Декабристы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ПУТЯТА Николай Васильевич.


ПУТЯТА Николай Васильевич.

Сообщений 11 страница 20 из 24

11


Н. В. ПУТЯТА

ИЗ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/70527.jpg

А. С. Пушкина я видел в первый раз в Москве, в Большом театре, во время празднеств, последовавших за коронациею императора Николая Павловича.

Театр наполняли придворные, военные и гражданские сановники, иностранные дипломаты, словом — все высшее, блестящее общество Петербурга и Москвы.

Когда Пушкин, только что возвратившийся из деревни, где жил в изгнании и откуда вызвал его государь, вошел в партер, мгновенно пронесся по всему театру говор, повторивший его имя: все взоры, все вниманић обратилось на него.

У разъезда толпились около него и издали указывали его по бывшей на нем светлой пуховой шляпе. Он стоял тогда на высшей степени своей популярности.

Дня через два Е.Баратынский, другой поэт-изгнанник, недавно оставивший печальные гранита Финляндии, повез меня к Пушкину, в гостиницуЛ«Hotel du Nord», на Тверской. Пушкин был со мною очень приветлив.

С этого времени я довольно часто встречался с Пушкиным в Москве и Петербурге, куда он скоро потом переселился. Он легко знакомился, сближался, особенно с молодыми людьми, вел, по-видимому, самую рассеянну… жизнь, танцевал на балах, волочился за женщинами, играл в карты, участвовал в пирах тогдашней молодежи, посещал разные слои общества.

Среди всех светских развлечений он порой бывал мрачен; в нем было заметно какое-то грустное беспокойство, какое-то неравенство духа; казалось, он чем-то томился, куда-то порывался. По многим признака¦ я мог убедиться, что покровительство и опека императора Николая Павловича тяготили его и душили. Посредником своих милостей и благодеяний государь назначил графа Бенкендорфа, начальника жандармов. К нему Пушкин должен был обращаться во всех случаях. Началась Турецкая война 1. Пушкин пришел к Бенкендорфу проситься волонтером в армию. Бенкендорф отвечал ему, что государь строго запретил, чтобы в действующей армии находился кто-либо не принадлежащий к ее составу, но при этом благосклонно предложил средство участвовать в походе: хотите, сказал он, я определю вас в мою канцелярию и возьму с собою? Пушкину предлагали служить в канцелярии III-го Отделения!

Пушкин просился за границу, его не пустили. Он собирался даже ехать с бароном Шилингом, в Сибирь, на границу Китая. Не знаю, почему не сбьшось это намерение; но следы его остались в стихотворении:

Поедем, я готов.....

К подножию ль стены недвижного Китая и пр. 2

Наконец, весною в 1829 г., Пушкин уехал на Кавказ. Из Тифлиса он написал к гр. Паскевичу и, получив от него позволение, догнал армию при переходе ее через хребет Саган-Лу. Памятником этой поездки осталось прекрасное описание «Путешествие в Арзрум во время похода 1829 г.». По возвращении Пушкина в Петербург государь спросил его, как он смел приехать в армию. Пушкин отвечал, что главнокомандующий позволил ему.

Государь возразил: Надобно было проситься у меня. Разве не знаете, что армия моя ?

Слышал я все это тогда же от самого Пушкина.

По выходе в свет его «Истории Пугачевского бунта» появилась пошлая на нее критика в «Сыне Отечества» 3. Только что прочитав эту критику, я пошел на Невский проспект, встретил Пушкина и шутя приветствовал его следующей оттуда фразой:ё«Александр Сергеевич! Зачем не описали вы нам пером Байрона всех ужасов Пугачевщины?» Пушкин рассмеялся и сказал: «Каких им нужно еще ужасов? У меня целый том наполнен списками дворян, которых Пугачев перевешал. Кажется, этого достаточно!»

