Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ЛОПУХИН Павел Петрович.


ЛОПУХИН Павел Петрович.

Сообщений 21 страница 30 из 43

21

Е.И. Краснова,
член Совета Русского генеалогического общества,
г. Санкт-Петербург

Род Светлейших князей Лопухиных-Демидовых

Род Светлейших князей Лопухиных-Демидовых появился в России в 1873 г. после смерти бездетного Светлейшего князя генерал-лейтенанта Павла Петровича Лопухина, которому Высочайшим указом разрешено было после смерти передать свою фамилию и титул родному внуку его старшей сестры Николаю Петровичу Демидову.
Породнились семьи Лопухиных и Демидовых в 1797 г. в результате брака между флигель-адъютантом секунд-ротмистром лейб-гвардии Конного полка, сыном владельцев железных заводов на Урале Григорием Александровичем Демидовым и Екатериной Петровной Лопухиной – сестрой Павла Петровича и дочерью Петра Васильевича Лопухина, бывшего генерал-губернатора Ярославля и Вологды, которому Павел I незадолго до этого велел присутствовать в Московском департаменте Правительствующего Сената [1]. Позже Г.А. Демидов был надворным советником иностранной коллегии, гофмейстером, действительным камергером.
По происхождению род жениха стоял много ниже рода невесты. Г.А. Демидов был в пятом колене потомком знаменитого кузнеца, получившего дворянское звание от Петра I [2]. Лопухины же вели свой род от легендарного Касожского князя Редеди, владевшего Тьмутараканью, убитого в 1022 г. Мстиславом – сыном Великого князя Владимира, крестившего Русь. Существовала легенда, что будто бы сын Редеди, Роман, женился на дочери Мстислава Владимировича. Еще через восемь поколений в этом роду появился Василий по прозвищу Лопуха, давший название роду Лопухиных, к одиннадцатому колену которого относится П.В. Лопухин. К другой же ветви этого рода принадлежала Евдокия Лопухина, первая жена Петра I [3].
Невесте Екатерине Лопухиной только что исполнилось четырнадцать лет, и она была неравнодушна к наследнику цесаревичу Александру, чем ему изрядно докучала. Ее выдали замуж за Г.А. Демидова, который был старше ее на восемнадцать лет. Жили они на углу Мойки и Демидова переулка, в усадьбе, построенной дедом Григория Александровича – Григорием Акинфиевичем. Бывавший в этом доме известный мемуарист Ф.Ф. Вигель вспоминал, что он встречался с Демидовым и «молодой, прекрасной, меланхоличной женой его, которую муж ревновал к целому свету» [4].
Вскоре после свадьбы на семью Лопухиных посыпались милости. На балу в Москве император Павел увидел другую дочь Лопухина – Анну, которая вскоре стала его фавориткой. Большую роль в этой истории сыграл бессменный фаворит Павла, бывший брадобрей, а по-том граф И.П. Кутайсов, кстати, женивший своего сына Павла на еще одной дочери Лопухина – Прасковьи.
В 1798 г. Павел I перевел П.В. Лопухина в Петербург, назначив его генерал-прокурором Сената. Вскоре он стал действительным тайным советником, членом Государственного Совета, получил в дополнение к уже имевшимся орден Св. Андрея Первозванного. И все это за последние пять месяцев 1798 года. В январе 1799 г. он стал Командором ордена Св. Иоанна Иерусалимского.    16 января 1799 года П.В. Лопухин получил в вечное и потомственное владение огромное имение – староство Корсунь в Киевской губернии, дававшее ежегодно дохода 200 тыс. руб. Оно было куплено в казну у племянника польского короля князя Станислава Понятовского за 600 тыс. злотых (10 тыс. руб. серебром) [5]. В указе было сказано, что жалуется местечко Корсунь со всеми деревнями, землями, угодьями, садом и замком, а также мебелями, мраморами, библиотекой, посудой [6]. Сейчас это – город Корсунь-Шевченковский.
19 января 1799 года Павел I издал указ: «В несомненный знак Нашего монаршего благоволения и в воздаяние верности и усердия в службе нашей действительного тайного советника генерал-прокурора Лопухина всемилостивейше пожаловали Мы его князем Империи Нашей, распространяя достоинство и титул сей на все потомство от него, Лопухина, происходящее». А 22 февраля того же года «пожалован ему князю Лопухину и всему роду его титул и преимущество Светлейшего князя» [7].
В новосоставленном гербе Светлейших князей Лопухиных в нижней части разделенного горизонтально щита на серебряном поле изображен был красный гриф, взятый со щита в гербе дворян Лопухиных, а в верхней части на золотом поле – «черный двоеглавый орел, коронованный, на груди которого изображено имя Государя Императора Павла Перваго». Под щитом – девиз «Благодать». Девиз выбран не случайно: имя Анна в переводе с древнееврейского означает «благодать».
Не исключено, что получением звания гофмейстера Г.А. Демидов был обязан тому, что был зятем Светлейшего князя Лопухина.

Следует отдать должное Петру Васильевичу Лопухину. Не только благодаря дочери достиг он высших постов в государстве. Человек он был умный и служил хорошо. Позже, при Александре I, он был министром юстиции, председательствовал в разных департаментах Государственного Совета, а затем был председателем Государственного Совета и Комитета министров. Умер П.В. Лопухин в 1827 г.

После его смерти титул Светлейшего князя перешел к его единственному сыну Павлу Петровичу (1788-1873), который участвовал во всех войнах с Наполеоном и в Польской кампании. Дослужился он до чина генерал-лейтенанта, в 1835 г. вышел в отставку и поселился в своем имении Корсунь. Женат он был на Жанете Ивановне, вдовствующей графине Алопеус, детей не имел [9].

В 1863 г. Павел Петрович, которому в ту пору было 75 лет, решил предпринять шаги к тому, чтобы род Светлейших князей Лопухиных не угас. Для этого он решил просить об учреждении майората в его имении Корсунь Богуславского (позже Каневского) уезда Киевской губернии и ходатайствовать о «дозволении передать свою фамилию с титулом родному внуку старшей сестры ротмистру Николаю Петровичу Демидову» [10].
Он подал императору Александру II всеподданнейшее прошение: «Ваше Императорское Величество! Родитель мой Светлейший князь Петр Лопухин продолжал 66 лет свою беспредельно усердную и всегда отличную службу шести августейшим предкам Вашего Императорского Величества и имел счастие заслужить внимание, доверенность и милости Екатерины II, Павла I, Александра I и Вашего Великого родителя Николая I <…> Я единственный сын моего родителя, дожил до глубокой старости и не имею прямого потомства» [11].

