.

- У Малаховских огонь в окнах горит! - докладывал он, зорко наблюдая за тем, как барышни примут это.

Он не раз слыхал разговоры их, они не стеснялись его присутствия и, почти не замечая его, при нем выражали или радость, или сожаление кого-либо видеть в этот вечер. За настоящего человека Петька в доме не считался, а был так себе Петька, да и только.

Его должности в доме были самые разнообразные. Он был "затычка" всех дел старшей прислуги. Послать ли куда, достать ли что, набить ли трубку табаком, или словить петуха или молодую белку детям, - говорилось обыкновенно: "Да позовите Петьку".

Петька знал отлично все, что делается в доме. Он был добродушно глуповат, с торчащими вихрами на голове, бил часто посуду по своей неловкости, за что и получал подзатыльники от старших. За обедом, в куртке с светлыми пуговицами и с павлиньим хвостом в руках, он отмахивал мух за барским столом. Старшему лакею Никите было поручено обучать Петьку лакейской должности. Выправка его давалась с трудом с обеих сторон. Петька 13-ти лет был взят прямо из избы. Грязный, неряшливый мальчишка, он не умел ни войти в комнату, как следует, ни ответить на вопросы и, как дикий зверек, в первое время долго не понимал, что от него требовалось. Бывало, пошлет его Никита узнать, встают ли господа, Петька придет и скажет: "сплят".

Никита строго посмотрит на него и, взяв его за ухо, приговаривает:

- Почивают, почивают, а не спят.

В другой раз Петька скажет про господ: "поели", и снова начинается муштровка:

- Покушали, покушали. Господа не едят, а кушают. Дурень ты этакий, - учил его Никита.

Много таких типов встречалось в те времена в старинных барских домах, и из них нередко выходили люди умелые и преданные господам.

Эта зима 1837 года для деда была особенно удачная. Он много выиграл в карты, и две его дочери были помолвлены. В Красном были уже посажены пялишницы и швеи шить барышням приданое. Обыкновенно в старину начинали шить приданое дочерям, когда невеста была еще в возрасте ребенка. Так было и теперь, многое уже было заготовлено.

Дворня была взволнована известием о помолвке барышень. В девичьей шло оживление. Старшая горничная Глафира раздавала пялишницам нарезанные куски тонкого батиста для вышивания.

Каждой девке был задан урок, который она должна была выполнить в течение дня. Разговор за работой не полагался, это отвлекало бы их внимание, но нередко, когда уходила Глафира, слышалась заунывная песня со словами:

Матушка родимая
На горе родила.
Худым меня счастьем,
Счастьем наградила.

Они тянули вполголоса песню со второй, иногда очень недурными голосами, и в этой песне чувствовалась жизнь, и проглядывали радость, печаль и любовь, часто затаенная и подавленная. Не слыша приближающихся шагов Глафиры, какая-нибудь девка вдруг затягивала веселую хоровую:

Во лужочках, во лугах,
Стоят девки во кружках,
По другую по сторонку
Стоят удалы молодцы...

И ее песнь подхватывали веселые, молодые голоса, и на всех лицах появлялась задорная улыбка.

Источник

0

9

V. ЗАМУЖЕСТВО МАТЕРИ

Старшая дочь дедушки, Вера, вышла за Волынского помещика, Михаила Петровича Кузминского, приехавшего из Петербурга, где он служил.

Вторая, Надежда, вышла за тульского уездного предводителя дворянства, помещика Карновича.

У Веры Александровны было трое детей: две дочери и один сын, Александр. После нескольких лет счастливого супружества она овдовела. Ее муж умер от холеры, свирепствовавшей в 1847 году в Воронеже, где они жили.

Во втором браке она была замужем за крупным воронежским помещиком, Вячеславом Ивановичем Шидловским, и имела много детей.

В доме Исленьевых оставалась младшая дочь, Любовь, и дети от второго брака.

Сыновья деда поступили в Дерптский университет, и следующую зиму семья провела в деревне. Но Софья Александровна, как и покойная бабушка, тревожно относилась к частым поездкам своего мужа в город и следующую зиму решила провести в Туле, что и было исполнено.

Меньшей дочери, Любочке, было тогда 15 лет. Она, так же как и старшая сестра ее, была высокого роста и обещала быть красивой девушкой, с большими черными глазами, толстой косой и необыкновенно нежным цветом лица.

Оставшись дома без сестер, она чувствовала себя очень одинокой и все вечера просиживала с преданной Мими. Выезжать ей было рано, а о ее замужестве еще никто и не помышлял. Она продолжала свои уроки с Мими, а русские уроки преподавал уже не полуграмотный семинарист, бывший в деревне, а настоящий учитель.

Эта зима была особенно памятна Любочке.