После 1830 г. Пушкина женатого я видел реже. Во время его дуэли я был несколько болен и не выходил из комнаты. Узнав о его смерти, я с принуждением оделся и отправился на его квартиру, на Мойке, близ Певческого моста, в нижнем этаже дома князя Волконского. У гроба был беспрерывный прилив людей всех состояний, приходивших поклониться праху любимого народного поэта. Здесь я узнал, что отпевание тела его будет в Адмиралтейской церкви. На другой день, в назначенное время, подъезжаю к этой церкви и, к удивлению моему, вижу, что двери заперты, а около бродят несколько человек в таком же недоумении, как и я. Оказалось, что из опасения какой-либо манифестации на похоронах Пушкина, накануне, в ночь, приказано переменить место отпевания. Оно происходило в Конюшенной церкви. Когда, по разным соображениям и расспросам, я добрался туда, гроб уже выносили из церкви несколько друзей и лицейских товарищей покойного. Сколько мне помнится, австрийский посланник граф Фикельмон и французский граф Барант одни были в мундирах и лентах.

Зимою, в конце 1837 или 1838 г., приезжал в Петербург на нескодько дней Е.Баратынский и останавливался у меня. В. А. Жуковский, коему государь поручил разобрать бумаги Пушкина, дал Баратынскому одну из его рукописных тетрадей in folio в переплете. В ней находился напечатанный потом отрывок Пушкина о Баратынском. Тетрадь эта оставалась у последнего самое короткое время; он был уже в отъезде и просил меня тотчас возвратить ее Жуковскому, что я и исполнил. Кроме помянутого отрывка, в этой тетради находились некоторые другие статьи в прозе и клочки дневника Пушкина разных годов. Помню из него почти слово в слово следующие места: 1) число, месяц. «Сегодня приехали в Петербург два француза, Дантез и маркиз Пинна». В этот день ничего более не было записано. Что замечательного мог найти Пушкин в их приезде? Это похоже на какое-то предчувствие! 2) число, месяц......»Меня пожаловали камер-юнкером для того, чтобы Наталья Николаевна могла быть приглашаема на балы в Аничков. Вечером я был на бале у Б. Великий князь Михаил Павлович встретил меня в дверях и поздравил. Я отвечал ему: ваше высочество, вы одни меня поздравляете, все надо мною смеются» 4.

Пушкин был необыкновенно впечатлителен и при этом имел потребность высказаться первому встретившемуся ему человеку, в котором предполагал сочувствие или который мог понять его. Так, я полагаю, рассказађ он мне ходатайство свое у графа Бенкендорфа и разговор с государем.

Такую же необходимость имел он сообщать только что написанные им стихи. Однажды утром я заехал к нему в гостиницу Демута, и он тотчас начал читать мне свои великолепные стихи из «Египетских ночей»: «Чертог сиял» и пр.... На вечере, в одном доме на островах, он подвел меня к окну и в виду Невы, озаряемой лунным светом, прочел наизусть своего «Утопленника», чрезвычайно выразительно 5.

У меня на квартире читал он мне стихи: «Таи, таи свои мечты» 6 и пр. и, по просьбе моей, тут же написал мне их на память. Все эти стихотворения были напечатаны уже впоследствии.

Не хвастаюсь дружбой с Пушкиным, но в доказательство некоторой приязни его и расположения ко мне могу представить, кроме помянутого автографа, еще одну записку его на французском языке. Пушкин прислал мне эту записку со своим кучером и дрожками. Содержание записки меня смутило, вот оно: «M’étant approché hier d’une dame, qui parlait à m-r de Lagrené, celui-ci lui dit assez haut pour que je l’entendisse: renvoyez-le! Me trouvant forcé de demander raison de ce propos, je vous prie, monsieur, de vouloir bien vous renre auprès de m-r de Lagrené et de lui parlier en conséquence. Pouchkine»*.