0

22

В 1864 г. сам ротмистр Кавалергардского полка Николай Петрович Демидов подает прошение о передаче ему фамилии и титула двоюродного деда. Он пишет, что «над имением князей Лопухиных учрежден майорат, о чем производилось в министерстве юстиции дело, в коем находятся надлежащие документы, доказывающие мое происхождение от князей Лопухиных по женской линии» [12]. Потребовалось еще согласие его матери, Елизаветы Николаевны Демидовой, урожденной Безобразовой, на принятие им фамилии и титула (отец Николая Петровича, Петр Григорьевич умер в 1862 г.).
В 1866 г. были собраны мнения Департамента Герольдии Правительствующего Сената, министерства юстиции и Государственного Совета. Решено было, что внук Екатерины Петровны Демидовой, урожденной Лопухиной, теперь уже не ротмистр, а подполковник Николай Демидов «есть ближайший родственник генерал-лейтенанта князя Лопухина, и как других ближайших родственников фамилии Лопухиных нет, то в силу п. 1 ст. 57 тома IX закона 1864 года князь Павел Лопухин имеет право передать свою фамилию с гербом и титулом Николаю Демидову» [13].
Вообще говоря, утверждение о том, что других ближайших родственников фамилии Лопухиных не было, несколько спорно. Был жив Михаил Лопухин, которого Павел Петрович, завещая ему свое псковское имение, называет правнуком своего деда [14]. Вероятно, что этот Михаил Лопухин, в отличие от Николая Демидова, не был прямым потомков Светлейшего князя.
Следует заметить также, что к 1863 г. был жив не один внук Екатерины Петровны, которая, кстати, рано выйдя замуж, не успела побывать Светлейшей княжной, хотя во всех более поздних документах она обычно так называется. Родной брат Николая Петровича Григорий умер рано, но были живы четыре двоюродных брата – сыновья братьев отца: Павла Григорьевича и Александра Григорьевича, который был старше. Сын последнего, Александр Александрович, не только принадлежал к старшей ветви, но и по возрасту был старше Николая Петровича, почему-то названного старшим внуком. Почему же в качестве наследника фамилии и титула был выбран сын среднего брата – Петра Григорьевича? Сам П.П. Лопухин писал: «Осмелюсь еще раз поставить на вид, что и племянник мой генерал-адъютант Демидов тоже всю жизнь посвятил усерднейшей службе царю и отечеству, не упоминая о моей посильной, слишком рано недугом прекращенной, однако более чем тридцатилетней службе» [15]. Думается, дело было в том, что Николай Петрович Демидов был крестником императора Николая I и Великой княжны Марии Николаевны; по этой причине скорее можно было рассчитывать на согласие императора.
Возможно, сыграло роль и то, что старший внук Александр Александрович к тому времени уже вышел в отставку по болезни штабс-капитаном, а военная служба очень ценилась.
17 января 1866 года было получено разрешение императора: «Мы, согласно всеподданнейшему прошению генерал-лейтенанта Светлейшего князя Павла Петровича Лопухина и удостоенному Нашего утверждения мнению Государственного Совета, основанного на заключении Правительствующего Сената, Всемилостивейше дозволили ему полковнику Демидову, как ближайшему родственнику просителя, присоединить к родовой своей фамилии фамилию и титул Светлейшего князя Лопухина и именоваться князем Лопухиным-Демидовым <…> с тем, чтобы: 1) такое присвоение не изменяло порядка в наследовании родовым имуществом,    2) означенной фамилией и титулом ему не прежде, как после смерти последнего представителя княжеской фамилии Лопухиных генерал-лейтенанта князя Лопухина, и когда последний не будет иметь потомков мужского пола» [16].
Поскольку у престарелого князя Лопухина потомков так и не появилось, то после его кончины в 1873 г. 30 мая того же года велено было, чтобы Николай Петрович Демидов и из его потомства всегда лишь старший в роде «именовались как на письме, так и на словах Всероссийскими императорского князьями с приложением «Светлейший», и как в нашем, так и в иностранном государствах все права, привилегии и преимущества, которые достоинству тому приличествуют и принадлежат, получали» [17]. «Ему и из потомства его всегда лишь старшему в роде жалуем и во всех случаях беспрекословно употреблять дозволяем нижеследующий соединенный герб фамилий Светлейших князей Лопухиных и дворян Демидовых». В гербе щит четырехчастный с малым щитком посредине, в золотом поле которого черный двуглавый орел, на груди его – вензель Павла I. В первой и четвертой частях щита - расположен герб дворян Лопухиных: красный гриф в золотом поле. Во второй и третьей частях – герб дворян Демидовых: в верхней части, в серебряном поле, три зеленые лозы рудоискательные, в нижней – в черном поле серебряный молот. Щит увенчан тремя шлемами: средний с черным двуглавым орлом с вензелем Александра II, правый с эмблемой Лопухиных – семь страусовых перьев, левый – с эмблемой Демидовых – рука с молотком. Щитодержатели: справа - богиня Фемида с весами, слева – воин с малиновым знаменем. Щит покрыт княжеской мантией и увенчан княжеской шапкой. Внизу девиз: «бог моя надежда» [18].
Новому Светлейшему князю разрешено было носить перешедшие по наследству командорские знаки Мальтийского ордена, пожалованные Павлом I его двоюродному деду (на самом деле П.В. Лопухин приходился Н.П. Лопухину-Демидову двоюродным прадедом – Е.К.).
Киевское Дворянское Депутатское собрание внесло Светлейшего князя полковника Лопухина-Демидова в 5-ю часть Дворянской родословной книги, куда записывались представители титулованных родов. Дети его, как просто Демидовы, не князья, остались в 1-й части [19].
К моменту получения титула Светлейшего князя Николаю Петровичу Демидову было 37 лет. Он был женат на Ольге Валериановне Столыпиной (1841-1926), дочери отставного гвардии полковника Валериана Григорьевича Столыпина и его жены Варвары Алексеевны, урожденной Бахметьевой. У них было два сына – Лев (1868-1909) и Александр (1870-1937) – и две дочери – Елизавета (1864-1941) и Вера (1871-1919). Еще два мальчика, Павел и Петр, умерли во младенчестве [20].
Из формулярного списка Н.П. Демидова [21] известно, что родился он 15 апреля 1836 года, воспитание получил в доме родителей, в службу вступил в 1853 г. юнкером в Кавалергардский полк, довольно быстро двигался по служебной лестнице: корнет, поручик, штаб-ротмистр, ротмистр, подполковник (1864 г.) с зачислением по армейской кавалерии и назначением для особых поручений к министру внутренних дел. В 1870 г. он получил чин полковника, а сразу после получения княжеского титула стал флигель-адъютантом с переводом обратно в Кавалергардский полк. В 1880 г. Н.П. Демидов стал генерал-майором с назначением в свиту, а в 1890-м ему был присвоен чин генерал-лейтенанта с зачислением в запас армейской кавалерии.

