Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » РОДСТВЕННОЕ ОКРУЖЕНИЕ ДЕКАБРИСТОВ » Лунина-Риччи Екатерина Петровна


Лунина-Риччи Екатерина Петровна

Сообщений 1 страница 10 из 13

1

Лунина-Риччи Екатерина Петровна

Материал из Википедии

https://img-fotki.yandex.ru/get/941534/199368979.179/0_26de9d_c31d637d_XXXL.jpg

Екатерина Петровна Лунина-Риччи
C оригинала А. Ф. Лагрене

Графиня Екатерина Петровна Риччи (урождённая Лунина; 1787 — 8 [20] февраля 1886) — певица, знакомая А. С. Пушкина; двоюродная сестра декабриста М. С. Лунина и племянница писательницы А. П. Хвостовой.

Единственная дочь генерал-лейтенанта Петра Михайловича Лунина (1759—1822) от брака с Авдотьей Семёновной Хвостовой (1760—1843). По матери была прямым потомком графа Г. П. Чернышёва. Получила домашнее воспитание в богатом родительском доме на Никитском бульваре в Москве и была ученицей знаменитого певца Мускети.

Семья иногда подолгу жила в Петербурге или за границей, где Екатерина, обладая незаурядными вокальными данными, смогла получить высшее музыкальное образование. В 1809 году окончила Филармоническую академию в Болонье и была удостоена звания первоклассной певицы и высшей награды того времени — золотого лаврового венка. После Тильзитского мира выступления Екатерины Луниной вызвали восторги парижской публики; в салоне королевы Гортензии она имела такой успех, что Наполеон I просил её петь в дружеском кружке в Тюильри.

Затем Екатерина Петровна поселилась с матерью в Санкт-Петербурге, где весь высший свет съезжался на музыкальные спектакли с её участием в дом Демидовых. Она не только прекрасно пела, но играла на арфе и клавесине и даже сама сочиняла музыку. Несмотря на довольно некрасивую внешность, Лунина слыла львицей большого света. По словам современниц, у неё были коротенькие ноги, очень длинная и толстая талия и большая голова, вообще — много непривлекательного. При это она была большая чудачка и уверяла окружающих, что ей всего 20 лет, хотя все знали, что она шестью годами старше. Вообще про её эксцентричность в столице ходило много рассказов. После окончания наполеоновских войн Лунины снова уехали в Европу. Об их жизни во Флоренции в 1816 и 1817 годах граф Ф. Головкин писал:

    Барышня Лунина со мною немного кокетничает, но, в общем, это люди довольно благородные, довольно богатые и довольно воспитанные. Обе дамы до того безобразны, что могут обратить в бегство кого угодно, но у дочери, может быть, один из лучших голосов Европы… Несмотря на 100-тысячный годовой доход, составляющий её приданое, ей ещё не удалось выйти замуж. Двадцать три раза ей делали предложение, но ни разу её отец, её мать и она сама не могли прийти к соглашению; недавно отказали князю Компасса, испанскому гранду и красавцу мужчине. Я взял её под свое покровительство, заметив, что она влюбилась в одного молодого человека, который обладает ничем кроме красивой внешности и крупного таланта к пению, не решавшегося представиться Луниным, я просил г-жу д`Альбани сделать от его имени предложение, оно было принято и всё кончилось благополучно.

18 ноября 1817 года Екатерина Лунина обвенчалась в Римском Капитолии (где в свое время она была коронована за отличное пение) с красавцем-флорентийцем Миньято Риччи (1792—1877), который был на пять лет моложе её. Перед свадьбой, благодаря хлопотам графа Головина, великий герцог Тосканский возвёл будущего зятя Луниных в графское достоинство. Приехав в Россию, супруги Риччи поселились у родителей в Москве во вновь отстроенной после пожара большой городской усадьбе на Никитском бульваре, а затем переехали в свой дом у верхней части Тверского бульвара, на углу Ситниковского переулка и Бронной.

По свидетельству М. Д. Бутурлина, супруги Риччи жили довольно открыто, в 1820-е годы «артистическая звезда графини уже померкла, голос её, хотя ещё обширный, высказывался визгливостью и был не всегда верной интонации. Муж же её пел с большим вкусом и методом, но басовый голос его был глух и несилен, отчего нельзя было ему пускаться на сцену. Граф Риччи был превосходным комнатным певцом и особенно хорошо пел французские своего сочинения романсы». В декабре 1820 года московский почт-директор А. Я. Булгаков писал брату:

Пустился к Луниным, где была прекрасная музыка. Чудесно поет этот Риччи, а голос в роде Стефана Мондини… Любо слушать мужа с женой. Когда она была брюхата в первый раз, Миттерних сказал ей: «Дети кричат, рождаясь в свет; но я уверен, сударыня, что ваше дитя будет петь!»


Материнство Екатерине Петровне давалось трудно. Её первая беременность из-за сумасбродства отца, пожелавшего испытать любовь дочери и распустившего слух, что он умер скоропостижно на улице, окончилась преждевременными родами в Париже и болезнью. В апреле 1821 года в Москве графиня Риччи благополучно родила дочь Александру, но она вскоре умерла. В 1822 году скончался П. М. Лунин, оставив жену и дочь в сложном материальном положении. Все эти испытания сказывались на психологическом состоянии Екатерины Павловны. «Бедная Риччи больна, нервы расстроены, стала при мне смеяться, упала в обморок… Худа и бледна, как смерть», — писал А. Я. Булгаков.