Я тотчас сел на дрожки Пушкина и поехал к нему. Он с жаром и негодованием рассказал мне случай, утверждал, что точно слышал обидные для него слова, объяснил, что записка написана им в такой форме и так церемонно именно для того, чтоб я мог показать ее Лагрене, и настаивал на том, чтоб я требовал у него удовлетворения. Нечего было делать: я отправился к Лагрене, с которым был хорошо знаком, и показал ему записку. Лагрене, с видом удивления, отозвался, что он никогда не произносил приписываемых ему слов, что, вероятно, Пушкину дурно послышалось, что он не позволил бы себе ничего подобного, особенно в отношении к Пушкину, которого глубоко уважает как знаменитого поэта России, и рассыпался в изъяснениях этого рода.

Пользуясь таким настроением, я спросил у него, готов ли он повторить то же самому Пушкину. Он согласился, и мы тотчас отправились с ним к Александру Сергеевичу. Объяснение произошло в моем присутствии, противники подали руку друг другу, и дело тем кончилось. На другой день мы завтракали у Лагрене с некоторыми из наших общих приятелей.

Стихи Пушкина, писанные его рукою, и французская его записка свято у меня сохраняются 7.

Сноски

* «Вчера, когда я подошел к одной даме, разговаривавшей с г-ном де Лагрене, последний сказал ей достаточно громко, чтобы я услышал: прогоните его. Поставленный в необходимость потребовать у него объяснений по поводу этих слов, прошу вас, милостивый государь, не отказать посетить г-на де Лагрене для соответствующих с ним переговоров. Пушкин». В оригинале имеются следующие слова, отсутствующие в мемуарах Путяты: «Милостивому государю господину Путяте. Ответьте, пожалуйста».

Примечания

Николай Васильевич Путята (1802—1877) — литератор, мемуарист, участник «Общества любителей российской словесности» в Москве (впоследствии — его председатель), в молодые годы — офицер, близкий к декабристским кругам, с 1823 года адъютант генерал-губернатора Финляндии А. А. Закревского (что объясняет обстоятельства близкого знакомства мемуариста с Е. Баратынским, отбывавшим в начале 20-х годов солдатскую службу в Финляндии). Баратынский стал посредником в знакомстве Путяты с Пушкиным, которое состоялось в Москве в сентябре 1826 года и быстро перешло в тесное дружеское общение. Воспоминания о Пушкине представляют собою выдержки из «Записной книжки» Путяты, которые были представлены для публикации редактору «Русского архива» П. И. Бартеневу дочерью мемуариста О. Н. Тютчевой (см.: РА, 1899, № 6, с. 350). Фрагментарные и лаконичные по форме, эти записи касаются наиболее сложных и драматических моментов последекабрьской биографии Пушкина (его взаимоотношений с Николаем I и Бенкендорфом, обстоятельств его арзрумской поездки, трагических событий января 1837 г.), в ряде случаев являясь единственным источником информации о поэте (например, о предложении ему Бенкендорфа поступить на службу в канцелярию III Отделения или несостоявшейся дуэли с Лагрене и др.). Выдерживающие самую строгую документальную проверку, воспоминания Путяты хранят следы дружески доверительных разговоров с поэтом, не принимавшим тягостной для него опеки властей и глубоко переживавших разгром декабризма. Есть все,основания полагать, что именно Путята, бывший одним из немногих очевидцев казни вождей восстания на кронверке Петропавловской крепости в Петербурге 13 июля 1826 года, подробно рассказал Пушкину о ходе казни и расположении виселицы на валу кронверка, что нашло отражение в знаменитом пушкинском рисунке (см. об этом: Петров А. Штрихи ложились на бумагу. Рисунок Пушкина прочтен. — Пушкинский праздник. Специальный выпуск «Литературной газеты» и «Литературной России», 1969, 30 мая — 6 июня, с. 18). Не включенный автором в воспоминания о Пушкине, Рассказ Путяты о казни декабристов был опубликован в «Русской архиве» (1881, кн. 2, № 2, с. 343—344). Подробный анализ этого рассказа в связи с пушкинским рисунком см. в статье Р. В. Иезуитовой «Из истории декабристских замыслов Пушкина 1826—1827 гг.» (Пушкин. Исследования и материалы. Т. XI. М.—Л., 1983, с. 93—94).