0

23

В 1854 г. во время Крымской войны Николай Петрович служил в войсках, охранявших побережье Санкт-Петербургской губернии. В 1856 г. в составе войск гвардии он находился в Москве во время коронования Александра II; во время турецкой кампании 1877-1878 гг. в начале находился в действующей армии за Дунаем при императоре Александре II, а затем участвовал во взятии крепости Карс. Он имел ордена: Св. Анны 3-й (1864) и 1-й (1885), Св. Владимира 4-й (1873), 3-й (1877) и 2-й ст. (1889), Св. Станислава 1-й ст. (1882), несколько иностранных орденов и золотой палаш за храбрость.
Как значилось в формулярном списке, содержания он не получал. Так обычно поступали богатые люди, для которых жалование по службе составляло очень малую часть их доходов и, соответственно, потребностей.
Николай Петрович владел поместьем Корсунь в 21.500 десятин земли, полученным от Лопухиных. Родовое имение Таицы в Царскосельском уезде Санкт-Петербургской губернии после смерти отца было по Высочайшему повелению в 1869 г. за долги приобретено в казну.
Предыдущим владельцам Корсуни доходов на жизнь хватало, а Н.П. Демидов довольно скоро начал ощущать недостаток средств. Вероятно, сказывались не только отмена крепостного права, но и неумение хозяйничать, и образ жизни.
Не справляясь с собственным имением, Николай Петрович, тем не менее, интересовался делами в губернии. Так, в 1883 г. он писал в письме своему другу П.П. Дурново – директору Департамента уделов, что в соседнюю с его имением деревню Удельного ведомства посланы войска для приведения в послушание крестьян, с которыми поступили крайне несправедливо. Им обещали обменять полученные по уставной грамоте плохие земли на лучшие, но обменный акт потерялся, и через 15 лет земли потребовали вернуть. Лопухин-Демидов писал, что это очень нехорошо, потому как крестьяне считают, что их обирают в царских имениях [23].
Зиму Лопухины-Демидовы, видимо, проводили в Петербурге, но своего дома у них там не было. А.А. Половцов вспоминает в 1883 г. танцевальный вечер у них на Моховой в доме Стенбока (в те годы дом 30, сейчас дом 34 – Академия театрального искусства – Е.К.). В 1884 г. у него на обеде присутствовал «приехавший на днях чудесно исцеленный Лопухин-Демидов». В 1892 г. Половцев вспоминает гостиную кн. Лопухиной в Европейской гостинице: «Любопытная ассоциация этой чресчур бойкой барыни, ее мужа и Владимира Бобринского» [24].
В 1890 г. князь получает ссуду под залог имения Корсунь, а княгиня под залог имений, принадлежавших ей там же [25]. Однако это не спасает положения, как и малые деньги за выкуп земли крестьянами.
В.Н. Ламздорф (дипломат, вскоре ставший министром иностранных дел) писал в 1895 г.: «Княгиня Лопухина-Демидова, урожденная Столыпина, никогда не отличавшаяся ничем, кроме легкомысленных любовных связей, осенью поехала в Копенгаген просить императрицу-мать походатайствовать за отмену задолженности своего мужа перед правительством, ничего не уточняя при этом; императрица-мать написала по данному предмету несколько слов государю императору; его величество приказал уладить дело. Между тем, оказывается, что долг составляет сумму 500.000 рублей; министр финансов предложил уменьшить долг наполовину, но г-жа Лопухина стала испускать павлиньи крики, заявляя, что нельзя не исполнить императорского обещания; весь долг был списан; после этого княгиня отправилась за границу, где теперь злословит насчет России» [26].    Списание долга исправило положение ненадолго. Быстро росли новые долги, несмотря на наличие в Корсуни двух сахарных заводов. Другие сахарозаводчики, в их числе близкий знакомый семьи граф Бобринский, на сахаре зарабатывали миллионы.
В 1897 г. Лопухин-Демидов опять получил ссуду в 2.500.000 рублей под залог имения, оцененного в 4.167.000 рублей, однако и это не помогло [27].
Вконец запутавшись в своих делах, князь Лопухин-Демидов решил возложить их распутывание на государство. В 1901 г. он ходатайствовал об учреждении над его имуществом для уплаты долгов опекунского управления [28]. Были приняты во внимание «исключительные свойства принадлежащего Лопухину-Демидову имущества, историческое значение пожалованного роду просителя Павлом I имения и важность охранения неприкосновенности этого крупного владения, переход которого в чужие руки мог бы неблагоприятно отразиться и на интересах местного крестьянского населения».
Главным кредитором Н.П. Лопухина-Демидова была казна. Долги Государственному Дворянскому Земельному Банку и Киевской конторе Государственного Банка превышали 2.700.000 рублей.
Опекунское управление над всем имуществом князя Лопухина-Демидова по Высочайшему повелению было установлено особое, т.к. он не был лишен дееспособности. В виде исключения и ввиду удобства надзор был препоручен Дворянской опеке Санкт-Петербургской губернии, несмотря на то, что имущество находилось в разных губерниях. Опекунскому управлению было предоставлено право производить займы, продажу, залог и перезалог подопечного имущества, не испрашивая разрешения опекунского надзора. Сам князь был вовсе отстранен от права на продажу или залог, хотя и не лишен был права возбудить ходатайство об упразднении опекунского управления.
Все суммы чистого дохода должны были идти на оплату долгов, за исключением части, потребной на содержание самого Лопухина-Демидова и его семьи.
Опекунское управление состояло из пяти человек: два по выбору князя (первоначально это были генерал-адъютант граф Илларион Иванович Воронцов-Дашков и сын опекаемого – лейб-гвардии Гусарского полка штаб-ротмистр Александр Николаевич Демидов) и три члена по выбору министерства финансов, опеки и кредиторов (здесь уже мнение опекаемого во внимание не принималось).
Сразу после установления опеки «Государь Император разрешил в порядке перезалога выдать новую ссуду в размере 70% установленной цены с разрешением в случае невзноса в срок причитающихся платежей назначить имение в продажу, не выжидая льготного срока». Этой ссудой был погашен старый долг [29].
В 1902 г. встал вопрос о продаже в казну имения Корсунь [30], которое находилось в исключительно неблагоприятном состоянии, будучи чрезмерно задолженным, не располагало никаким оборотным капиталом и несло обязательство по выдаче содержания князю Лопухину-Демидову и его семье, а также по выплате ренты сестре князя, княгине Екатерине Петровне Кудашовой.