Оправившись от утрат, Екатерина Петровна начала вновь принимать гостей в своем салоне. Когда в 1826 году в Москву на коронацию прибыл Николай I, его супруга Александра Фёдоровна пожелала послушать пение графини Риччи. В одном из писем того времени А. С. Пушкин писал: «Еду сегодня в концерт великолепной, необыкновенной певицы Екатерины Петровны Луниной». Однажды на бале, с её кавалером по танцу, А. И. Тургеневым случился казус, о котором позже А. С. Пушкин иронически написал:
« На свадьбах и в Библейской зале
Среди веселий и забот,
Роняешь Лунину на бале,
Подъемлешь трепетных сирот. »

В 1828 году граф Риччи, блиставший своим голосом в салоне жены и княгини Зинаиды Волконской, увлёкшись последней, оставил жену и навсегда уехал в Италию. В 1829 году за ним в Италию последовала княгиня Волконская. Граф Риччи долгие годы был постоянным посетителем виллы княгини в Риме.

Оставшись одна, Екатерина Петровна жила с матерью в Москве на наёмных квартирах. Из-за долгов они были вынуждены продать свой дом на Никитском бульваре (к тому времени они занимали только обширный правый флигель усадьбы) Государственному банку. Летом они жили у родственников Голицыных-Прозоровских в их имении в селе Троицкое-Раменское. В 1845 году современники отмечали уже крайнюю бедность певицы.

Не имея своих детей, графиня Риччи взяла на воспитание девочку Елизавету (1835—1919), внебрачную дочь двоюродного брата Павла Александровича Нащокина. Она стала ей как родная дочь. В старости Екатерина Петровна жила в семье своей воспитанницы и её мужа Ф. М. Дмитриева, директора мануфактурной фабрики купца П. С. Малютина. Скончалась в возрасте 99 лет и была похоронена рядом с матерью на старом кладбище в селе Троицкое-Раменское.

0

2

Роман, да и только!

Екатерина Петровна Риччи, урожденная Лунина — еще одно имя в истории нашего дома, осененное причастностью к жизни Александра Сергеевича Пушкина. «Еду сегодня в концерт великолепной, необыкновенной певицы Екатерины Петровны Луниной», — такие слова поэта могут навсегда подарить славу и интерес потомков. Да и такие тоже:

Среди веселий и забот Роняешь Лунину на бале, подсмеивается Пушкин над А. И. Тургеневым в стихотворении 1817 года. Десять лет разделяет эти строки. И оказывается, Александр Сергеевич еще в ранней молодости знал будущую знаменитую певицу.

Пушкинисты любят такие совпадения. Они расскажут о том, куда ехал поэт слушать концерт Екатерины Риччи, и о том, где произошел юмористический бальный эпизод, героями которого являлись Тургенев и Лунина (это случилось в Петербурге). Обязательно упомянут дом, в котором жила певица в Москве в пору своей известности: «у верхней части Тверского бульвара, на углу Ситниковского переулка и Бронной» (очевидно, имеется в виду угол Большой Бронной и Сытинского переулка). Но мало кому известен другой ее адрес — Козицкий переулок, дом 5. Его установил московский краевед Владимир Васильевич Сорокин.

Дом в Козицком стал пристанищем печальных лет в жизни Екатерины Петровны. Здесь она встретила и закат славы, и надвигающуюся бедность. «Пушкинская Москва», совсем недавно восхищавшаяся ее талантом, больше не жаждала услышать ее волшебный голос, а по-домашнему, с удовольствием судачила о разводе графини Риччи и его небезынтересных причинах. Вскоре бывший кумир был почти забыт.

В эту пору Екатерине Петровне было уже за сорок — возраст немалый по понятиям тех времен. Трудно поверить, но она тогда не прожила еще и половины жизни: Екатерина Риччи умерла в возрасте 99 лет в 1886 году. В старости графиня любила перечислять, сколько пережила русских императоров: родилась при Екатерине II в 1787 году, пережила Павла I, окончила Филармоническую академию в Болонье в 1809-м — в годы царствования Александра I, была покинута своим мужем в 1828 году при Николае I. Хорошо помнила крестьянскую реформу 1861 года, проведенную Александром II; вступление на престол Александра III в 1881 году застало ее в твердой памяти и в окружении внуков и правнуков. Роман, да и только!

Давайте перелистаем некоторые страницы этого романа.

Она родилась в семье генерал-лейтенанта Петра Михайловича Лунина и Авдотьи Семеновны Хвостовой. Декабрист Михаил Сергеевич Лунин приходился ей двоюродным братом, писательница А. П. Хераскова — теткой. По некоторым сведениям, Лунины были в какой-то степени родства с Зинаидой Александровной Волконской, хозяйкой знаменитого московского салона. Здесь особенно уместны слова о том, что Волконская «сыграла большую роль» в жизни своей родственницы. И не только положительную. Но об этом ниже.

Родственница «прекрасной Зизи» была весьма богата. Семья Луниных обладала в начале прошлого века миллионным состоянием и доходными поместьями. В 1817 году Лунины затеяли строительство большой городской усадьбы на Никитском бульваре. Известный архитектор Доменико Жилярди создал по их заказу замечательный ансамбль, ставший достопримечательностью классической Москвы. Подобно тому, как имя Екатерины Риччи живет в строках Пушкина, жилярдиевский дом Луниных до сих пор на устах москвичей. Но владела великолепным дворцом семья недолго и еще недостроенным продала его Коммерческому банку, а сама, по-видимому, переселилась в обширный правый флигель, ничуть не уступающий главному дому по изысканности убранства. (Теперь в доме Луниных находится Музей искусства народов Востока; Никитский бульвар, 12а.)

Лунины много раз и подолгу жили за границей — в Париже, Риме, Вене. И Екатерина, обладающая выдающимися музыкальными способностями, имела возможность продолжить обучение пению, которое обычно получали девицы-дворянки в домашнем кругу.