В начале зимы она сильно заболела. По тогдашнему определению, у нее была горячка и настолько серьезная, что жизнь ее была в опасности. Все местные доктора были призваны к постели больной, но болезнь не улучшалась, когда отец Любы случайно узнал, что в Туле, проездом в Орловскую губернию, остановился московский врач. Исленьев пригласил его к дочери. Этот врач был Андрей Евстафьевич Берс. Он ехал к Тургеневу в его орловское имение.

Болезнь Любочки приковала Андрея Евстафьевича к постели больной. При виде умирающей, молодой, цветущей девушки, он приложил все свое знание и силы, чтобы спасти ее.

Болезнь затянулась, и Андрей Евстафьевич уже не думал о своей поездке. Он оставался в Туле, пока Любочка не стала снова возвращаться к жизни и могла подняться на ноги. Он уже освоился с домом Исленьевых и был у них принят, как свой. Когда, наконец, он снова собрался в путь в Орловскую губернию, с него взяли слово, что он непременно побывает у них на обратном пути. Но Андрей Евстафьевич и без этого намеревался посетить их, так как уже не шутя был увлечен своей пациенткой.

Любочка после его отъезда почувствовала в душе своей как бы пустоту. Не отдавая себе отчета в своих чувствах, она во время своей болезни привыкла к его заботливому, ласковому отношению к себе, чем она далеко не была избалована дома, и, лишившись этой ласковой заботы, она скучала первое время после его отъезда.

Наступили праздники рождества. Любочка была еще слаба после перенесенной ею болезни и мало выходила. По вечерам в виде развлечения ей позволено было гадать с молодыми горничными, что очень забавляло ее.

Приносили петуха, лили воск, пели свадебные песни, причем, пропев хором песню, вытаскивали из прикрытой чашки чье-либо кольцо. Песня же предвещала либо свадьбу, либо горе, либо дальний путь, смотря по словам ее.

Одно из гаданий, как это ни странно сказать, сыграло значительную роль в судьбе моей будущей матери.

Опишу его с ее слов.

Накануне Нового года девушки тихонько от барышни поставили ей под кровать глиняную чашку с водой, положив поверх ее дощечки, что изображало мостик. Это гаданье означало, что если видеть во сне своего суженого, то он должен провести ее по мостику.

Любочке это гаданье было неизвестно.

На другое утро, войдя в комнату Любовь Александровны, девушки спросили, что она видела во сне.

- Я видела сон, - говорила Любочка, - что строят дом, и мы с Андреем Евстафьевичем осматриваем его. Идем дальше, а тут уже не дом, а какие-то развалины, и через груды камней лежит узкая доска. Я должна перейти ее, а Андрей Евстафьевич почему-то уже стоит по другой стороне доски. Я боюсь идти, а он уговаривает меня, подает мне руку, и я перехожу.

Горничные дружно засмеялись.

- Поздравляем вас, барышня, в этом году быть вам за Андреем Евстафьевичем, вот тогда увидите, - говорили они.

С тех пор, как ни странно, рассказывала мне впоследствии мать, она стала иначе думать об Андрее Евстафьевиче. Ее юными мечтами, как бы нечаянно, но властно овладел тот, кто провел ее во сне через мостик в ночь на Новый год.

Ее еще почти детские грезы всецело принадлежали ему, хотя ей и самой подчас не верилось, что она, учащаяся девочка, может выйти замуж, как ее старшие сестры.

Да и трудно было бы предполагать, чтобы любовь так рано могла проснуться в девушке, одиноко воспитанной в деревне. Конечно, мечты эти были ей навеяны толкованием сна.

Вернувшись от Тургенева, Андрей Евстафьевич стал часто посещать дом Исленьевых. Любочка относилась к нему немного иначе, с большим вниманием, причем застенчиво краснела при его появлении.

В семье с неодобрением замечали эту перемену, но Андрей Евстафьевич, торопившийся ехать в Москву и уже сильно увлеченный Любочкой, решился сделать ей предложение.

Вся семья была против этого брака, даже сестры и братья отговаривали Любу давать согласие на предложение. В те времена брак этот считался неравным, как по положению, так и по годам. Андрею Евстафьевичу было тогда 34 года.

В особенности возмущалась согласием на этот брак, вымоленный Любочкой у отца, мать его, бабушка Дарья Михайловна Исленьева, происхождением из древнего дворянского рода Камыниных, родственного Шереметевым.

- Ты, Александр, будешь скоро своих дочерей за музыкантов отдавать, - строго говорила мать сыну, выговаривая по-старинному слово "музыкантов".

Но Люба настояла на своем. В феврале ей минуло 16 лет, а 23 августа, в 1842 году она венчалась со своим женихом. После свадьбы молодые уехали в Москву.

Источник

0

10

http://forumfiles.ru/files/0013/77/3c/42462.jpg

  Л.Н. Толстой с С.А. Берс  (внучкой А.М. Исленьева) в Ясной поляне.
Фотография 1910 г.

0


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ИСЛЕНЬЕВ Александр Михайлович.