0

24

Общая сумма долга, числящаяся за имением, составила около 4,5 млн. рублей (свыше 3 млн. – ссуда и более 1 млн. долгов частным лицам). При этом отмечалось, что даже при самой высшей оценке земли в данной местности все имение стоит 4 млн. руб., при этом «будет еще возбуждено ходатайство о прибавке известной суммы в пользу продавца на его содержание и выплату ренты кн. Кудашовой». «При подобных условиях покупка Корсуни Кабинетом ЕИВ (Его Императорского Величества – прим. ред.) вызвала бы непроизводительную затрату и новый источник дефицита в бюджете Министерства Императорского Двора». Можно думать, что предполагалась покупка Корсуни для дочерей императора, т.к. в деле имеется справка о размере их капитала. Из нее следует, что на покупку ушли бы капиталы всех четверых.
В итоге имение Корсунь продано не было, а с 1903 г. Главноуправляющим над опекунским управлением был назначен Великий князь Сергей Михайлович.
В 1904 г. в имении несколько дней гостил путешественник-велосипедист из Риги, оставивший подробное его описание [31]. Старинный дворец с четырьмя башнями возвышался на гранитном холме. Въезд в замок был через мост через реку Рось и высокие ворота в готическом стиле. Автор пишет, что дворец очень древний и принадлежал до присоединения к Рос-сии польским королям. В 1787 г. император Иосиф II Австрийский гостил здесь у короля Польского Станистава-Августа (Понятовского) после свидания с Екатериной II на Днепре.
Сейчас в замке, который считается памятником архитектуры XVIII в., находится музей истории Корсунь-Шевченковской битвы.
Внутреннее убранство замка было великолепным – роскошная старинная мебель, много картин, семейных портретов, библиотека с книгами на многих языках, разные древности. Парк, располагавшийся на семи островах, чем-то напоминал Швейцарию. В парке были не только липовые, сиреневые, березовые аллеи, но и оранжереи, теплицы и устроенная княгиней Лопухиной-Демидовой французская корзиночная мастерская, которая считалась лучшей в России по изяществу и разнообразию изделий.
В местечке Корсунь Лопухины-Демидовы построили завод красок. Само местечко представляло собой бойкий торговый пункт, торгующий преимущественно хлебом. Были здесь два министерских и одно церковное училища, народная чайная, которая, благодаря стараниям и заботам ее попечителя, сына Н.П. Лопухина-Демидова, Льва Николаевича Демидова, была хорошо обставлена и при ней устроена библиотека. Находившаяся в Корсуни Спасская церковь была построена в начале XIX в., по-видимому, князем П.В. Лопухиным.
Несмотря на все усилия вытянуть имение из долгов, оно снова было перезаложено в 1907 г.; ссуда была получена на 66 лет и 6 месяцев [32]. В последующие годы не раз менялись члены опекунского управления, но долг увеличивался. Наконец, в 1910 г. Н.П. Лопухин-Демидов решился обратиться с просьбой о расследовании к самому императору, т.к. во главе опеки стояло лицо, принадлежащее к императорскому семейству.
Министру Императорского Двора графу Виктору Борисовичу Фредериксу Николай Петрович писал: «Горько сожалею, что Его Высочество дал себя ввести в обман и не хотел от нас знать правды. Недобросовестные люди воспользовались тем, что обычные законные пути были нам закрыты нашими убеждениями и преданностью Царскому Дому и тем, что опасно боль-ной, я многого не знал, а также не мог приехать в Петербург и лично выяснить правду Великому Князю». «Безгранично верноподданный князь Лопухин-Демидов» в благодарственном письме императору писал, что раскрываются темные дела поверенных Опекунского управления и что назначенный для расследования шталмейстер Лихарев и гофмейстер Лавриновский «положили конец невыносимому состоянию неизвестности, в которой я находился, и остановили дальнейшее расхищение имения моего» [33].
Как и следовало ожидать, виновный был найден в лице прежнего управляющего, однако привлекать его к суду не стали. Было решено все предать забвению, сменить управляющего, в два-четыре года очистить частные долги, а потом погашать доходами остальные, т.к. имение – золотое дно. Сколько-то денег обещал ссудить граф Бобринский, и Его Величество то-же сказал: «Да, нужно помочь».
Успокоенный Светлейший князь умер 5 декабря того же 1910 года в возрасте 74 лет, а его вдова княгиня Ольга Валериановна возбудила ходатайство о сохранении опеки над имуществом покойного мужа.
В 1911 г. наследники попросили льготы в уплате срочных платежей по ссуде, т.к. «смерть владельца в связи с производящимся разделом вызвала у наследников временную (?!) недостачу наличных денежных средств». В 1913 г. имение вновь было перезаложено новым владельцем – Светлейшим князей Александром Николаевичем Лопухиным-Демидовым [34]. Имение было оценено Киевском отделением Государственного Дворянского земельного банка в 6.017.362 руб. Разрешена была ссуда в размере 60% от суммы оценки. Земли осталось уже меньше 15.000 десятин из некогда бывших 21.500.
Александр Николаевич не был старшим сыном прежнего Светлейшего князя, но к 1910 г. он один оставался в живых. Родился А.Н. Лопухин-Демидов 24 марта 1870 года. Образование получил в Петровском Полтавском кадетском корпусе; затем выдержал экзамен при Павловском военном училище по 1-му разряду. Первый офицерский чин корнета он получил в 1892 г., поручиком стал в 1897 г., а штаб-ротмистром – в 1899 г. Затем 6 декабря 1903 года А.Н. Лопухин-Демидов получил чин ротмистра и ровно через год, 6 декабря 1904 года, стал полковником [35]. Служил он в лейб-гвардии Гусарском Ее Величества полку, который квартировал в Царском Селе.
В 1905 г. Александр Николаевич вышел в отставку. Возможно, отставка была связана с женитьбой в 1904 г. на Наталье Дмитриевне Нарышкиной, дочери камергера Дмитрия Константиновича Нарышкина и Елены Константиновны, урожденной графини Толль [36].