1 Имеется в виду Русско-турецкая война 1828—1829 гг.

2 Стихотворение «Поедем, я готов; куда бы вы, друзья...» было написано 23 декабря 1829 г.

3 Имеется в виду рецензия В. Б. Броневского (изданная анонимно), в «Сыне отечества» (1835, кн. 1. отд. 3, с. 177—186).

4 Путята видел тетрадь › 843, содержащую «Дневник 1833—1835 гг.», в которой вырезаны первые четыре листа, видимо, содержащие упомянутую мемуаристом статью о Баратынском. Цитаты из «Дневника» Путята приводит по памяти, неточно, но близко к тексту пересказывая поразившие его записи о Дантесе и неудовольствии поэта своим камер-юнкерством.

5 Мемуарист ошибается, говоря о «только что написанных стихах» Пушкина: «Чертог сиял...» («Клеопатра») включено в «Египетские ночи» (напечатанные посмертно) редакцией «Современника», а написано стихотворение между 2 октября и началом ноября 1824 г., а в 1828 г. лишь переработано. Стихотворение «Утопленник» действительно было написано летом — в начале осени 1828 г. и могло быть прочитано мемуаристу вскоре после его написания.

6 Речь идет о стихотворении «Наперсник» (1828), посвященном А. Ф. Закревской.

7 Подлинник записки сохранился (ИРЛИ, ф. 244, оп. 1, № 1356). К письму имеется примечание Путяты: «Лагрене был секретарем французского посольства».

0

12

Усадьба Мураново.

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/22396.jpg

 
... Усадьба Мураново, принадлежавшая роду род Энгельгардтов, передавалась по наследству  по женской линии.

После того, как умер Евгений Боратынский,  Настасья Боратынская (ур. Энгельгардт) спешно покинула усадьбу, похоронив мужа на Тихвинском кладбище. Так, имение перешло младшей из Энгельгардтов – Софье, которая на тот момент была замужем за другом Боратынского Николаем Васильевичем Путятой. В обществе его знали, как талантливого писателя, историка и служивого человека.

Близкий друг поэта, скорбя вместе с вдовой, меж тем, думал об оставшимся в брошенной усадьбе наследии мистического семейства Боратынских. Поэтому незамедлительно, под видом «хозяйственных хлопот» начал настоящую ревизию всех документов, фолиантов, библиотеки, которая, несмотря на опустошительный вывоз вдовы, оказалась внушительных размеров.

Самой первой невероятной находкой оказались те самые мемуары Льва Энгельгардта, которые были спрятаны в сундуке. Николай Путята, любивший и уважавший своего тестя сделал всё, чтобы «Записки Энгельгардта» были изданы. Пройдя жуткое количество цензурных поправок, труд генерала вышел в свет.

Вопрос издания воспоминаний о войне и геройских поступков для Николая Васильевича Путяты был делом всей жизни. Видевший в службе родине своё предназначение, Николай Путята не мог поступить иначе. Но не только дело в мемуарах, а в тайне, которую они скрывают. Дело в том, что Николай Путята ведёт свой род от великого предка – Добрыни Никитича.

Герой эпоса, славный богатырь Добрыня и его внук, Путята Вышатич, давший фамилию роду, были легендарными личностями, имевшими свои секреты небывалой силы. Николай Путята знал, что у старика Энгельгардта, как у рыцаря, тоже были тайные знания о силе, которые он зашифровал в своих мемуарах.

Потомки русских богатырей, причастных к мистической военной традиции передавали знания только из уст в уста, но никогда нигде не записывали, как европейцы, поэтому многие знания были со временем утрачены. Видя большое количество аналогий в практиках воспитания настоящих рыцарей с богатырской традицией, Путята понимал всю важность сохранения «Записок Энгельгардта».