Екатерина Лунина не только прекрасно пела, но и играла на арфе и клавесине и даже сама сочиняла музыку, о чем свидетельствуют рукописные ноты, оставшиеся в ее архиве. Сохранился диплом, выданный ей после окончания Филармонической академии в Болонье в 1809 году; она была удостоена звания первоклассной певицы и высшей награды того времени — лаврового венка. По рассказам ее родственников, первая известность к ней пришла во Франции. Еще перед войной Екатерина Лунина выступала в интимном кругу голландской королевы Гортензии Богарне (матери Наполеона III), а также в Тюильри при дворе Наполеона.

В Риме она вышла замуж за итальянского графа Миньято Риччи. По одним данным, это произошло в 1817 году, по другим — в 1820-м. В свете говорили, что красавец Риччи — «флорентиец без всякого состояния», «десятью, если не более, годами моложе своей жены». На самом деле он был моложе Екатерины на пять лет. Граф Риччи, как и его супруга, был прекрасным певцом. Многие слушатели даже не знали, кому из них отдать предпочтение. Их репертуар был обширен: оперные арии, дуэты, романсы, народные песни. Я уже упоминала о том, что Екатерина Петровна сама писала музыку, вот и ее муж занимался сочинением музыки и текстов песен и переводами. Их собственные произведения наверняка придавали свежесть и оригинальность домашним концертам, на которых звучали в основном классические вещи. Об этом пишет в своих «Воспоминаниях» граф М. Д. Бутурлин: «Граф Риччи. .. певал с большим вкусом и методом, но басовый голос его был не ясен и не силен, отчего нельзя ему было пускаться на сцену и на публичные концерты. Был он превосходный комнатный певец и особенно хорошо певал французские своего сочинения романсы, тогда бывшие в ходу в Москве».

0

3

В архиве Екатерины Риччи хранился французский романс в итальянском переводе ее мужа. Там есть такие трогательные слова:

Подумай, миленький, как полюбила я тебя,
Всем пожертвовала ради тебя.
Подумай, что только о тебе вздыхаю,
Воздух, который вдыхаю,
-Ничто для меня.

За буколической окраской этих строк мне почему-то чудятся нотки личных отношений. Поначалу музыкальные вечера четы Риччи проходили в доме Луниных на Никитском бульваре, где они поселились после приезда в Россию. Поклонников было множество, и, по свидетельству современников, в дни концертов проезды бульвара заполнялись вереницами экипажей. Позже они держали салон в своем доме на Большой Бронной. Здесь их друзья порой заслушивались «славной музыкой» до трех часов ночи.

Московский почт-директор А. Я. Булгаков не раз писал брату в Петербург о том, что Риччи часто собирали у себя всех «страстных охотников» до музыки, и не скупился на похвалы. Что бы они не исполняли, всегда слушатели, по словам Булгакова, «ликовали» и «тешились».

Справедливости ради приведу и один далеко не восторженный отзыв о пении Екатерины Петровны Риччи: «Слышно было, что графиня Риччи славилась когда-то певицею первого из аматёрок разряда; но в мое время она была далеко не молода и артистическая ее звезда померкла: голос, хотя еще обширный, высказывался визгливостью и был не всегда верной интонации». Однако это свидетельство графа М. Д. Бутурлина, относящееся к 1824 году, по-моему, не совсем объективно. То, что пишет он о популярности Екатерины Риччи уже в прошедшем времени, ставит под сомнение достоверность этих строк. Музыкальные вечера в доме на Большой Бронной, действительно, тогда стали приятной, но обыденностью, а вот «звезда» певицы в салоне княгини Зинаиды Александровны Волконской еще только что зажглась.

Дом Зинаиды Волконской на Тверской, построенный М. Ф. Казаковым, уже упоминался. Его первой владелицей была Е. И. Козицкая. При Волконской этот дворец называли «настоящим музеем», а собиравшийся в нем салон был одним из центров московской художественной жизни в 1824— 1829 годах и пользовался легендарной известностью. О «Северной Коринне» — Зинаиде Александровне Волконской и ее салоне — сохранилось множество воспоминаний и немало написано ныне, но в основном это касается его литературных интересов. Музыкальные же (и театральные) страницы его летописи знакомы читателю хуже, а жаль. Чего стоит хотя бы ностальгический отзыв князя П. А. Вяземского о салоне Волконской в письме А. И. Тургеневу, датированном 1833 годом: «Там музыка входила всеми порами. .. Дом ее был, как волшебный замок музыкальной феи: ногою ступишь на порог, раздаются созвучия; до чего ни дотронешься, тысяча слов гармонических откликнется. Там стены пели; там мысли, чувства, разговор, движения — все было пение».

Не раз здесь «стены пели» голосами супругов Риччи. Именно в салоне Волконской осенью 1826 года Александр Сергеевич Пушкин впервые услышал пение Екатерины Петровны Риччи и пленился им. В старости графиня с гордостью рассказывала внукам, что много раз пела при Пушкине. Но, по семейным преданиям, симпатии к поэту она не испытывала и на вопросы о Пушкине всегда отзывалась коротко и сухо: «Резкий был человек».

У Волконской граф Миньято Риччи сблизился со многими московскими литераторами, особенно с С. А. Соболевским и С. П. Шевыревым. Под их влиянием от роли салонного поэта он перешел к более серьезному творчеству и занялся переводами. Летом 1828 года «Московский Вестник» извещал своих читателей, что граф Риччи, «с успехом занимающийся итальянской словесностью, посвящает досуги свои переводам образцовых песен русских» и собирается издавать у себя на родине «Русскую антологию», для которой уже перевел пьесы «Светлана» В. А. Жуковского, «На смерть кн. Мещерского» Г. Р. Державина и два стихотворения А. С. Пушкина — «Демон» и «Пророк».