0

25

У тестя Нарышкина было поместье Хямя близ Выборга, и Александр Демидов, решив поселиться рядом, купил неподалеку сначала поместье Тали к северо-востоку от Выборга (сейчас Пальцево – Е.К.), когда-то тоже принадлежавшее Нарышкиным, а затем еще Лейтимо и Куриккала. Семья жила в Тали, где родился второй сын Александр. Первый – Николай – родился еще в Царском Селе.
Ко времени получения титула Светлейшего князя в 1910 г. Александр Николаевич имел четырех сыновей: Николая (1904-1995), Александра (1905-1982), Сергея (1906-1995), Андрея (1908-1911). Позже родились еще Георгий (1914-1968) и Петр (1916-1998). Семья до сих пор считает, что Георгий не был сыном Александра Николаевича, однако его фамилию он носил. Все сыновья, естественно, по закону, были просто Демидовыми.
Сведения о жизни Демидовых в Финляндии получены из статей в финских журналах [37] и от проживающих ныне там же потомков А.Н. Лопухина-Демидова.
Вопреки утверждениям финских источников, собственных домов в Петербурге у А.Н. Лопухина-Демидова не было [38]. До 1912 г., видимо, не было и постоянной квартиры. Впервые адрес А.Н. и Н.Д. Лопухиных-Демидовых встречается в справочнике «Весь Петербург» за 1912 г.: улица Алексеевская (ныне – Писарева), дом 10. В 1914 г. супруги переезжают в дом № 3 по Офицерской (Декабристов) улице, а в 1915 г., видимо, разъезжаются. Наталья Дмитриевна остается по старому адресу, а Александр Николаевич переезжает на Большую Пушкарскую, дом 59. Напомним, что в конце 1914 г. родился «чужой» сын Георгий. По последнему адресу отставной гвардии полковник А.Н. Лопухин-Демидов числился до 1917 г. включительно. Где проживала его жена достоверно не установлено. Известно, однако, что в августе 1916 г. у супругов родился сын Петр.
В Корсуни продолжали жить мать Александра Николаевича – Светлейшая княгиня Ольга Валериановна Лопухина-Демидова и его незамужние сестры – Елизавета Николаевна (домашнее имя – Лили) и Вера Николаевна Демидовы [39]. В Корсуни семья Александра Николаевича бывала наездами. Сыновья, собравшиеся летом 1980 г. в Финляндии (вместе они не собирались 50 лет), вспоминали, как отец в Корсуни ходил на охоту. Он был членом Общества поощрения полевых достоинств охотничьих собак и всех видов охоты, а также членом Общества любителей породистых собак.
Позже в Финляндии вместе с Лопухиным-Демидовым бывал на охоте маршал Карл Густав Маннергейм. Знакомы они были, вероятно, еще по Петербургу, где Маннергейм служил в Кавалергардском полку вместе с троюродным братом князя Павлом Александровичем Демидовым и некоторое время жил у последнего. Братьев же объединяло, кроме родства, любовь к породистым собакам.
С именем П.А. Демидова связано одно не очень понятное дело. В архиве найдено письмо, посланное А.Н. Лопухину-Демидову Главноуправляющим канцелярии ЕИВ по принятию прошений 28 февраля 1914 года. В письме говорится: «Принесенное Вами совместно с Волынским губернским предводителем дворянства в должности шталмейстера Высочайшего Двора Павлом Александровичем Демидовым прошение о присвоении ему с нисходящим потомством фамилии, титула и герба Светлейших Князей Лопухиных-Демидовых было доложено мною Государю Императору, но Высочайшего ЕИВ соизволения на удовлетворения означенных ходатайств не последовало» [40]. Само прошение найти не удалось, и остается гадать, чем оно могло быть мотивировано.    Известно, что Павел Александрович Демидов (составитель «Родословной рода Демидовых», изданной в 1910 г. – Е.К.) очень любил чины, звания, ордена, естественно, и титулы. Его же-лание понятно, но не ясно, как он сумел получить на это согласие Светлейшего князя А.Н. Лопухина-Демидова, имевшего несколько сыновей. Можно предположить, что П.А. Демидов обещал помочь вытащить из долгов имение Корсунь, хотя последнее сомнительно, т.к. в описях фонда Дворянского земельного банка находится дело о перезалоге имущества самого П.А. Демидова. Справедливости ради следует отметить, что П.А. Демидов – такой же правнук Екатерины Петровны Лопухиной, как и Александр Николаевич.
Во время Первой мировой войны русские начали строить укрепления в районе Выборга около поместья Тали, и Лопухин-Демидов решил его продать. В 1917 г. семья бежала из Петербурга в Финляндию (по легенде – в товарном вагоне) и устроилась в бывшем поместье Нарышкиных в Хямя вблизи Выборга.
23 мая 1917 года Александр Николаевич за 1,7 млн. марок купил имение в 22.000 га в Антто-ла около города Миккели, приблизительно в 150 км северо-западнее Выборга. Эти сведения, по-видимому, можно считать достоверными, т.к. автор одной из финских статей сообщает, что в 1973 г. видел соответствующую запись в торговой книге.
В Анттола Александр Николаевич выстроил красивый бревенчатый дом. В одной из финских статей он назван двухэтажным, в другой же – помещена фотография одноэтажного дома с мезонином, в котором сейчас размещается дом престарелых коммуны Анттола. В семье существует предание, что А.Н. Лопухин-Демидов предлагал или хотел предложить в 1917 г. убежище в Анттола императору Николаю II с семьей.
Сюда были перевезены все лошади и собаки – и тех и других по нескольку десятков. Кроме того, князь решил разводить гусей, индюшек и фазанов. Набрали на работу конюхов, псарей, птичниц и прислугу в дом. Трех старших мальчиков отправили учиться в закрытую школу в Англию, где они в дополнение к русскому и финскому языкам овладевали английским, немецким и французским.
Лопухиных-Демидовых встретили в Финляндии хорошо, ведь они были в какой-то степени родственниками Авроры Демидовой-Карамзиной, урожденной Шернваль, в первом браке – женой Павла Николаевича Демидова. Ее до сих пор очень уважают в Финляндии, где она родилась, много лет жила после смерти второго мужа и занималась благотворительностью.
К сожалению, оказалось, что князь не умел вести хозяйства и соотносить приходы с расходами. В 1920 г. мальчики должны были вернуться из Англии и искать работу, т.к. родители не могли их содержать.
В 1930-х гг. Лопухины-Демидовы вынуждены были расстаться с имением в Анттола и пере-ехать в Хямя – имение родителей княгини, где они вскоре попали в неоплатные долги и потеряли последнее поместье. У них осталась одна корова и одна лошадь, так что иногда князь был вынужден заниматься извозом.
2 декабря 1937 года Светлейший князь А.Н. Лопухин-Демидов упал с нагруженных сеном саней, получил ушиб головы и 6 декабря скончался в возрасте 67 лет. Княгиня Наталья Дмитриевна пережила его на 20 лет. Во время русско-финской Зимней войны 1939-1940 гг. она бежала из-под Выборга в Миккели, где и прожила до своей смерти, последовавшей 8 октября 1957 года.