Теперь в усадьбе воцарилась «богатырская» традиция в купе с рыцарской. Они гармонично дополняли друг друга и никогда не противоречили. Софья Львовна продолжала вышивать обереги, делать их из засушенных трав и цветов, а Николай Васильевич передавал детям секреты военного мастерства и не только, используя ту же загадочную комнату, построенную Боратынским, только уже прорубив в ней окна.

Очевидно, нет случайности в том, что род Энгельгардтов, владельцев усадьбы, разрастался только дочерьми – они учились ведовской традиции и магии, причем вполне успешно. Снова, как в красивой сказке, начинающей своё повествование с некоего короля с тремя дочерьми, одна из которых по-своему выделялась. Так и в семье младшей дочери рыцаря – Софьи Львовны, ставшей в замужестве Путята. Родилось у них три дочери. Одна из них умерла при очень загадочных обстоятельствах в 17-летнем возрасте. Удивительно, но прекрасное личико молоденькой девушки оставалось цветущим до самого погребения, чем были поражены все, даже пригласили художника-акварелиста сделать памятный портрет лежавшей в гробу юной особы. Но зачем?

Это может звучать немного жутко, но акварельный портрет умершей девушки занимал видное место на стене в комнате её сестры. Как потом выяснилось, Ольга Николаевна Путата, дочь Николая Васильевича Путяты и Софьи Львовны, (урожд. Энгельгардт), открыла в себе паранормальные способности общаться с теми, кто на «том свете».

Восемнадцатилетняя Ольга сильно переживала вторую смерть в семье (первая сестра из трёх умерла ранее). Эмоции и мысли о родной сестре так захватили её, что она усилиями воли смогла выйти с её душой в контакт и расспросить обо всём волнующем.

Продолжалось это недолго, так как потом, по словам умершей, та должна была отправиться в потусторонний мир цветочных фей, а не на перерождение в нового человека. Душа пояснила, что в мир фей добровольно отправляются невинные девушки, не достигшие 18-летия, которые смогли достичь соответствующего уровня развития посредством налаженной связи с энергиями природы и земли.

Не потому ли обилие гербариев всегда сопровождали жизнь всех представительниц рода Энгельгардтов, Боратынских и Путят? Разбираться в цветах и растениях – это ещё объяснимое требование для девушек. Но почему за плечами любой восемнадцатилетней особы должен быть всегда десяток альбомов с уникальными цветочными композициями, помимо вышитых, и непременно с загадочными надписями?

Особенно необычными композициями были наполнены страницы альбомов именно ушедшей девочки из трёх. Изучая эту, забытую после магическую традицию, связанную с духами цветов и деревьев, Ольга обнаружила для себя много полезного и стала продолжательницей этого дела. В письмах к своим родным она иногда отмечала в скрытой форме, как ей удаётся почувствовать «подсказки» сестры-феи.

Первый и последний спиритический сеанс закончился обещанием того, что, будучи феей, та навсегда свяжет себя невидимой нитью с усадьбой, давая о себе знать.

И сегодня можно иногда ощутить её незримое присутствие, появившимся вдруг ни с того ни с сего ароматом лилий в комнате или дуновением ветерка при закрытых окнах…

Понимание ли того, что слишком многое связывало Ольгу Николаевну Путяту с усадьбой Мураново или это просто судьба, но жизнь распорядилась так, чтобы внучка тевтонского рыцаря и потомка богатыря не покидала родной дом, даже став женой и матерью.

0

13

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/97776.gif

0

14

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/51042.gif

0

15

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/14245.jpg

0

16

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/44394.gif

0

17

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/19534.gif

0

18

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/23171.gif

0

19

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/82750.gif

0

20

http://forumstatic.ru/files/001a/7d/26/48575.gif

0


Вы здесь » Декабристы » Персоналии участников движения декабристов » ПУТЯТА Николай Васильевич.