В мае того же 1828 года Риччи послал Пушкину письмо, в котором просил высказать мнение об этой его работе и указать те произведения, которые бы тот желал видеть переведенными на итальянский язык. Ответное послание неизвестно. Но из следующего письма Риччи видно, как похвалы Пушкина глубоко на него подействовали, насколько они ободрили его и придали энергии для дальнейшей работы. Письмо заканчивается настоящим гимном Пушкину. Придворная жизнь супругов Риччи складывалась менее удачно. Графский титул был для них всего лишь красивым аксессуаром, он не принес ни денег (состояние Луниных к тому времени сильно «похудело»), ни чинов, ни положения в обществе. Граф Миньято почему-то (может быть, из личной симпатии) был причислен к Экспедиции Кремлевского строения, которой руководил князь Н. Б. Юсупов, но не имел при этом даже чина 14-го класса. По Москве ходил слух о предстоящем пожаловании Риччи в камер-юнкеры, да он не оправдался.

0

4

В придворной среде, где «всякий сверчок знал свой шесток», чета Риччи служила порой поводом для насмешек и даже легкого раздражения. Одна из таких ситуаций произошла в Москве во время коронационных торжеств в мае 1826 года, когда Екатерина Петровна Риччи была призвана к новой императрице. Об этом узнаем из письма А. Я. Булгакова брату: «Вчера гр. Риччи представлялась; на то, видно, была воля государыни, но почему имела она хвост в полтора аршина и плерезы в вершок (нашивки на платье. — ТД.), когда муж ее только что разве в 14 класс записан Юсуповым в Кремлевской Экспедиции? Вот что очень занимает и беспокоит барынь наших».

Осенью 1828 года граф Миньято Риччи развелся с женой и 18 октября вместе с С. А. Соболевским уехал в Италию, поселился в Риме. По Москве ходили слухи, что прекрасный итальянец предпочел Екатерине Петровне другую. Разлучницей называли не кого иного, как Зинаиду Волконскую. Об их взаимной симпатии и прежде поговаривали, а неожиданный отъезд княгини в Италию в начале 1829 года, как говорится, подлил масла в огонь. Волконская уехала в Рим вместе с сестрой, М. А. Власовой, своим сыном и воспитателем сына, С. П. Шевыревым. Петербург, и тот разволновался. Пушкин, сердитый за что-то на Волконскую, пишет оттуда П. А. Вяземскому в январе этого года, что отдыхает «от проклятых обедов Зинаиды. (Дай ей бог ни дна ни покрышки; т. е. ни Италии, ни графа Риччи!)». Вот такой необычный комментарий.

Как всегда бывает в подобных случаях, никто не взялся категорически отрицать или удостоверить сей факт. Бесспорно одно: близость Миньято Риччи к дому Волконской продолжалась всю жизнь, о чем свидетельствуют многочисленные письма княгини и ее сестры к Шевыреву больше чем за двадцать лет — с 1831 по 1854 год. Эти письма наполнены постоянными и самыми нежными отзывами о Риччи. По ним можно год за годом проследить его жизнь в Италии, знакомство с Н. В. Гоголем и его другом И. М. Виельгорским, различные события в семье Риччи, наконец, привязанность к нему не только Зинаиды Александровны Волконской, но и ее сына, и сестры, и всех близких к ней лиц.

Первое время по отъезде из России Миньято Риччи продолжал свои литературные опыты, как явствует из итальянских писем З. А. Волконской и А. И. Тургенева. Но постепенно упоминания о них делаются все реже. Возможно, одной из причин этого была серьезная болезнь глаз Риччи, которую он упорно пытался излечить. Но врачи не помогли, и в конце жизни его поразила слепота.

Екатерина Петровна после развода осталась в Москве и по-прежнему держала салон. Но уже не на Бронной, а в Козицком переулке. Здесь, в доме 5, она жила вместе с матерью Авдотьей Семеновной, похоронившей мужа в 1822 году. Жили скромно, от салона вскоре пришлось отказаться, а позже и совсем съехать с этой квартиры из-за недостатка средств. Екатерина Петровна с матерью были вынуждены перебраться к своим родственникам Прозоровским-Голицыным в их имение близ села Раменского. Графиня Риччи бывала в Москве наездами, и один из давних знакомых, видевший ее в 1845 году, был поражен ее «крайней бедностью», винил в этом он почему-то увлечение музыкой: «Она слишком любила пение; эта страсть и была причиной ее разорения».

В «Русском архиве» промелькнуло упоминание о том, что у супругов Риччи была дочь Александра, но более ничего о ней неизвестно. Возможно, она умерла в младенчестве. Однако у Екатерины Петровны была воспитанница — внебрачная дочь двоюродного брата Павла Александровича Нащокина, с которым она очень дружила. Взяла она девочку Лизу совсем маленькой, воспитала ее и любила, как родную. Дала ей хорошее по тому времени образование: Лиза изучала языки, музыку, литературу, собирала большую библиотеку.

Вместе с Екатериной Петровной в Раменское переехала ее компаньонка Евдокия Михайловна Смольянинова, помогавшая ей в заботах о приемной дочери. Елизавета Павловна, а потом и ее дети стали отрадой Екатерины Петровны во второй половине ее долгой жизни. Внуки называли ее «бабушка-графиня» и любили слушать о том, что пением ее восхищался Пушкин, что И. А. Крылов ей первой читал в Петербурге свои басни, что приезжал к ней в имение известный издатель П. И. Бартенев и с большим интересом внимал ее рассказам. ..

Е. К. Дмитриева, жена внука Екатерины Петровны, написала о последних годах графини Риччи, о семейных реликвиях и преданиях. Ее воспоминания опубликованы в альманахе «Звенья» в 1950 году. Еще раньше, в 1941 году, во «Временнике Пушкинской комиссии» была напечатана статья О. Г. Базанкур, в которой упоминаются многие документы архива Риччи, виденные ею в 1917 году. Сохранились ли они?