0

26

Наследник титула, Николай Александрович (род. 26.10.1904 по ст. стилю) с 16 лет сам зарабатывал себе на жизнь. Сначала он был таможенником, затем уехал к родственникам во Францию, а оттуда в США. Почти полвека до пенсии он занимался там продажей духов. Женат Николай Александрович был дважды: первый раз на красавице Паоле Борщевской, второй – на Лорне Тейлор, урожденной Барнс. Умер он 28 сентября 1995 года в США. Детей ни от первого, ни от второго брака не осталось.
Второй сын князя, Александр Александрович сначала в Финляндии занимался торговлей лесом и бумагой, затем он 9 лет провел в США, занимаясь бизнесом. После перелома бедра вышел на пенсию и вернулся в Финляндию. Женат был дважды: на Райне Инкери Оястенмяки и на Аиле Дагмар Оксанен. Умер он в Турку. У него остался один сын от первого брака – Ирью Онни Йоханнес Демидов (род. 23.04.1936 в Хельсинки), который после смерти бездетного дяди с 1995 г. должен считаться четвертым Светлейшим князем Лопухиным-Демидовым. Ирью Онни Йоханнес женат на Аните Марии Левлин. У них есть сын, Николай Александр Поль (род. 02.01.1976 в Хельсинки).
Третий сын княжеской четы Сергей родился в 1906 г. в Выборге. В Финляндии он работал на бумажной фабрике, потом нанялся на китобойное судно и через некоторое время попал в Южную Америку, где стал преуспевающим бизнесменом в области тяжелого машиностроения. В Финляндию ездил и по делам, и на отдых. Женат не был, детей не имел. Умер в 1995 г. в Аргентине.
Сын Андрей умер младенцем. Георгий, который родился в 1914 г., скончался в Финляндии в 1968 г. Он служил в японском посольстве, был художником, дружил с внуком знаменитого ювелира Карла Фаберже – Агафоном.
Шестой сын, Петр Александрович, родился в 1916 г. О своем происхождении говорил, что «не было ему никаких ни льгот, ни выгод». С 13 лет жил своим трудом, отслужил срочную службу в армии и сразу попал на Зимнюю войну, где был ранен. Затем он участвовал на стороне Финляндии во Второй мировой войне, во время которой, в 1942 г., поменял имя и фамилию на Пекка Таммипуу. Несмотря на русское происхождение, считал себя финном. Демобилизовался в 1947 г. До выхода на пенсию работал в городском комитете по наградам в г. Тампере, иногда с хоккейными командами ездил в Россию в качестве переводчика, однако сына своего и внука русскому языку не научил. Сын Петра Александровича (Пекка Таммипуу) от первой жены Ирьи Мирьям Виханто – Сеппо Тапани Таммипуу (род. в 1943 г.) тоже был женат на финке Кяпюахо Тайми Ауре Орвокки, от брака с которой родился сын Кристиан Оливер. Во втором браке Пекка Таммипуу родились три дочери и много внуков.
По своей работе в фирме железобетонных конструкций Сеппо и Кристиан Таммипуу в 1990-х гг. были связаны с российской организацией в Сертолово под Петербургом. Они обратились к сотрудникам этой организации с просьбой помочь им найти кого-либо, кто что-то знает о Демидовых. К сожалению, встретиться с ними автору этой статьи тогда не довелось. Однако позже наша встреча состоялась, хотя и пришлось пользоваться услугами переводчика, т.к. Сеппо Таммипуу владеет лишь финским языком.
Сеппо передал мне ксерокопии большого числа семейных фотографий, начиная от дореволюционных и кончая снимками встречи родственников в 1980 г., а позднее прислал упомянутые статьи из финских журналов и очень подробное родословие своей семьи. Теперь он считает своим долгом информировать меня о всех важных событиях в семье. Так, он сообщил о смерти мачехи, смерти отца (24.08.1998), о рождении внучки и внука.

В свете всего изложенного можно с уверенностью утверждать, что род Светлейших князей Лопухиных-Демидовых к настоящему времени не угас и имеет тенденцию к продолжению [41].

Примечания:

Русский биографический словарь. Т. «Лабзина-Ляшенко». СПб., 1914. С. 686-687.
Краснова Е.И. Демидовы. Родословная роспись. Екатеринбург, 1992. С. 15.
Долгоруков П.В. Российская родословная книга. Ч. 2. СПб., 1855. С. 55-64. Дворянские роды Российской империи. Т. 2. СПб., 1995. С. 168-171.
Вигель Ф.Ф. Записки. М., 1891. С. 150.
Староство – в Польше – надел, полученный от короля в пожизненное владение, а с 1775 г. – наследственную аренду на 50 лет. Корсунь отошла к России в составе Правобережной Украины при 2-м разделе Польши в 1793 г. Князь Станислав Понятовский – племянник польского короля Станислава-Августа (Понятовского). РГИА. Ф. 1343. Оп. 46. Д. 507. Л. 7-9; РГИА Ф. 1374. Оп. 1. Д. 394. Л. 267; Там же. Оп. 2. Д. 1579. Л. 1-22.
РГИА. Ф. 1343. Оп. 46. Д. 507. Л. 17-17 об.
Там же. Л. 2-2 об.; Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи. Ч. IV. № 6.
Русский биографический словарь. Т. «Лабзина-Ляшенко». СПб., 1914. С. 685.
РГИА. Ф. 1343. Оп. 42. Д. 62. Л. 1-5.
Там же. Оп. 24. Д. 2899. Л. 2-3; РГИА. Ф. 1405. Оп. 61. Д. 656. Л. 2-3.
РГИА. Ф. 1343. Оп. 24. Д. 2899. Л. 4-4 об.
Там же. Оп. 42. Д. 62. Л. 27-28 об.
ПСЗ. Т. XXXVIII. СПб., 1866. С. 742.
РГИА. Ф. 1343. Оп. 24. Д. 2899. Л. 3-3 об.
Там же. Оп. 42. Д. 62. Л. 27; Оп. 46. Д. 508. Л. 6 об.
Там же. Оп. 46. Д. 508. Л. 8-8 об.
Там же. Л. 9.
Там же. Оп. 24. Д. 2899. Л. 58; Список дворян Киевской губернии. Киев, 1906. С. 67, 150.
Ferrand J. Les familles principières de l’ancien empire de Russie. Paris, 1997. P. 129-133 (в статье есть ссылка на материалы, предоставленные Е.И.Красновой); Дворянские роды Российской империи. Т. 2. СПб., 1995. С. 150; РГИА. ф, 1343. Оп. 24. Д. 2899. Л. 58.
РГИА. Ф. 489. Оп. 1. Д. 7106. Л. 1412; Там же. Ф. 1343. Оп. 46. Д. 508. Л. 6-6 об.; Там же. Оп. 24. Д. 2899. Л. 48-49 об., 51-52 об.; Панчулидзев С.А. Сборник биографий кавалергардов. Т. 4. СПб., 1908. С. 207 (в книге Николай Петрович ошибочно назван братом Михаила Петровича Демидова, который принадлежал к другой ветви и другому поколению рода).
РГИА. Ф. 515. Оп. 29. Д. 1766. Л. 3.
Там же. Ф. 934. Оп. 2. Д. 530. Л. 1.
Половцов А.А. Дневник Государственного секретаря. М., 1966. Т. 1. С. 24; Т. 2. С. 409.
РГИА. Ф. 593. Оп. 10. Д. 378. Л. 165; Там же. Д. 380 и 381.
Ламздорф В.Н. Дневник. 1894-1896. М., 1991. С. 315. РГИА. Ф. 593. Оп. 10. Д. 379. Л. 3.
Там же. Ф. 515. Оп. 70. Д. 148. Л. 1-6ж.
Там же. Ф. 593. Оп. 10. Д. 378. Л. 5, 39.
Там же. Ф. 468. Оп. 14. Д. 991. Л. 1-4.
Гейне В. Путешествие по России с 1903-1905. Рига, 1906. С. 52-53.
РГИА. Ф. 593. Оп. 10. Д. 593. Л. 1-2 об.
Там же. Ф. 472. Оп. 40 (194/2682). Д. 100. Л. 1-24; РГИА. Ф. 515. Оп. 70. Д. 148. Л. 7-26.
Там же. Ф. 593. Оп. 10. Д. 377. Л. 1-2; Там же. Д. 379. Л. 63.
Список ротмистрам гвардейской кавалерии по старшинству. СПб., 1904. С. 22; Список пол-ковникам по старшинству. СПб., 1905. С. 11, 69; Адрес-календарь (Общая роспись начальст-вующих и прочих должностных лиц…). СПб., 1895-1906.
Ferrand J. Указ. соч. С. 132-133.
Tervakoski Kalervo. Ruhtinasperheen jalanjaljilla… (по следам княжеской семьи… - Е.К.) // Maankaytto, 1989. № 3. С. 29-36, 56; Hakanen Jarmo, Kaipainen Kari. Ruhtinaiden perhejuhla. Husaarievrstin pojista kasvoi maailmanmiehia (Семейный праздник князей. Из сыновей гусарского полковника выросли известные люди – Е.К.) С. 66-69. Статья получена в виде ксерокопии от Сеппо Таммипуу без указания названия журнала. Судя по тексту, написана в 1980 г.
Весь Петербург (справочник). СПб., 1902-1917.
Almanach de St-Petersbourg. Cour, mond et ville. St-Petersbourg – Leipzig, 1913-1914. P. 179, 329; Отдел рукописей Российской Национальной Библиотеки. Ф. 1. Д. 42-45.
РГИА. Ф. 1102. Оп. 2. Д. 1127. Л. 1.
Ferrand J. Указ. соч. С. 129-133; указанные финские статьи; Краснова Е.И. Светлейшие князья Лопухины-Демидовы и дворяне Демидовы // Дворянский календарь. Тетр. 7. СПб., 1999.

0

27

Лопухинский садик

Нынешний Лопухинский садик (при советской власти он носил имя Феликса Дзержинского) получил свое название по первому его владельцу, светлейшему князю Петру Васильевичу Лопухину. Род Лопухиных был приближен к престолу, когда Авдотья Лопухина стала супругой Петра I. Брак этот был, как известно, неудачен. Первую жену Петр заключил в монастырь, сына Алексея замучил страшными пытками. Над Лопухиными разразилась гроза – большинство представителей рода испытали сибирскую ссылку, опалу, многих казнили. Петр Васильевич Лопухин делал карьеру в либеральные времена Екатерины Великой, к концу ее царствования дослужился до чина генерал-поручика и губернаторствовал в Ярославле. Он не относился к числу «екатерининских орлов» – любимцев государыни, а был просто исправным, квалифицированным чиновником. Это и обратило на него внимание нового императора – Павла I: последний искал себе помощников, не связанных прямо с его покойной матерью, которую он ненавидел. Лопухин был награжден орденами Александра Невского и Анны I степени, назначен генерал-прокурором (по-нашему – генеральным прокурором) и получил чин действительного тайного советника. Дела его особенно быстро пошли в гору после того, как Павел обратил внимание на его дочь – девятнадцатилетнюю Анну Лопухину, вскоре ставшую императорской фавориткой. В 1798-м Лопухин удостаивается удивительных, неслыханных отличий: получает титул светлейшего князя, получает в дар от императора Корсунь – огромное имение польских королей, становится мальтийским кавалером и кавалером высшего в России ордена Андрея Первозванного. Все его дочери и жена получают придворные звания… Особенно много толковали о супруге Петра Васильевича – статс-даме Екатерине Лопухиной, женщине развратной, открыто изменявшей светлейшему с Федором Уваровым (его благодаря любовнице тоже ожидала головокружительная карьера). Меж тем дочери сделали блестящие партии: фаворитку Анну Лопухину выдали замуж за князя Павла Гагарина (который немедленно сделался генерал-адъютантом), Екатерина стала женой знаменитого богача Григория Демидова, Прасковья – женой Павла Кутайсова (сына бывшего брадобрея и главного советника императора Ивана Кутайсова). Любимый цвет Анны Гагариной-Лопухиной – малиновый – стал государственным цветом; не случайно и новый дворец Павла – Михайловский замок – получил малиновую расколеровку. Павел в честь своей возлюбленной повелел наименовать флагманский фрегат русского флота «Благодать» (так переводится имя Анна с греческого). В последние месяцы павловского царствования Анна жила в Михайловском замке, причем опочивальня императора была связана с ее будуаром специальной потайной лестницей. Убийство Павла не сломало карьеру светлейшего князя Петра Васильевича.

При Александре I он последовательно занимал должности министра юстиции, председателя Государственного совета, председателя Комитета министров и главноуправляющего Комитета составления законов. Осторожный консерватор, придворный льстец (особенно лебезивший перед всесильным Аракчеевым), Лопухин пользовался репутацией человека незлого и хлебосольного. Не ворюга, не кровопийца – обычный сановник, пекшийся прежде всего о собственном благополучии и близости к императору.

Еще при Павле, в 1798 году, Лопухин получил огромный участок земли на Аптекарском острове, напротив Каменноостровского дворца. Участок этот тянулся от Невки по Каменноостровскому проспекту до современной улицы Чапыгина. С востока он был трассирован по направлению нынешней Уфимской улицы. Сама дача, как и сейчас, стояла в глубине участка, фасадами на дугообразную протоку Малой Невки и Лопухинскую улицу (сейчас улица Академика Павлова). За Лопухинской улицей, на месте нынешних домов сталинского времени и улицы Графтио, располагались пруды, флигеля и оранжереи, а еще дальше к югу тянулись огороды. В парке паслись овечки и олени, играла по воскресеньям роговая музыка. По мере государственной надобности Лопухин предоставлял дачу иностранным дипломатам. Перед войной 1812 года здесь останавливался посол Франции генерал Арман Коленкур, использовавший дачу как своеобразный наблюдательный пункт; он внимательно следил за составом посетителей Каменноостровского дворца, где жил Александр I, и делал на этом основании свои дипломатические выводы. В 1825 году выяснилось, что единственный сын светлейшего князя – Павел Лопухин – причастен к декабристскому заговору. Князь Павел Петрович делал блестящую карьеру – участник Бородинской битвы, флигель-адъютант, в 27 лет он командовал уланской бригадой. По моде тогдашней молодежи он был масоном и даже великим мастером ложи «Трех добродетелей». В той же ложе состояли товарищи Павла Лопухина по Кавалергардскому полку Павел Пестель и Сергей Волконский, братья Сергей и Матвей Муравьевы-Апостолы, Сергей Трубецкой, Александр Грибоедов, Петр Чаадаев. Вместе со своими товарищами-масонами 9 февраля 1816 года Павел Лопухин основал «Союз спасения» – политическую организацию, не останавливавшуюся в осуществлении своих целей и перед идеей цареубийства. Затем он состоял в сменившем «Союз спасения» «Союзе благоденствия» и, наконец, в Северном обществе. Впрочем, из Северного общества он вышел за три года до восстания и с тех пор в политических конспирациях замечен не был. Однако поведение Павла Лопухина не могло не бросить тень на репутацию его фамилии. Новый император Николай I был недоволен и поведением в дни междуцарствия старшего Лопухина – Петра Васильевича, председателя Государственного совета. Зная твердую волю Александра I: наследником престола должен стать великий князь Николай Павлович, Петр Лопухин вместе с другими сановниками настоял на том, чтобы двор и гвардия присягнули цесаревичу Константину. И только твердое и однозначное отречение Константина привело в конце концов Николая на престол.