Хочу сделать небольшое отступление. В Музее архитектуры имени А. В. Щусева хранится надгробие Ф. М. Дмитриева работы выдающегося скульптора М. М. Антокольского — сидящая фигура Христа с простертыми руками. Оно поступило из Раменского и экспонировалось долгое время в усыпальнице Голицыных в Донском монастыре, где прежде находился музей. Готовя эту книгу, я с удивлением узнала, что инженер Федор Михайлович Дмитриев был зятем Екатерины Риччи. Ее приемная дочь Елизавета Павловна прожила с ним счастливую жизнь.

Родственникам графини, Прозоровским-Голицыным, принадлежала фабрика Раменской мануфактуры, которую они продали П. С. Малютину и трем его сыновьям-наследникам. При Малютиных Ф. М. Дмитриев пришел работать на фабрику технологом после окончания с золотой медалью Технологического института в Петербурге. Хозяева сразу обратили внимание на его сноровку, обширные знания, организаторские способности и вскоре назначили директором фабрики. В годы его директорства Раменская мануфактура достигла расцвета. При этом он еще вел научную работу, был профессором Высшего технического училища в Москве и вице-президентом Политехнического общества. Федор Михайлович и его жена открыли при фабрике школу, больницу, родильный приют.

Смерть Дмитриева в 1882 году оплакивали не только его родные, но и все фабричные рабочие. Похоронили его на местном кладбище, надгробие заказали М. М. Антокольскому. Когда памятник был почти готов, в мастерской скульптора его увидел Александр III и захотел купить для Русского музея. Но Антокольский ответил, что этот памятник замечательному человеку не продается. Екатерина Петровна Риччи, напомню, умерла в 1886 году и похоронена была тоже на Раменском кладбище.
Т. А. Дудина

0

5

«Воспоминание о великой необыкновенной певице…»

Немногие жители современного города Раменское знают о том, что несколько десятилетий назад в селе Троицкое-Раменское, а именно так в XIX веке называлась наша местность, проживала великая певица пушкинских времен – Екатерина Петровна Лунина-Риччи (двоюродная сестра известного декабриста Михаила Сергеевича Лунина).

Родилась Екатерина Петровна в Москве в 1787 г., в семье генерала Петра Михайловича Лунина и Евдокии Семеновны, урожденной Хвостовой.
В детские годы проживала в известном и великолепном «Лунинском» доме у Никитских ворот, построенном по заказу отца семейства, известным итальянским архитектором Доминико Жилярди (ныне в здании располагается Государственный музей искусства народов Востока).
Как и другие девочки своего сословия, Екатерина Петровна получила хорошее домашнее образование, со знанием нескольких языков, навыками игры на музыкальных инструментах, училась петь. О традициях тех лет А.С. Пушкин писал в романе в стихах «Евгений Онегин»:

Зовут соседа к самовару,
А Дуня разливает чай,
Ей шепчут: «Дуня, примечай».
Потом приносят и гитару,
И запищит она (бог мой):
«Приди в чертог ко мне златой».

Обладая от природы необыкновенным голосом, желая продолжить музыкальное образование, Лунина, вместе с матерью уезжает в Италию. Блестяще оканчивает в 1809 году Филармоническую академию в Болонье со званием «Первоклассной певицы» и высшей наградой – золотым лавровым венком (высшее музыкальное образование того времени).
Путешествуя в Париже, в салоне королевы Гортензии, Екатерина Петровна имела такой успех, что Наполеон лично просил ее петь в дружеском кружке, в Тюильри.
Двадцать три раза певице делали предложение (приданое составляло стотысячный годовой доход), но по причине отказа отца, она ни как не могла устроить свою личную жизнь. Знавший об этом полномочный министр в Неаполе Федор Гаврилович Головкин, заметил, что Екатерина Петровна влюбилась в бедного молодого итальянца Миньято Риччи, человека образованного и музыкально одаренного, взял ее под свое покровительство. Отец невесты требовал непременно, чтобы зять его был титулован, а жених принадлежал к одной из старых аристократических фамилий. В результате благополучных улаживаний всех разногласий начались приготовления к свадьбе.
Торжественная церемония состоялась в 1820 году, после которой молодожены переехали в Москву и поселились у родителей в доме на Никитском бульваре.
Вскоре чета Риччи открывает музыкальный салон, славившийся многие годы первоклассными концертами. По вечерам дом сиял огнями свечей, съезжались именитые гости, звучала музыка итальянских, немецких и русских композиторов. «В дни Лунинских концертов проезды Никитского бульвара заполнялись вереницей экипажей и … в Петербурге, на Мойке» (из статьи проф. Торопова).
Обладая чарующим голосом, прекрасно играя на арфе, клавесине и лире, Екатерина Петровна быстро снискала любовь и уважение почтенной публики. Частым гостем салона являлся друг семьи, известный поэт — Петр Андреевич Вяземский. Ей первой читал свои басни Иван Андреевич Крылов. Очень гордилась Екатерина Петровна тем, что много раз пела при Александре Сергеевиче Пушкине. В одном из писем поэт писал: «Еду сегодня в концерт великолепной, необыкновенной певицы Екатерины Петровны Луниной». В письме А.Я. Булгакова (13 декабря 1820 г.): «Был у Риччи. Как все разъехались, он сел за клавикорды и долго нас восхищал своим пением». 14 декабря 1820 г.: «…Пустился я к Луниным, где была славная музыка, по обыкновению, а сверх того Лобанов Константин Яковлевич нас ужасно смешил. Чудесно поет этот Риччи, а голос вроде Стефана Мондини, славная метода. Любо слушать мужа с женой».
Однажды на бале, кавалер по танцу, частый гость музыкального салона, Александр Иванович Тургенев – директор департамента духовных дел, нечаянно уронил певицу. Позднее А.С. Пушкин иронически написал ему:

«На свадьбах и в Библейской зале
Среди веселий и забот,
Роняешь Лунину на бале,
Подъемлешь трепетных сирот».

Супруг Луниной был не только камерным певцом, но и поэтом, с разрешения великого поэта, перевел на итальянский язык стихотворения «Демон» и «Пророк». Из письма А.С. Пушкину, 1828 г.: «Вы… оказываете честь своей дружбой вашему переводчику и, прежде всего, истинному почитателю вашего великого гения».
Посещала семью Риччи и хозяйка знаменитого салона княгиня Зинаида Александровна Волконская, собиравшая весь цвет литературной и музыкальной Москвы.
Княгиня Зинаида Александровна Волконская (1792-1862) – дочь известного мецената, Александра Михайловича Белосельского, известная красавица и очаровательница своего времени, женщина образованная, блестящего ума и тонкая ценительница всего изящного, покровительница наук и искусств, художников и ученых. Будучи фрейлиной Александра I, сопровождала государя во время его заграничных походов. В Лондоне и Париже стала известна своим сценическим и музыкальным дарованием, исполняя на сценах частных театров оперы Россини, блистала на Венском конгрессе, позднее – на Веронском. С 1824 года проживала в Москве, на ул. Тверской. Дом Зинаиды Александровны вскоре стал центром артистической жизни «Грибоедовской Москвы».
Красота, ум и образование Волконской, ее чудный контральтовый голос и особый, присущий ей дар привлекать к себе сердца собирали на ее музыкально-литературные вечера и театральные представления не только московскую знать, но и профессоров, художников и музыкантов.
Со временем граф Риччи попадает в любовный плен к очаровательной княгине, их связь получает огласку. Сама Екатерина Петровна так объясняла измену своего мужа: «…познакомив мужа со своими друзьями и родными, она передала кн. Зинаиде Александровне Волконской, с которой, была очень близка, что на вопрос, нравится ли она ему, граф Риччи ответил: «Не особенно». На это З.А. небрежно ответила «Вот как!» – и больше ничего, а сама стала осторожно, не спеша его увлекать. Роман с Волконской привел к тому, что Риччи покинул свою жену».
Брак распадается (в 1828 году) и Миньято Риччи уезжает в Италию. Вслед за ним навсегда оставляет родину и княгиня Волконская (З.А. перешла в католичество и поселилась в Риме, в своей вилле, близ площади Иоанна Латеранского, став уютным местом встречи художникам, музыкантам и писателям, как русских, так и иностранных).
В след за смертью дочери и отца, неудачным замужеством, Екатерина Петровна вместе с матерью, остается в сложном материальном положении, вынуждена продать свой прекрасный дом Московскому Государственному Коммерческому банку и переселиться на съемную квартиру.
В этот нелегкий период своей жизни графиня приняла участие в судьбе внебрачной дочери своего двоюродного брата П. А. Нащокина, с которым была очень дружна. Павел Александрович являлся блестящим офицером, приближенным к Императорскому двору, адъютанту великого князя Михаила Павловича. Окруженная заботой и лаской, Лиза росла, считая своей матерью лишь ее – милую Екатерину Петровну, которая обеспечила девочке хорошее образование, со знанием иностранных языков, литературы и музыки.
В юности Лиза подолгу гостила у Анны Алексеевны Окуловой в Петербурге, в ее квартире во дворце, которая «…к незаконнорожденной дочери брата Павла Александровича Нащокина, относилась с любовью».

(сноска) Анна Алексеевна Окулова, шестиюродная сестра поэта Александра Сергеевича Пушкина, высокопревосходительная кавалерственная дама, фрейлина при дворе Николая I, находилась на службе при Императорском дворе с 1836 года по 1861 год, с 1856 года – камер-фрейлина высочайшего двора. В эти годы Анна Алексеевна жила, как в Петербурге, так и в Царском Селе.

Лучшей характеристикой Окуловой, одаренной многими талантами и высокими человеческими качествами, являются отзывы о ней, в дневниках и письмах, ее воспитанницы – великой княжны Ольги Николаевны, впоследствии королевы Вюртембергской: «…Счастливый характер Анны Алексеевны …привлек к ней много друзей, а здравый ум направил правильным путем через лабиринт придворной жизни, … сеяла доброе, вечное и, уж конечно, русское, тем и снискала любовь и уважение поэтов и писателей своего времени». «Вторая совесть» – так называла ее великая княжна.
Позднее, семья Луниной переезжает к родственникам князьям Голицыным-Прозоровским, проживающим в своем имении в селе Троицкое-Раменское Бронницкого уезда Московской губернии.

Повзрослев, здесь Лиза знакомится с Федором Михайловичем Дмитриевым (первым русским директором прядильно-ткацкой мануфактуры «П.С. Малютина и сыновей») – будущим супругом.
Екатерина Петровна очень уважала своего зятя. В окружении большой семьи Дмитриевых, а у Федора Михайловича и Елизаветы Павловны родилось пять дочерей и два сына, «милая мама и бабушка-графиня», долгие годы сохраняла интерес к жизни и душевную доброту.
Она любила перечислять, скольких повидала русских царей: родилась при Екатерине II, пережила Павла, окончила Филармоническую Академию в Болонье при Александре I, покинута графом при Николае I. Екатерина Петровна хорошо помнила крестьянскую реформу 1861 года при Александре II, старость свою встретила при Александре III. Часто рассказывала о жизни при дворах Александра I и Наполеона, интимном кружке королевы Гортензии еще до ее замужества.
Долгие годы, в своей комнате, бережно хранила Екатерина Петровны бальные туфли, благодаря которым, по ее словам, она чудом спалась на пожаре 1 июля 1810 года, унесшим более 20 жизней. В этот день в Париже в австрийском посольстве должен был состояться грандиозный бал по случаю бракосочетания Наполеона I с эрцгерцогиней Марией-Луизой. Через много лет графиня разрешила поиграть с ним внуку, а тот, чтобы не отобрал брат, спрятал их в печку-голландку и забыл. Утром печь затопили, и памятные туфельки погибли в огне …