Николай поступил иезуитски: Павла Лопухина допросили, но не арестовали и под суд не отдали. А вот председателем Верховного уголовного суда, отправившего друзей Павла Петровича на виселицу или на сибирскую каторгу, был назначен его отец – светлейший князь Петр Васильевич. Такой ценой ему пришлось доказывать верность Лопухиных престолу. Через два года, в 1827-м, Петр Васильевич умер (ему было уже 79 лет), его сын унаследовал дачу на Аптекарском острове. Но в Петербурге он почти не появлялся – командовал дивизией на Украине и в Польше, а последние 40 лет жизни, будучи уже в отставке, проживал в своем имении Корсунь. В 1848 году Павел Лопухин продает свой участок на Аптекарском острове знаменитому петербургскому богачу, купцу первой гильдии Василию Федуловичу Громову.

0

28

Декабрист Павел Лопухин

Павел - единственный сын Петра Васильевича Лопухина и брат фаворитки Павла I. Имя Павла Петровича Лопухина (1790-23.02.1873), светлейшего князя и генерала, никогда не упоминалось историками среди имён декабристов. Это понятно: в советские времена, когда декабристов безоговорочно относили к революционерам, П.П. Лопухина назвать революционером было нельзя. Однако декабристом он всё-таки был.

Лопухины были занесены в 6-ю часть дворянской родословной книги Псковской и многих других губерний. В 1835 г. П.П. Лопухин имел в Порховском уезде 1045 крепостных душ. Гораздо больше за ним числилось в Богуславском уезде Киевской губернии - 7989 душ. Однако своим родовым имением Лопухины считали псковское, так как после смерти (в имении Корсунь Киевской губернии) он был похоронен, как и его отец, в погосте Карачуницы Порховского уезда в усыпальнице при Николаевской церкви Лопухинского инвалидного дома.
Жизненный путь Павла Лопухина начался обычно для детей высших представителей дворянства: трёхлетним ребёнком он был записан портупей-юнкером в Преображенский гвардейский полк и далее повышался не только в военных, но и в придворных чинах, получив в 1801 г. "действительного камергера". В полноценную же военную службу он вступил 16-летним юношей в 1806 г. поручиком Кавалергардского гвардейского полка и одновременно был назначен флигель-адъютантом.
П.П. Лопухин участвует в войне с Францией (1806-1807 гг.), - в сражениях при Гейльсберге и Фридланде, а затем - уже в Отечественной войне 1812 г., в сражениях при Витебске, Смоленске, Бородине, Тарутине, Малоярославце, Вязьме и Красном. В заграничных походах он был под Лейпцигом и при взятии Парижа. Его боевой путь был отмечен рядом наград. В 1817 г. он - уже генерал-майор, командир 2-й бригады 1-й уланской дивизии, а через год стал командиром 1-й бригады той же дивизии. Позднее он командовал 2-й конно-егерской дивизией, 1-й гусарской дивизией, получил чин генерал-лейтенанта (1829 г.), воевал с поляками в 1831 г. и в 1835 г. ушёл навсегда в отставку.
П.П. Лопухин не оказался в стороне от общественно-политической жизни своего времени. После возвращения из заграничных походов он вступает в масоны и в 1817 г. избирается великим магистром ложи "Трёх добродетелей". Кроме того, он был и членом двух тайных обществ - Союза спасения и Союза благоденствия. Он участвовал в разработке программных документов будущих декабристов. Именно он приобрёл один из немецких журналов, где был напечатан устав немецкого тайного общества "Союз добродетелей" Тугенбунда, из которого были взяты потом некоторые положения "Зелёной книги" - программного документа Союза благоденствия. П.П. Лопухин был в числе "бояр", то есть высшего слоя членов Союза спасения и входил в Коренной Совет - руководящий орган Союза благоденствия. Он, однако, никогда не относился к числу радикально настроенных декабристов и придерживался тактики легальной деятельности на пути просвещения, распространение которого должно было подготовить создание в России представительного, то есть выборного, правления и замену самодержавия конституционной монархией. Однако такое могло иметь место, по словам одного из декабристов, лишь в случае, если император "не даст никаких прав независимости своему народу". В материалах, связанных с декабристской деятельностью П.П. Лопухина, нет и намёка на его революционность. Совсем наоборот. Так, например, он относился к тем членам общества, которые были против клятв при вступлении в него и слепого подчинения в отношениях между его членами. Уже после восстания декабристов П.П. Лопухин вспоминал, что на некоторых совещаниях Союза спасения отмечалось: "Средство достижения цели было - поддерживать во мнении общем всех людей, имеющих мысли, согласные с обществом, а напротив тех, кои оказались бы противными оным, сторониться, сколько возможно, и во мнении общем отнять весу и сделать менее значущими". Это тактика типичных либералов, к которым относился, безусловно, и сам П.П. Лопухин.
После ликвидации Союза благоденствия П.П. Лопухин поддерживал связи со своими товарищами. Так, однажды в 1821 г. по поручению Н.М. Муравьёва он отвёз Пестелю, который когда-то принял Лопухина в тайную организацию (они служили вместе в Кавалергардском полку), письмо с литографированным проектом нового тайного общества и присяги. Когда возникло Северное общество, П.П. Лопухин вошёл в него, однако в 1822 г. порывает с ним. Мало того, по материалам следствия по делу декабристов выяснилось, что он вообще "считал его несостоявшимся". Отход П.П. Лопухина от тайного общества сыграл, конечно, свою роль в том, что он не претерпел никакого наказания от императора. После предварительного допроса, снятого с него генерал-адъютантом В.В. Левашовым, по повелению царя он был освобождён от какой-либо ответственности. Можно с определённой долей уверенности считать, что на такой исход дела повлияло и положение отца, который являлся не только крупнейшим государственным деятелем, но и председателем Верховного уголовного суда, наказавшего "членов злоумышленных тайных обществ".

П.П. Лопухин был заметным членом первых тайных организаций, придерживался умеренных взглядов и отошёл от общества, увидев в нём противоречия со своими убеждениями. И в этом он не был одинок. Вспомним, что с тайными обществами порвали и другие, в том числе и более решительно настроенные члены, - Ф.П. Шаховской и М.С. Лунин...

0

29

https://img-fotki.yandex.ru/get/962386/199368979.ac/0_215a8f_e8eae1d1_XXXL.jpg

Неизвестный художник. Портрет княгини Екатерины Николаевны Лопухиной, ур. Шетнёвой, матери декабриста. 1825-1829 гг.

0

30

https://img-fotki.yandex.ru/get/516365/199368979.ab/0_2154f2_1c78d634_XXL.jpg

В.Л. Боровиковский. Портрет княгини Анны Петровны Гагариной, ур. Лопухиной. 1801 г.


Анна Петровна Гагарина, ур. княжна Лопухина
(8.11.1777-25.04.1805), дочь князя Петра Васильевича Лопухина от его первого брака с Прасковьей Ивановной Лёвшиной. С 8.02.1800 г. была замужем за князем Павлом Петровичем Гагариным (8.01.1777-2.01.1850).
Сестра декабриста Павла Петровича Лопухина.

0


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ЛОПУХИН Павел Петрович.