Специально пообщаться с Екатериной Петровной приезжал известный издатель Петр Иванович Бартенев.
Бартенев Петр Иванович (1829-1912гг.) – историк, литературовед, издатель. Вел записи рассказов об Александре Сергеевиче Пушкине от современников поэта, послужившие выходу в свет ряда статей и монографий. С 1863 года издавал журнал «Русский архив», где публиковались исторические и литературно-биографические материалы.
Умерла Екатерина Петровна Лунина-Риччи 8 февраля 1886 года в возрасте 99 лет.
Сберегая память о любимой «бабушке-графине» внуки заботливо хранили портреты Нащокиных, Луниных и Риччи, часть из них передали в 1937 году на организованную в Москве в Государственном Историческом музее Всесоюзную Пушкинскую выставку, посвященную столетней годовщине со дня смерти великого русского поэта. Позднее подарили Государственному музею А.С. Пушкина.

Основано на материалах научного издания Натальи Викторовны Архангельской и МУК «РИХМ».

Методист музея: Е.Ю. Покусаева, декабрь 2011 г.

0

6

https://img-fotki.yandex.ru/get/985135/199368979.179/0_26de9c_6337d54_XXXL.jpg

Неизвестный художник (монограммист Р. V.). Портрет графа Миньято Риччи. 1822 г.
Кость, акварель, гуашь. 6,2x5 см (в свету, овал).
Всероссийский музей А. С. Пушкина.

0

7

https://img-fotki.yandex.ru/get/1028274/199368979.179/0_26de98_d39a9477_XXXL.jpg

Лунина (в замужестве Риччи) Екатерина Петровна (1787-1886); двоюродная сестра М.С. Лунина.
Миниатюра неизвестного художника. 1810-е гг.
Государственный Эрмитаж.

0

8

https://img-fotki.yandex.ru/get/912395/199368979.179/0_26de99_12b1a22f_XXXL.jpg


Портрет Екатерины Петровны Риччи.

0

9

https://img-fotki.yandex.ru/get/400060/199368979.179/0_26de9a_966fcc0a_XXXL.png

Орест Адамович Кипренский (1782 – 1836). Портрет певицы (Екатерины Петровны Луниной). Ок. 1813 г.
Бумага, итальянский карандаш. 22,7х17,5 см.
Государственная Третьяковская галерея.

0

10

Екатерина Петровна Лунина-Риччи

Екатерина Петровна Лунина родилась в 1787 году и была единственной дочерью Петра Михайловича и Евдокии Сергеевны Луниных. Она была двоюродной сестрой декабриста Михаила Сергеевича Лунина. Лунин сперва, служил в кавалергардском полку, но колоссальные долги заставили его покинуть службу и уехать за границу; здесь он сделался католиком, давал уроки и трудился над трагедией «Лжедмитрий», написанной на отличном французском языке. Он слыл за чрезвычайно остроумного и оригинального человека, его тонкие остроты отличались смелостью, а подчас и цинизмом. Все ему сходило с рук: и его шутки и его дуэли. Однажды, будучи молодым кавалергардским офицером, он побился об заклад, что проедет нагим по Петербургу – и выиграл пари.

После смерти отца, он стал владельцем состояния приносившего ежегодно более 200.000 дохода. Вернувшись в Россию, Лунин был принят государем на службу, служил в Варшаве у цесаревича и был самым близким ему человеком. Участвовал в восстании декабристов, был сослан в Сибирь, проживал в Чите и Петровском заводе, затем жил на поселении. Резкие его статьи, которые он печатал в Англии, навлекли на него новую немилость правительства, он был арестован и заключен в акатуйскую тюрьму, где скоропостижно умер.

Катенька Лунина была музыкально одаренным ребенком, обладала прекрасным голосом, играла на клавесине, арфе и даже пробовала себя в роли композитора.

Лунина много путешествовала с матерью, была во Франции и Германии, знала хорошо музыку и обладала прекрасным голосом. В Париже, в салоне королевы Гортензии, она имела такой успех, что Наполеон просил ее петь в дружеском кружке, в Тюльери. Этого было достаточно, чтобы имя ее сделалось знаменитым.

Будучи в Италии, она поступает в Болонскую филармоническую академию и получает в 1809 году звание первоклассной певицы и высшую награду того времени лавровый венок.

Лунина была светской «львицей» Она не была красавицей. Жила в Петербурге в нижнем этаже дома князя Гагарина на Дворцовой набережной. Рассказывали, что однажды рано утром император, совершая свою любимую прогулку по набережной, увидел, что кто-то вылезал из окна нижнего этажа. Потом через обер-полицмейстера он послал сказать хозяйке квартиры, чтобы она остерегалась, потому что ночью к ней могут влезть и похитить все, что у ней есть драгоценного. У Луниной были живы отец и мать, но в петербургском обществе говорили: салон m-llе Луниной.

В 1820 году (ей было 33 года) она знакомится с красавцем итальянцем, камерным певцом Миньяно Риччи. Риччи был граф, но из обедневшего рода. Вернувшись в Россию, чета Риччи поселилась на Никитском бульваре (ныне Музей народов Востока). В салоне Луниной бывали выдающиеся люди того времени, Крылов одной из первых читал ее свои басни, а Пушкин лично был знаком с ее мужем Миньяно, который перевел на итальянский язык стихотворения «Демон» и «Пророк». После отъезда на Родину, он продолжал переписку с Александром Сергеевичем. Сохранилось два письма за 1828 год Риччи Пушкину. В одном из них мы читаем: «Вы… оказываете честь своей дружбой Вашему переводчику и, прежде всего, истинному почитателю Вашего гения».

Лунина трепетно хранила все, что было связано с именем Пушкина. У нее долгое время хранилась вырезка из письма Пушкина к какому-то знакомому: «Еду сегодня в концерт великолепной, необыкновенной певицы Екатерины Петровны Луниной». Ее голос, хоть и не сильный, поражал всех своей мягкостью и теплотой, иногда она пела дуэтом со своим мужем. В дни лунинских концертов Никитский бульвар был заполнен экипажами, а когда чета давала концерт в Петербурге, была забита вся Мойка.

Однажды на балу ее кавалер А.И.Тургенев, бывший директором департамента духовных дел, нечаянно уронил ее. Пушкин тот час написал эпиграмму:

«На свадьбах и в Библейском зале,

Среди веселий и забот,

Роняешь Лунину на бале,

Подъемлешь трепетных сирот».

Интересен рассказ Екатерины Петровны об измене мужа. Однажды Лунина спросила мужа, нравится ил ему Зинаида Волконская, на что получила ответ: «Не особенно». Этот разговор Екатерина Петровны передала Волконской, на, что на небрежно ответила: «Вот как! Известная петербургская красавица в душе была очень уязвлена таким пренебрежением, хотя и не подала виду. Но с этого момента она поставила цель: вскружить голову итальянцу. Говорили, что причиной разрыва между супругами явилась именно Зинаида Александровна. Так это или нет, но в 1828 году брак распался и Риччи уезжает домой в Италию.

Расставшись с мужем, Екатерина Петровна тяжело переживала одиночество, так как у Луниной не было детей (она была в положении, но ребенок умер), она взяла на воспитание дочь своего двоюродного бара Павла Александровича Нащекина Лизоньку.

Девочка получила прекрасное воспитание и образование: изучала языки, музыку, литературу. Собрала большую библиотеку. В воспитании дочери ей помогала компаньонка Евдокия Михайловна Смольянинова.

Но, время шло неумолимо быстро, отец давно умер, и хотя Евдокия Семеновна жила с дочерью то в Москве, то в Петербурге, материальное положение пошатнулось, дом на Никитском бульваре был продан, а сама Евдокия Семеновна переехала к своим дальним родственникам князьям Голицыным в имение Раменское, где и умерла в 1847 году.

А Лунина продолжала петь, но голос был уже слабым и порой срывался до неприятного визга, это привело к тому, что в 1840-х годах они проживали в Москве в большой бедности, и как утверждали злые языки, к этому ее привела страсть к пению.

Через некоторое время Лунина с Лизонькой и компаньонкой переезжают к матери в Раменское. Лунина сразу же организовала свой салон для местной интеллигенции, пользовалась уважением и вниманием. Именно в Раменском ее дочка Лизонька нашла свое счастье, выйдя в 16 лет замуж за молодого технолога фабрики Малютина, Федор Михайлович Дмитриева. Против этого брака были многие: во-первых, разница в летах, а главное разный уровень воспитания и восприятия мира. Лизонька была натурой возвышенной, утонченной, воспитанная на литературе и музыке, а Дмитриев был технарь, практик, ему было не до возвышенного, надо было работать и противостоять завистникам, и только Лунина увидела в этом браке счастливое знамение, только она сказала последнее слово в защиту молодых. Она убедила всех, что лучше, чем Лизонька жены для Феденьки не найти, и она не ошиблась. Лиза Нащокина стала не только верной женой, преданной помощницей, но и матерью 7 детей. А Екатерина Петровна осталась жить с Дмитриевыми и растить своих внуков, которые звали ее «бабушкой-графиней». Про нее можно сказать словами А.С.Пушкина:

Наперсница волшебной старины,

Друг вымыслов, игривых и печальных,

Тебя я знал во дни моей весны,

Во дни утех и снов первоначальных.

Я ждал тебя; в вечерней тишине

Являлась ты веселою старушкой

И надо мной сидела в шушуне,

В больших очках и с резвой гремушкой.

Зятя своего Лунина любила и уважала за его доброту, отзывчивость, стремление помочь людям. Уже, будучи бабушкой, она любила вспоминать, как однажды на балу у австрийского посла в Париже случился огромный пожар, началась паника, много гостей погибло, но ей удалось выбежать на улицу. Ее спасли бальные туфельки, они были очень удобны, а главное не скользили по паркету, и в которых она выпорхнула из дворца словно бабочка. Долгое время эти туфельки хранились как воспоминание о молодости. Однажды Лунина дала поиграть их внуку Коленьки, а тот, боясь, что старший брат отберет их, спрятал туфельки в печку и забыл. Когда печку затопили, то вспомнили про них, но было уже поздно, маленькие бальные туфельки сгорели.

Умерла Лунина в возрасте 99 лет в 1886 году. И была похоронена на старом кладбище (бывшая территория комбината «Красное Знамя»), там, где покоилась ее мать. На могиле была сооружена маленькая часовенка. Когда фабрика расширялась, старое кладбище было перенесено ближе к деревне Дергаево, туда же в 1912 году была перенесена и часовенка, где-то в 1940-х годах она совсем обветшала и разрушилась, единственно, что осталось, надгробная плита.

Так закончилась жизнь певицы пушкинских времен, Екатерины Петровны Луниной-Риччи, пережившей шесть императоров – Екатерину II, Павла I, Александра I, Николая I, Александра II и Александра III.

Научный сотрудник Раменского историко-художественного музея

Зайцева Ольга Владимировна

0


Вы здесь » Декабристы » РОДСТВЕННОЕ ОКРУЖЕНИЕ ДЕКАБРИСТОВ » Лунина-Риччи Екатерина Петровна